Наталия Матейчик - Черный перстень

Влад и Алиса переглянулись и решили не углубляться в дискуссию.

Тем временем они вышли во двор крепости.

– Нам сюда, – сказала Руни, указывая на густую тень, которую отбрасывали три огромные сосны, растущие рядом. – Смотрите, – Саманта ступила в тень, опустилась на корточки и поднесла свою руку почти вплотную к снегу.

И тут на фоне белого снега все отчётливо увидели, как от руки Руни льётся густое голубоватое свечение, которое окружает её ладонь и пальцы, как перчатка.

– Ну, чего же вы ждёте? – спросила Саманта.

Студенты поднесли свои ладони к снегу. Конечно, свечение, исходящее от их пальцев, было не таким густым и не таким сильным, как у Руни, но оно было, и они его отчётливо видели.

– Пространственная энергия – «дама» весьма капризная, – сказала Саманта. – Увидеть её можно только зимой в густой тени на фоне снега в ясный солнечный день…

Морозный воздух задрожал от гулкого удара колокола.

– Мы опоздали на алхимию! – обречённо шепнула Ида.

– Надеюсь, вы не скажете лока Чернову, что опоздали потому, что Руни не укладывается в отведённое на урок или на перемену время, – без улыбки сказала Саманта. – Нет?…

Несмотря на то, что во втором семестре им на дом задавали намного больше, ночами неугомонная четвёрка снова и снова пыталась обнаружить тайник в статуэтке, но все их попытки успехом не увенчались.

– Ладно, – мрачно сказала Ида после трёх декад бесплодных попыток, когда они заперлись в пустой аудитории на военный совет, – видимо, нам придется прибегнуть к спиритуализму.

– К чему? – спросил Артем.

– К спиритуализму. Иными словами, к общению с умершими, или, как их еще называют, развоплощёнными. Их считают всезнающими, правда, – эльфийка слегка усмехнулась, – часто они банально врут.

– Ты хочешь сказать, что мы будем вызывать духов? – ошарашенно спросил Владислав.

– Я не вижу другой возможности разгадать секрет тайника, – ответила Ида.

– Да нет там никакого тайника! – раздражённо бросил Артём.

– Есть! – уверенно ответила девочка. – Правда, – продолжала она, – есть три момента, которые нам необходимо оговорить. Первое: нам запрещено заниматься спиритуализмом до тех пор, пока нам не исполнится четырнадцать, то есть, мы осознанно идем на серьезное нарушение правил…

– А почему до четырнадцати лет запрещено заниматься спиритуализмом? – спросила Алиса.

– Потому, что только в четырнадцать окончательно формируется особая энергетическая оболочка, защищающая нас от так называемых одержателей, – ответила Ида.

– От кого? – удивленно спросил Влад.

– От одержателей. Одержатели – это, в основном, души самоубийц, раньше своего срока ушедшие с физического плана. Они – обитатели нижнего астрала. Одержатели рвутся обратно в физический мир, но, так как у них нет своего собственного физического тела, то они стремятся «захватить» душу человека, вошедшего с ними в контакт, и подчинить её своей воле. Само по себе одержание очень опасно, – помолчав, добавила Ида. – До смерти недалеко. А избавить жертву от одержателя очень сложно. Я думаю, из всех наших преподавателей только Лалу под силу «снять» одержателя и закрыть «окошко» в астрал.

– А может, не будем? – с сомнением в голосе спросил Артем. – Как-то всё это звучит не слишком… оптимистично.

– Вызывать духов буду я, – продолжала Ида, как будто и не слышав слова Артёма. – Вам не будет угрожать опасность «заполучить» одержателя, а я владею определенными защитными методиками. Мне их мама показывала. Второй момент: многие духи сами не хотят общаться с теми, кому ещё не исполнилось четырнадцати…

– Почему? – удивлённо спросил Влад.

– Они таким образом сами пытаются защитить нас от одержателей, – ответила Ида. – Отказываются общаться, чтобы тем, кому ещё нет четырнадцати, неповадно было лезть в спиритуализм. И третий момент, – продолжала девочка, – если нас застукают за этим занятием преподы… – она на мгновение запнулась, – то в карцер посадят всех четверых, как минимум, на двое суток, и на месяц лишат стипендии, потому что это – очень серьёзное нарушение.

В аудитории повисла пауза.

– Ну что, рискуем? – спросила Ида, обводя глазами друзей.

Влад, Артем и Алиса молча переглянулись.

– Рискуем, – ответил за всех Владислав.

Рискованную операцию запланировали на следующую ночь, и весь день Ида ничего не ела, а только пила воду – полное воздержание от пищи в течение как минимум, двенадцати часов было одним из условий успешного контакта с развоплощенными.

Вечером Владислав умыкнул из трапезной тарелку, которая была необходима для сегодняшней ночной авантюры. В час ночи, к счастью, не наткнувшись по дороге ни на кого из преподавателей, они прокрались в пустую аудиторию и заперлись там.

– Лайтио! – прошептала Ида, и тут же от её браслета брызнули лучи, освещая комнату.

Владислав, Артём и Алиса использовали то же заклятие, и комната осветилась лучами четырёх браслетов. Влад и Артём выдвинули одну из парт на середину классной комнаты, Ида подошла к парте и поставила на неё тарелку, а затем окропила пол вокруг себя и стола заговорённой водой, настоенной на семи священных травах.

– Это для того, чтобы вы были в безопасности и одержатель не смог «сесть» на вас, – сказала она. – Сейчас я вызову какой-нибудь дух и мысленно задам ему свой вопрос, – продолжала девочка. – Артём, когда вы услышите семь громких стуков через равные промежутки времени, ты начнешь повторять алфавит. Семью ритмичными ударами духи обычно здороваются, – добавила Ида. – Как только услышите одинарный стук, доносящийся с тарелки, ты, Артем, начинаешь повторять алфавит заново с самого начала. Владислав и Алиса, вы будете отмечать те руны, во время произнесения которых с тарелки раздался стук. Всем всё ясно?

Троица молча кивнула.

Ида глубоко вздохнула, как будто собираясь с духом, подошла вплотную к столу и стала ровным голосом произносить что-то очень ритмичное и певучее. Она говорила все быстрее и быстрее, и в этой ритмичной скороговорке уже сложно было вычленить отдельные слова. Так продолжалось минут десять, но вдруг девочка замерла, вглядываясь широко раскрытыми глазами в пространство перед собой, и все четверо услышали громкие ритмичные стуки, доносившиеся с тарелки. Их было ровно семь.

Артём тут же начал повторять алфавит, и почти сразу они явственно услышали одинарный громкий стук. Владислав и Алиса отметили первую руну. Артём снова начал повторять алфавит. И снова громкий стук с тарелки. Влад и Алиса записали вторую руну. Так, посредством стуков и алфавита, они получили одну фразу, а затем последовала дробь из пяти громких стуков – и тишина.

– Всё, – сказала Ида, – пятью стуками они обычно прощаются. Ну, что там у нас получилось?