Андрей Посняков - Вандал (сборник)

Народу на улицах стало заметно больше – деловито шагали мастеровые с лопатами, погоняли запряженных в длинные телеги быков портовые возчики, кричали мелкие торговцы, кто-то уже шел на базар, примостив на плече большую, еще пустую корзину, а кто-то возвращался с заутрени, явно надеясь продолжить прерванный молитвами сон. В воздухе носился запах свежей рыбы и чего-то жареного; внезапно ощутив сильный голод, Александр резко прибавил шагу. И даже надумал прикупить по пути жареной рыбешки – уж больно аппетитно пахла.

Остановился на углу, уже в виду доходного дома Деция Сальвиана, протянул торговцу мелкую – с ноготок – серебряшку… И вдруг услыхал за спиной возмущенный голос своего домовладельца:

– Ну, и что – паруса?! Какое вам дело до моих парусов? Кто подсказал именно так шить? А вот, фигу видели?

Та-ак…

Мгновенно сориентировавшись, молодой человек тут же нырнул за угол и оттуда уже взглянул на толстяка купца. Тот шел не в одиночестве, а в сопровождении дюжины молодых воинов со щитами и в сверкающих на солнце шлемах. Да – и в черных плащах, разумеется. Один из «плащей» – длинный, с морщинистым желтушным лицом, сморщенным, точно от зубной боли – явно был здесь главным. В отличие от других, ни щита, ни копья у него не имелось, лишь у пояса висел короткий меч, больше, верно, для блезиру, чем для воинской надобности. Зато в руке желтолицый уверенно сжимал свернутую в трубку грамоту с вислой зеленой печатью. Грамотой сей он и отмахивался от наседавшего Сальвиана, словно от надоедливой мухи.

– По какому такому праву вы хватаете меня и моих людей? На каком основании ворвались в дом? Почему все разрушили? Господи, люди – да что же такое делается-то? Хватают всех без разбору…

– Не советую обобщать, любезнейший, – желчно скривился «плащ». – Как и поднимать лишний шум. Твои люди – преступники, ты же лучше подумай о себе – как будешь оправдываться?

– А чего мне оправдываться? Я и так в своем праве!

– Если так, еще раз спрошу… Где третий?

– А я почем знаю? Что я их тут – пасу, как добрый пастырь коровье стадо?

– Вот-вот, ты же не доложил о чужестранцах, купец! А это – преступление.

Третий… Прятавшийся за углом Александр быстро сообразил, о ком идет речь. Ну, конечно же, о нем самом! Нгоно и Весников уже наверняка схвачены по чьему-то навету. Главарь «плащей» что-то гундосил про паруса… Ну да – ах, неосторожно, неосторожно… Знали ведь, что все новшества здесь неизбежно привлекут самое пристальное внимание! Вот и привлекли… утлегарь с бом-кливером, тысяча морских дьяволов «черным плащам» в задницу! Придумали… на свою голову… Но, с другой стороны – что было делать? Как-то ведь нужно было до Карфагена добраться, на что-то жить… Нд-а-а, прикрыли лавочку! Главное – арестовали друзей. А уж по ним легко узнать – откуда явились. Особенно – по Весникову. Впрочем, он в делах мало смыслит и вообще знает не много, Нгоно же – парень надежный, не расколется, не выдаст. Скажет, мол, затянуло непонятным лучом, зелененьким таким… Шел себе по бережку, прогуливался, и вдруг – рраз! И – неведомо где. А тракторист и этого не расскажет, он, похоже, так ни черта не понял до сих пор.

Что ж, если разобраться – не так все и плохо. Правда, теперь ребят выручать надобно, и чем скорее – тем лучше.

Еще бы выяснить, куда их увели? Где содержат? Может, тут снова Мартын поможет? Или… или заглянуть в дом, расспросить. Нет! Заглядывать не стоит – вдруг там засада? Лучше кого-нибудь из жильцов подстеречь или старика Малахию. Но это потом, а сейчас главное – не упустить из виду арестованного купца и его конвоиров.

Приняв решение, молодой человек зашагал следом за воинами, держась в некотором отдалении. Шел, насвистывая, с видом слегка подгулявшего бездельника из хорошей семьи, подмигивал встречным дамам, даже служанок не пропускал.

Идти пришлось недолго – свернув на широкую улицу Клавдия (бывшую Клавдия, как она сейчас называлась, Саша не смог бы сказать), вся процессия вошла в дубовые ворота крепости, тут же и захлопнувшиеся. Двое вооруженных копьями воинов в черных плащах встали по бокам створок, грозно поглядывая по сторонам.

– Мда-а, – разочарованно протянул Александр. – Ну, вот он – местный полицейский участок. Узилище! И что теперь? Внутрь не проникнешь… если только – на свою голову. Впрочем, а кто вообще сказал, что Нгоно и Весникова тоже схватили? Сразу обоих. Может быть, кому-то удалось убежать?

Справедливо рассудив, что приступать к немедленному штурму узилища пока рановато, молодой человек уверенно отправился обратно к доходному дому, где и затаился невдалеке от ворот. Время еще не позднее – уж кто-нибудь куда-нибудь да выйдет. Только бы знать – жилец это либо просто в гости заходил, а может, покупатель из лавки. Всех соседей своих, особенно с верхних, бедняцких, этажей, Саша, естественно, в лицо не помнил… окромя одной девушки… как ее… Юдифь! Кстати, на нее еще положил глаз Весников. Вот с ней бы переговорить… да-а… глядишь, чего и выяснилось бы! Хоть какая-то более-менее реальная картина всего произошедшего составилась бы. И вообще, с девушками куда приятнее разговаривать, нежели с мужиками, да и примечают девчонки обычно гораздо больше. Мужчина на какую-нибудь мелкую деталь и внимания не обратит, а вот женщина…

Саша так и решил – уселся невдалеке, у фонтана, на лавочку, в тени невысокого портика, да сидел себе, глазея, как двое седобородых стариков, в окружении таких же зевак, как и сам Александр, азартно режутся в какую-то игру, напоминающую нарды.

Сам не заметил, как увлекся, вместе со всеми начал кричать, подсказывать… Ну, не «лошадью ходи», но что-то в этом роде. И ведь едва не пропустил девку! Хорошо, кто-то из болельщиков поднял глаза, причмокнул, бормотнул что-то одобрительное, типа – «шикарная шмара» в переводе на местную «вульгарную» латынь…

Ась?! Молодой человек вмиг вскочил со скамейки.

И впрямь девушка была неплоха. Темные волосы с медным отливом, фигурка чуть полноватая, хотя нет, в самый раз: грудь крепкая, большая, попа ухватистая – все на месте. Ишь, идет, вышагивает, глазами стреляет – фу ты, ну ты, ножки гнуты! Правда, одета кое-как, право слово, бедняцкий наряд – башмачки рваненькие, из левого даже большой палец торчит… и из правого… или это сандалии? Точно сандалии, да-а – не по сезону обута барышня! А туника явно знавала лучшие дни, вместо пояска – веревочка, накидка-пенула, правда, ничего еще… издалека если. А ближе подойдешь – плюнешь. Так же и насчет украшений, до которых все подобные девицы весьма охочи. Как же, «брильянты – лучшие друзья девушек», это ведь и нашей нищебродной крали девиз – по всему видно. Медные браслеты начищены и почти сойдут за золотые – если не обращать внимания на зеленые разводы на запястьях. Бусы яркие, аляповатые – явная дешевка. Ну, правильно, откуда средства у обитательницы дешевой меблированной комнатенки под самой крышей доходного дома, где летом жарища, а зимой холодрыга и никакая жаровня не помогает. Если есть она там, жаровня-то.