Анатолий Махавкин - Прайд (СИ)

А вообще, информация о том, что именно начинка большого могильника стреножила наш бег, оказалась весьма ценным подарком. И от кого?!

– Илья, – сказал я, с нажимом, – похоже, нам придётся сотрудничать с этими людьми. Некоторое время, – я повернулся к Чару, – информация за информацию: мы тоже не знаем, как попасть в нужное место. Мы были по ту сторону завалов, но не нашли нужного хода. Есть очень простой путь к центру катакомб, однако вы должны уяснить одну вещь – там вас ожидает полсотни голодных тварей, каждая из которых сильнее и быстрее любого охотника. Мне кажется, ваши предшественники тоже пытались обнаружить выключатель, когда их перебили.

Следующий вопрос дал понять: мои предыдущие пояснения никто не слушал.

– Какие твари? – спросил самый рослый, из наших посетителей – парень, покрытый шрамами так густо, что они напоминали искусную татуировку, – чем вооружены?

Мы с Ильёй, переглянулись и я тяжело вздохнул.

– Клыками и когтями, – хихикнул кот, – очень острыми. Способны прикончить кого угодно. Даже нас, если их соберётся слишком много. Ну а вы будете для них лёгкой закуской. Местные называют их холодными, потому, как они излучают ещё меньше, чем остальные обитатели подземелий. Хотите приключений – вперёд.

– В следующий раз объясняю я, – пробормотала Галя.

Однако, похоже, в этот раз до них дошло. И поставило в тупик. Охотники отступили назад и склонив головы, друг к другу, начали совещаться. Те, которые охраняли площадь, явно скучали. Кроме того, всех интересовали результаты переговоров. При желании, мы могли бы перебить этих недоумков, даже не напрягаясь. Вероятно, подобная мысль пришла в голову не только ко мне.

– Давай их всех убьём, – предложила Галя, любуясь коготками, – эта сучка просто выводит меня из себя.

– Нет, – отклонил я заманчивое предложение, – они нам нужны, если мы хотим выбраться из этой дыры.

– Тогда, я пошла, – кошка перелилась из сидячего положения в стоячее, – меня ждут мои маленькие, а остальные пусть идут к чёрту. Ах да, будете их убивать – стерву оставьте мне.

– Непременно, радость моя, – согласился я и повернулся к Илье, – дружище, пойдёшь с ними и постараешься сохранить их в целости и сохранности до самого финала. Пусть, сначала, снимут эту долбаную блокировку.

Илья недовольно щурился на людей, которые, вроде бы, пришли к общему мнению. Только Зара продолжала что-то горячо доказывать Чару, а тот успокаивал её, положив руки на плечи спорщицы. Хм, интересно…

– Почему я, а не ты? – осведомился Илья, – ты – сильнее и быстрее. Думаю, тебе под силу справиться с холодными.

– Зато ты – умнее, – я пожал плечами, – и наблюдательнее меня. Если кто-то и отыщет нужную лазейку, думаю – это будешь именно ты. А там, поглядим.

Чар приблизился и занял прежнюю позицию, доминируя над столешницей. На его лице я заметил тень нерешительности, словно он собирался сделать то, в чём не был до конца уверен.

– Мы будем сотрудничать с вами на равных, – слова упорно не желали покидать его глотку, – и готовы делиться с вами любой, добытой информацией. Что вы можете нам предложить взамен?

– А, вот его, – я ткнул пальцем в Илью, – прошу любить и жаловать! Отличный экземпляр: умный и быстрый. Он проследит за наглыми грызунами, когда они решат откусить ваши пятки. Помимо всего его способности помогут отыскать скрытые секреты и тайные проходы. Кстати, я буду крайне огорчён, если кто-то из вас споткнётся и случайно воткнёт свой тресп в его спину.

Илья беззвучно смеялся – похоже, шутка ему понравилась.

– Я даю своё слово, – командира охотников натурально корёжило, – пока мы не откроем этот мир, никто из нас первым не начнёт боевых действий против вас. Конечно, если наше перемирие не поставит под угрозу человеческие жизни.

Он вопросительно взглянул на меня, а я тут же, сделал самую невинную физиономию. Он и в самом деле подумал, будто мы станем голодать всё это время? Или так успокаивал собственную совесть: типа я предупредил, а там, хоть трава не расти? Ну-ну…

– Хорошо, а потом? – я решил не заострять внимание на щекотливом вопросе, – всё сделано, блок снят, и мы опять разбежались по разным углам.

Начался второй раунд гляделок. Всё было ясно и так: эти парни нас искренне ненавидели, и сама необходимость сотрудничества с худшими врагами вызывала у них сильнейший стресс. Хорошим лекарством была бы попытка истребления трёх, или четырёх (как они считали) львов.

– У вас будет возможность уйти из этого мира, – сказал, наконец, Чар, заработав пару неодобрительных взглядов от своих подчинённых, – и давайте покончим с этим.

Однако было не слишком похоже на завершение беседы: охотник неторопливо размял каждый палец и уставился в пол, словно нашкодивший мальчуган. Видимо, разговор переходил к наиболее щекотливой части. Теперь я начинал теряться в догадках.

– У меня, лично, есть одна просьба, которую вы не обязаны выполнять, – Чар махнул рукой, и скандальная охотница подошла к нам, демонстрируя упрямство на симпатичной мордашке, – Зара изучает… Изучает вас. Если это возможно, пусть она, некоторое время, поживёт среди вас и немного понаблюдает. Дней двадцать будет вполне достаточно.

Только теперь я обратил внимание на дополнительный груз, какую-то хрень, типа рюкзака, за спиной девушки; у остальных охотников ничего подобного не было. Понаблюдает? Ха! Ну и просьба.

– Почему бы и нет? – сказал я, широко улыбаясь, – мы всегда рады принимать гостей. Особенно, если это – люди. Ну, ты знаешь.

Лицо Чара ожесточилось, и он сделал попытку закрыть Зару плечом.

– Если с ней случится какая-нибудь неприятность, – прошипел он, – я с тебя шкуру живьём сниму! Ты меня понял?

Я смотрел на них, они на меня и при этом, были настроены весьма решительно. К чему это они изготовились? Снять с меня шкуру?

– Согласен, – кивнул я, – если с ней произойдёт неприятность, разрешаю портить мою прекрасную шкуру. Если это всё… Илья, проводи наших дорогих гостей. Покажи им местные достопримечательности.

Всё-таки одно удовольствие наблюдать за тем, как движется лев. Особенно хорошо это заметно, когда рядом неуклюже барахтается какой-нибудь человечишка. Они ещё топтались у выхода, а кот уже вытек на площадь. Охотники окружили его со всех сторон и весь этот бродячий цирк, прихватив остальных, исчез с глаз моих.

Итак, я остался один на один с вредной девчонкой, в мешковатом комбинезоне и новёхонькой кирасе. Чёрные глаза сердито уставились на меня, а пухлые губы сплюснулись в узенькую ниточку. Теперь я мог различить целый выводок веснушек, рассыпавшихся по загорелой коже около вздёрнутого носика. Брови, с моей точки зрения, были толстоваты. И уж совсем никуда не годилось то, как они срослись над переносицей.