Франс Бенгстон - Викинги

Были собраны войска, но они ничего не могли поделать с захватчиками, которые разделились на крупные отряды и грабили округу, собирая в одном месте все, что им попадалось под руку. После этого англичане забеспокоились, не стоит ли им опасаться, что грабители двинутся вглубь острова, и архиепископ Кентерберийский лично направился к королю просить помощи для своего города. Однако грабители понаслаждались немного в прибрежных районах, затем погрузили на свои корабли все, что им удалось награ­бить, и поплыли вверх вдоль берега. Затем они выса­дились в стране Восточных саксонцев и то же самое повторили там.

Король Этельред и его архиепископ, которого зва­ли Сигрик, сразу же стали возносить более долгие молитвы, чем прежде, и после того, как они узнали, что язычники, разграбив несколько деревень, отплыли в море, стали одаривать богатыми подарками тех свя­щеннослужителей, которые молились особенно рьяно, поверив в то, что избавились, наконец, от нежелатель­ных гостей. Но как только это было сделано, викинги приплыли к городу под названием Мэлдон, в устье реки Пэнт, разбили лагерь на острове в и стали гото­виться к нападению на город.

Ярла Восточных саксонцев звали Биртнот. Он был очень известен в своей стране, был крупнее других людей, чрезвычайно гордый и бесстрашный. Он со­брал мощную армию и пошел против викингов, чтобы посмотреть, не окажутся ли удары более эффектив­ными, чем молитвы. Достигнув Мэлдона, он пошел дальше, по направлению к лагерю викингов до того места, где только рукав реки разделял обе армии. Теперь ему трудно было атаковать викингов, но и им столь же трудно было напасть на него. Начался при­лив, наполнив реку водой до самых берегов. Река была не шире, чем расстояние броска копья, так что армии могли поприветствовать друг друга, но каза­лось, что они не смогут войти в соприкосновение. Так они стояли друг против друга в хорошую весеннюю погоду.

Глашатай армии Торкеля Высокого, человек, ис­кусный в ораторском деле, выступил вперед к берегу реки, поднял свой щит и прокричал через реку:

— Северные моряки, которые не боятся никого, попросили меня сказать вам следующее: дайте нам серебро и золото, а мы дадим вам мир. Вы богаче, чем мы, и для вас будет лучше откупиться данью, чем встречать таких, как мы с копьем, и мечом. Если у вас достаточно богатства, нам не обязательно будет уби­вать вас. Потом, когда вы купите свободу себе, своим семьям, своим домам и всему, что у вас есть, мы будем вашими друзьями и вернемся на свои корабли с по­лученными от вас отступными, потом уплывем, отсюда и будем верны своему слову.

Но Биртнот сам выступил вперед и, потрясая коп­ьем, проревел в ответ:

— Слушай внимательно, разбойник, наш ответ! Вот вся дань, которую вы у нас получите: острые копья и мечи! Не подобает такому ярлу, как я, Биртнот, сын Биртхельма, чье имя незапятнанно, не защитить свою страну и страну своего короля! Это дело будет разре­шено при помощи острия и клинка, и вам придется хорошенько подраться, прежде чем вы найдете в этой стране что-то другое.

Они стояли друг против друга до тех пор, пока не начался отлив и вода не понеслась к морю.

Тогда глашатай викингов прокричал через реку:

— Мы уже давно стоим без дела. Переходите к нам и мы позволим использовать нашу землю в качестве поля боя. Или, если вы так предпочитаете, выберите место на вашем берегу и мы перейдем к вам.

Ярл Биртнот не хотел переправляться через реку, потому что вода была холодная, и он боялся, что его люди отморозят конечности, а их одежда станет тяже­лой. В то же время он стремился начать бой до того, как его люди устанут и проголодаются. Поэтому он прокричал в ответ:

— Я дам вам площадку здесь, не откладывайте, переходите на наш берег и сразитесь с нами. И один Бог знает, за кем останется поле брани.

А вот что говорит бард Биртнота, присутствовав­ший на битве и сохранивший свою жизнь:

Люди Биртнота стояли в ожидании их, как стена из щитов. Он приказал им сначала бросать копья, а затем наступать с мечами и загнать язычников обрат­но в реку. Но викинги построились в боевой порядок вдоль берега как только вышли из воды, команда каждого корабля держалась вместе, и сразу же с боевыми криками под предводительством капитанов кораблей ринулись в бой. Туча копий полетела в них, свалив многих на землю, с которой они уже не подня­лись, но они продолжали неумолимо продвигаться вперед, пока не сошлись щитом к щиту с англичанами. Потом началась яростная битва, сопровождаемая кри­ками, правый и левый фланги викингов были останов­лены и подверглись сильному давлению. Но Торкель Высокий и два капитана, ближайшие к нему, одним из них был Орм, а другим — Свенссон Широкий, знаме­нитый вождь, тан из Сьяланда, которого король Харальд объявил вне закона во всем Датском королевст­ве, и который дрался вместе со Стирбьорном в битве при Фирис-Плэйн недалеко от Уппсалы — напали на фалангу Биртнота и сломали ее. Торкель кричал сво­им людям, чтобы убили высокого человека в серебря­ном шлеме, потому что тогда победа будет за ними. Сразу же битва стала самой жаркой на этом участке поля, и здесь осталось мало места для простых воинов. Широкий пробил себе дорогу, убил знаменосца Бир­тнота и нанес удар Биртноту, ранив его. Но в ту же минуту он и сам упал с копьем в горле. Многие вожди с обеих сторон были убиты, а Орм поскользнулся на лежавшем на земле щите, скользком от крови, и упал на человека, которого перед этим убил. Когда он па­дал, то получил удар дубиной по затылку, но сразу же те из его людей, которые были ближе к нему, набро­сали на него щиты, чтобы закрыть его и защитить ему спину.

Когда он пришел в себя и смог при помощи Раппа встать на ноги, битва откатилась от этой части поля, и викинги одерживали победу. Биртнот пал, и многие из его людей побежали, но другие соединились в тесное кольцо и, хотя и были окружены, все еще мужественно сопротивлялись. Торкель кричал им в шуме боя, что сохранит им жизнь, если они бросят оружие, но они закричали в ответ:

— Чем меньше нас останется, тем яростнее мы будем драться, тем метче будем целиться и сильнее рубить.

Они сражались до тех пор, пока все не полегли на земле, вместе со многими противниками, возле трупа своего предводителя. Викинги удивлялись мужеству этих англичан, отдавая дань мертвым. Тем не менее, битва при Мэлдоне, произошедшая за три недели до Троицы в 991 году, стала тяжелым ударом для короля Этельреда и катастрофой для его страны, поскольку теперь страна лежала беззащитной перед яростью захватчиков с севера.