Анатолий Махавкин - Прайд (СИ)

– Десять жизней, за раз, – пробормотал я и покачал головой.

– Да не было у вас никаких десяти жизней, – вновь подала голос Галя, – эта самая, богиня, похоже, знала, про ваш фокус и блокировала связь. Я почувствовала, но предупредить не успела. Извини.

– Но как же? – я не мог понять, – ведь я ощущал, что умираю, когда эта гадина лупила меня! Что же произошло?

– Про это она и говорила, – Зара прижалась ко мне и поцеловала в шею, – ты – самый необычный лев! Выживаешь там, где другие не смогут. Возвращаешься с той стороны, чтобы закончить дело. И ты – мой!

– Общий! – обиженно воскликнула Галя, – не жадничай!

– Ладно, можешь пользоваться, – милостиво разрешила Зара и обе львицы расхохотались.

Всё это время охотники, сбившись плотной группой, угрюмо смотрели в нашу сторону. При желании, их можно было легко перебить: перевес явно был на нашей стороне. Так было бы даже лучше – я нисколько не сомневался в том, что Чар, опустивший голову и сжавший кулаки, никогда не забудет свою потерю. В обычае людей мстить, если не можешь возвратить утраченное. Но я всегда был весьма легкомысленным львом.

– Мы уходим, – сказал я кошкам, – если вы, конечно, не желаете прихватить с собой какую-нибудь любимую игрушку.

Я обращался к Гале, кивнув в сторону Карра. Молодой охотник был одним из тех, кому посчастливилось уцелеть в яростной мясорубке и теперь он просительно глядел на свою повелительницу. Галя задумалась, наморщив прелестный носик, а потом махнула рукой.

– Не стоит, – сказала она, – когда-нибудь, он мне надоест, и я нечаянно выпью его. В общем, всё закончится скверно. А так у нас обоих останутся хорошие воспоминания.

– Ты? – я повернулся к Заре.

– Все самые прекрасные мои воспоминания связаны с тобой, – она обняла меня, – ты же не собираешься меня покидать?

– Никогда, – подтвердил я, – ну что же…

Браслет перехода, пылающим кольцом, повис в воздухе, и я потянул его в стороны, ощущая, как огненная струна режет мои ладони. Резкая, почти невыносимая боль, но к ней привыкаешь, со временем, как и ко многому другому. Скажем, к утрате своих львов. О ком-то жалеешь, о ком-то – нет, но помнишь всех.

Свежий ветерок прилетел из другого мира и взъерошил мои волосы. Зара и зверята, с искренним интересом, наблюдали за открытием перехода: для них это было в новинку. Галя же, строила глазки убитому горем Карру – развлекалась напоследок, чертовка.

Через круглую дыру было видно зелёные поля, стройные пирамидальные деревья и крохотные аккуратные домики, удирающие к горизонту. Пушистые облака лениво скользили по светло-фиолетовому небу, и огромная синяя луна изумлённо взирала на наше явление. Ничего – привыкнет.

– Прошу, – пригласил я и Леся мгновенно сорвалась с места, нырнув в переход так, словно всю жизнь этого ожидала. Остальные дети проделали то же самое, но с некоторой задержкой. Нет, всё-таки, этот зверёк, по праву, верховодит всей группой. Мой коллега, стало быть.

Галя послала последний воздушный поцелуй своему протеже и вытекла на другую грань, попутно одарив меня легким касанием губ. Зара заколебалась, точно какой-то, самый последний, барьер рушился внутри неё. Потом кошка ослепительно улыбнулась и превратилась в солнечный блик, ускользнувший в переход. Хм, похоже этому фокусу она научилась у погибшей Акки. Недаром же они так похожи. Странно: такое сходство во внешности и способностях и такие различные характеры.

– Не-ет! – Чар, спотыкаясь, подбежал к переходу и упал на колени в пыль, рядом со мной, – верни её! Верни, я тебя умоляю! Верни, чёрт тебя побери! Я готов на всё, что угодно, я даже умру, если нужно, но только сделай её прежней!

Лицо его было мокрым, от слёз, а в широко открытых глазах застыло отчаяние. Забавно. На всё, что угодно? Странные мысли блуждали в моей голове. Этот человек несколько отличался от всех остальных. Недаром же Зара, когда-то выбрала именно его. А у меня хранились два медальона, лишившиеся своих хозяев

Я взял один и покачал перед лицом командира охотников. Он побелел, словно мел и тяжело сглотнул.

– Вернуть Зару я не смогу, – сказал я, – но ты сможешь быть с ней. Всё очень просто: одеваешь это, и она снова воспринимает тебя, как равного. Будучи обычным животным, ты не представляешь для львицы никакого особенного интереса. Кроме пищевого, разумеется.

– Нет, – он попятился, – только не это! Никогда…

– Никогда – очень громкое слово, для того, кто живёт так мало, – усмехнулся я, – жаль, твой Карр успел переспать с моей кошкой, думаю, он бы согласился. Прощай, человек.

– Я тебя найду! – с внезапной яростью, выкрикнул Чар и погрозил кулаком, – найду тебя и твой проклятый прайд!

– Забавно будут взглянуть на твою встречу с Зарой, – пробормотал я, переступая огненную черту, – интересно только, вспомнит ли она, кем ты был для неё, раньше?

Последнее "ненавижу!" донеслось с другой стороны и браслет, хлопнув, оседлал моё запястье. Я ощутил слабую пульсацию, которая затихала, с каждым мгновением.

– Точно сон, – сказала Зара и положила голову на моё плечо, – сон, страшный и прекрасный, одновременно.

– И он закончился, – констатировал я, обняв её, – жалеешь?

– Нет, – она рассмеялась, – мой, самый прекрасный, сон всегда со мной.

Кошки редко ошибаются.

И, в этот раз, она была совершенно права.

КНИГА 4

СЕРДЦЕ ЛЬВА

Гнусно воняло чем-то палёным и сизые кольца дыма лениво поднимались к белоснежному потолку, оставляя на его ровной поверхности уродливые пятна. Запах гари полностью забивал все остальные ароматы, но даже он был не в силах перекрыть смрад страха и ненависти, пропитавшую всё вокруг. Источник находился прямо передо мной. Оба.

Два молодых охотника, прижавшиеся плечами друг к другу и пытающиеся сделать вид, будто они, в большей степени ненавидят меня, чем боятся. Получалось не слишком хорошо.

Я, в который раз, взглянул на Чара – он продолжал неподвижно лежать у опрокинутого кресла, там, где я его бросил и даже не пытался пошевелиться. Возможно, удар головой о стену оказался чересчур силён? Впрочем, сейчас это было не самой важной проблемой. Пусть мы немного сблизились, но он оставался человеком и охотником, поэтому пусть его судьбу решают местные боги везения.

Я медленно прошёл вдоль странных серых коробок, лишённых каких бы то ни было признаков кнопок, рычагов или других управляющих элементов. Чёртов плащ обернулся вокруг ноги и я, раздражённо, отбросил плотную ткань, с трудом удерживаясь от ругательства. Всё было неправильно. Я оказался на грани, судя по всему, битком набитой охотниками, лишённый браслета, боевого оружия, части способностей и главное – своего прайда.