Анатолий Махавкин - Прайд (СИ)

– И будут они кумирами и многие склонятся перед ними. И прибудет смерть, но не в образе страшного убийцы, а мягкими лапами ласковой кошки ступит на порог спальной комнаты, дабы собрать свою дань с любовного ложа…

– Что-то очень знакомое, – буркнул я, запуская пальцы в Галькину шевелюру, – где-то я уже читал подобное.

– Тень Льва, – усмехнулся Баджара, – древняя книга. Долгое время я считал, что не сохранилось ни единого экземпляра. Но, совсем недавно, мои люди привезли полуистлевший том, который они нашли в доме Филама. Начало и конец книги превратились в пыль, но середину ещё можно изучать.

– О птичках, – вспомнил я, – там у одного моего знакомого льва есть к тебе небольшой должок – твои люди прикончили возле Филамовского дома его любимую зверушку. Если он доберётся до тебя раньше падишаха, ты будешь мечтать о смерти.

Баджара только плечами пожал. По-моему, он не совсем понимал, о чём это я. Стало быть должок у Ильи вовсе не к нему. Ох, Олечка!..

– Ладно, чёрт с Ильёй и его зверушками, – махнул я рукой, – а книгу помню: была у покойника такая, но к сожалению, у меня не хватило времени как следует изучить её. Я открыл её в середине и прочитал с десяток страниц.

– И о чём там писали? – мурлыкнула кошка, блаженно жмурясь от моей ласки, – что-нибудь интересное?

– Для тебя, моя радость, ничего, – я щёлкнул её по носу, отчего львица недовольно поморщилась и зашипела, – описание странных существ, похожих на нас, которые правили этим миром в незапамятные времена.

Баджара согласно покивал. Пол под ногами начал трястись, но как-то весьма вяло.

– То, что я сказал раньше, часть пророчества, – пояснил пленник, – оно повторяется несколько раз, поэтому ты мог наткнуться на него и в середине книги. Пророчество возвещает возвращение этих жутких существ, пожирающих души людей. Первое царство Львов, как они именовали себя, продолжалось около тысячи лет и завершилось войной между этими людоедами. В самый разгар боевых действий произошло вторжение демонов – тварей, напоминающих скелеты, обтянутые кожей. Львы сражались между собой и против демонов, но во время войны гибли люди: как воины, сражающиеся за своих владык, так и мирное население. Спасло нас лишь появление особых людей, способных убивать чудовищ.Эти защитники изгнали тварей и удалились, преследуя их. Они оставили оружие, способное защитить нас, если Львы вернутся. К сожалению, оружие оказалось забыто и утрачено, как и само знание о прошлом. Мудрецы предпочли превратить страшное знание в сказку.

– Очень жаль, что это проклятое оружие всё-таки нашлось, – еле слышно прошептал я, наблюдая, как струится тусклый свет по зеркальному лезвию треспа, – не будь его, насколько всё было бы проще. Ох, Ольга!

Приближение площади ощутилось ещё издали: рёв тысяч глоток заполнил всё окружающее пространство, поэтому разговоры пришлось прекратить. А когда повозка остановилась, и любезный офицер распахнул дверцу, мне и вовсе показалось, будто мы оказались возле огромного водопада. Звуки извергались со всех сторон, проникая прямиком в мозг своими когтистыми лапками и дёргали извилины, перемешивая их. Солдат, напрягаясь, кричал, обращаясь ко мне, однако потребовалось некоторое время, чтобы я сообразил, о чём он толкует

Нам предлагали, по безопасному проходу, защищённому несколькими рядами, закованных в панцири солдат, пробраться к прямоугольному помосту. Это возвышение наскоро соорудили, приспособив в качестве основания фундамент разрушенного храма Луны. Подняв взгляд над головами бурлящей толпы, я посмотрел на тех, кто находился там.

Центральную часть помоста занимало странное сооружение, описать форму которого я бы затруднился. Рядом с этим аморфным нечто, неподвижно замер Илья, мрачно взирающий на вопящую толпу. Его чёрные одежды трепетали на лёгком ветру, придавая коту вид ангела смерти. Какая ирония! Вокруг хозяина расположились невозмутимые телохранительницы и лучи светила весело перемигивались на их обнажённых саблях.

Машина Ильи потеснила трон падишаха в левую часть помоста, откуда правитель зачарованно взирал на свой народ. У меня появилось впечатление, будто падишах не совсем понимает, на каком свете он находится. А времени, разобраться в этом вопросе, оставалось не так уж и много. Телохранители явно опасались ревущей толпы и жались к своему повелителю, косо поглядывая в сторону очаровательных амазонок Ильи.

Возможно это и было интересно, но важным для меня сейчас был только один персонаж. Объект моего непосредственного интереса находился на правом фланге и что-то оживлённо рассказывал Амалату, склонившись к самому уху генерала. О чём Ольга могла разговаривать с бравым воякой? С тем самым, с которым она до сих пор не перемолвилась и парой фраз? У меня возникло ощущение, будто кошка пытается его в чём-то убедить. Тщетно: тот казался погружённым в свои мысли и даже отрешённым.

Шарах продолжал беззвучно разевать рот, и я жестом дал ему понять, что он понапрасну надрывает глотку. Потом махнул рукой, и Галя поволокла Баджару наружу.

О, чудо! Народ отшатнулся, и волна безмолвия покатилась во все стороны, охватывая всё большее число присутствующих. Пока мы добирались до помоста, площадь охватило поголовное молчание. Больше ста тысяч человек молча смотрели на нас. Слышалось лишь возбуждённое дыхание тысяч глоток, сопение множества носов и прочие, ещё менее приятные звуки. Все напряжённо рассматривали Баджару, словно им явился самый опасный хищник на свете. Глупцы! Он был такой же добычей, как и все они.

Впрочем, было кое что, поинтереснее. Когда пленник начал подниматься по ступеням, он замер на какую-то долю секунды и молниеносно кивнул. Чего-то подобного я и ожидал, поэтому мне не составило особого труда проследить за направлением взгляда узника. Там мелькнуло знакомое лицо. Знакомое женское лицо. Зутра неотрывно глядела на своего возлюбленного, внимая словам рослого бородача в плоской чалме чёрного цвета. Такие головные уборы, насколько мне было известно, носили люди Фараха. Перед нападением на очередной караван, чалма легко превращалась в маску, скрывающую лицо нападающего. С другой стороны моей милой убийцы, неподвижно замерла женщина, чьё лицо скрывал глубокий чёрный капюшон. Хм, если Ольга на помосте, то кто это?

Заинтересовавшись, я пробежался взглядом по толпе, отмечая людей с аксессуаром, подобным Фараховскому. Ого! Сам Фарах почтил нас своим присутствием, расположившись в окружениии пары десятков своих людей, недалеко от помоста. Вот только вместо чалмы он нацепил плащ с капюшоном, опустив тот на своё запоминающееся лицо, испещрённое множеством шрамов. Эти отметины оставил палач папаши нынешнего падишаха. А всего в многотысячной толпе присутствовало не меньше пяти десятков головорезов в чёрных чалмах. Похоже, кроме официальной части готовилось ещё одно, незапланированое мероприятие. Тем лучше. Веселее будет.