Андрей Посняков - Вандал (сборник)

– Скоро узнаете, месье Лерой, обещаю вам – скоро. Смотрите-ка! С чего тут такая толпа-то? Вас ловят?

– Хм… не думаю, чтоб так быстро. Мобильной связи здесь нет.

И действительно, народу на набережной было много… очень много – и все как-то не по-хорошему возбужденные, орущие. Хевдинг прислушался:

– Долой! Долой цезаря! Цезарь оставил нас варварам! Он больше не цезарь… Вон он, вон он!!! Смотрите! Смерть предателю! Смерть!

Возбужденная толпа быстро пришла в неистовство – немногочисленная императорская свита была сметена вмиг… а преторианцы просто расступились, словно им и не было никакого дела до своего повелителя Рима! Предали!

– А, собака, собрался бежать? Бей его! Гвардия – с нами!

Полетели камни.

– Может, нам стоит высадиться в каком-нибудь более спокойном месте? – задумчиво пробормотал Лерой. – Скажем, во-он за тем мостом.

– Так толпа туда и бежит, – философски заметил Саша. – Тащат кого-то. Неужто своего несчастного императора? Ой-ой-ой! – он вдруг привстал, заметив на мосту знакомых… Корнелия, Марка… и всю свою дружину – Оффу Лошадиную Челюсть, Гислольда… Да и остальные, похоже, ошивались где-то поблизости. Ага… вот они куда решили прогуляться, черти!

Толпа вдруг завыла… и в Тибр полетели кровавые ошметки… еще недавно бывшие императором Петронием Максимом.

– Цезаря больше нет! – ликуя, кричали в толпе. – Аве, цезарь!

– Высади нас на том берегу, – внимательно посмотрев на мост, попросил лодочника Александр. – Кажется, туда зачем-то побежали мои хорошие друзья.

– У вас здесь есть друзья?

– Ну, а как же? Эй, лодочник – правь! Вот тебе еще монета.

– Как бы они не захватили лодку.

– Нужна им твоя лодка! Правь и ничего не бойся.

– Ну… как скажете, господин.

Выбравшись на набережную, хевдинг первым делом осмотрелся и, заметив в толпе своих, немедленно рванул к ним, не забыв обернуться и прокричать:

– Давайте за мной, месье!

А толпа явно за кем-то гналась! Без особого, впрочем, успеха.

– Вон, туда, туда он побежал – к Свайному мосту!

– Нет, к Аврелиевой дороге.

– К садам Цезаря, я точно видел!

– Парни, давайте разделимся. Мы – к мосту, вы – к дороге, а вы вот – к садам. Только не убивайте сразу – у этого типа должно быть немало богатств!

– Нам – туда! – махнув своему спутнику рукой, хевдинг побежал за своими. Кричал, конечно, да те не слышали – здесь кругом все орали.

Ага… вот на пути появились яблони, сливы, густые кусты акации и дрока, еще какие-то деревья, кажется, ивы…

– Да тут целые заросли! – неожиданно засмеялся Лерой. – Вряд ли здесь кто-то кого-то поймает.

– Поймают, они упорные… только вот хотелось бы знать – кого и зачем? Тсс!

Александр вдруг явственно услышал неподалеку, в кустах, за оврагом, чей-то сдавленный крик и тотчас же рванул туда, рискуя сломать себе шею.

Выскочив на небольшую полянку, замер: у раскидистой ивы, заслоняя собой двух плачущих женщин и девочку-подростка, стоял высокий светловолосый мужчина в изодранном алом плаще и золоченом панцире поверх кольчуги. Левой рукой воин крепко ухватил за шею какого-то мальчишку, правой же вдавил в его шею кинжал.

– Стойте! Позвольте моим людям уйти… иначе я…

– Убивай, – нехорошо прищурился Гислольд. – Мы этого парня и вовсе не знаем. Нет, – с насмешкою на устах, он обернулся к Фредегару. – Вы только посмотрите – схватил невесть кого и что-то от нас хочет! Ха-ха-ха!!!

Ой, Гислольд смеялся не зря! Не зря отвлекал на себя внимание воина – неподалеку, за кустами акации, уже раскручивал свою секиру Оффа Лошадиная Челюсть. Сейчас ведь метнет!

– Эй, постойте-ка! – убрав меч в ножны, Александр выбрался на поляну.

– Хевдинг! – радостно улыбнулся Гислольд. – А мы тут… прогуливались.

– Да видел… – Саша махнул рукой и обернулся…

И вздрогнул… Узнал… Он!!! Не слишком-то Ингульф и изменился – все то же худощавое лицо, сверкающая гневом синева глаз… нос все тот же, смешной, вздернутый…

– Ты бы отпустил паренька…

– Нет! Я уже сказал! Пусть раньше спокойно уйдут мои.

– Пусть уйдут, – согласился хевдинг. – Только, может быть, им и не нужно слишком уж торопиться. А ты, молодой человек, прежде чем хватать людей, сначала бы поинтересовался их именем… или…

– Зачем мне его имя?

– Или закатал бы ему левый рукав… Оффа! Положи секиру!

– Рукав? – взгляд воина вдруг стал каким-то растерянным. – Почему мне так знаком твой голос? Кто ты?

– Ты рукав-то закатай!

Ингульф молча исполнил просьбу… Татуировка на левом предплечье подростка была видна хорошо… штурвал, обвитый лентами с якорями и забавная надпись «Тобариш».

– О, боже!!! Как тебя зовут, парень?

– Его зовут Эльмунд. Эльмунд сын Ингульфа! Твой сын!

– Что… а ты… Господи! Ты… Ты… Этого не может быть!

В изумлении выпущенный из руки кинжал полетел в траву.

– Почему же не может? – широко улыбаясь, хевдинг распахнул объятия. – Ну, здравствуй, брат!

Уже к вечеру войска Гейзериха вошли в город, особого сопротивления не оказавший. Варвары растекались по улицам алчной, жаждущей богатства и крови толпой; впрочем, богатства они жаждали куда больше, чем крови. Быстро подавив редкие очаги сопротивления, варвары врывались в дома, грабили, убивали, насиловали женщин, что-то жгли… ничуть не превосходя в жестокости всех прочих завоевателей. Когда Аларих брал город в 410 году, творилось все то же самое, а крови лилось куда больше – куда организованней было и сопротивление. А сейчас… Император – убит, а его супруга Евдоксия – об этом все знали – сама пригласила вандалов. Так что стоило ли сопротивляться? И – кого защищать? Людей, предавших своего императора… или он предал их первым?

Дружинники Александра шли по городским улицам как хозяева! Еще бы… Средь них был и Ингульф с семьей – да, изгнанник все же завел на новом месте семью – жену, дочь… Эльмунд все поглядывал на отца, пока еще не понимая – стоит ли им гордиться?

– Мы проводим вас в Остию, – негромко говорил Саша. – А там…

– Там стоит мой корабль… – Ингульф усмехнулся. – Мои корабли, брат! Бедный, бедный цезарь! Петроний Максим был очень благородным человеком, поверь, брат! Такие редко встречаются… мне вот повезло – он стал моим другом, еще будучи префектом претории. Помог… У Максима была жена, женщина красивая и скромная… император Валентиниан прельстился ею, словно Калигула или Нерон, хитростью заманил во дворец и надругался… Конечно же, Максим отомстил – его люди убили цезаря три месяца назад на Марсовом поле. И поделом! Его жена умерла от горя… и он вынудил Евдоксию, императорскую вдову, выйти за себя замуж. И та тоже захотела отомстить…

– Что ж – отомстила! – Саша кивнул на горящий Рим. Хотя… не столь уж и сильно горящий. Так, кое-где тянулись к небу дымки. Со всех сторон слышались крики, вот звякнул меч… вот… вот дробью раскатился по улицам до боли знакомый звук! Пулеметная очередь!