Евгений Гришковец - Асфальт

Поверь мне. В каждом движении её видно… а лицо красивое, Мишенька?

– Очень! – улыбаясь, ответил Миша. – Настоящая красавица. И что-то, действительно, опасное в ней точно есть.

– Так я же тебе… об этом! Хищница! Рысь… – обрадовался Стёпа. – Интересно было бы даже взглянуть, кого она в своих коготках держит. И кто в ней эту хищницу разбудил. Может быть, он здесь сейчас сидит и думает: что-то долго моя милая в туалет ходит, – Стёпа хохотнул и обвёл зал ресторана взглядом, – у меня такое было. Целый час сидел ждал, а она уехала, а потом сказала, что захотела спать. Ох, Мишенька, чего только со мной они не вытворяли, – Стёпа засмеялся.

Миша сидел, слушал Стёпину болтовню, и ему было почти спокойно и почти совсем хорошо. Он не хотел говорить. Он хотел слушать.

– Нет, Миша! Эти девочки меня удивляют беспрерывно. Знакомишься с ней, она вкуснее гамбургера и похода в кино ничего не пробовала. Через пару месяцев она уже так смотрит на официантов в любом ресторане, будто герцогиня или, на худой конец, графиня. Она уже сама себе дверь в машину не открывает и в машине будет сидеть, пока дверцу ей не откроют. А в марках автомобилей они, знаешь, как быстро начинают разбираться!! Откуда, Мишенька, в них это? Талантливые, ужас!

Официант принёс бутылку воды. Он неторопливо открыл её и так же медленно стал наливать её в стакан. Стёпа с жадностью и нетерпением наблюдал за этим. Как только его стакан был налит, Стёпа схватил его и моментально с наслаждением выпил. От того, как Стёпа это сделал, Мише тоже захотелось пить.

– И с водочкой и закусочкой не тяните, пожалуйста, – сказал он вслед уходящему официанту, – если не хотите нашей смерти.

– Уже вот-вот… – последовал ответ.

– Так вот, один товарищ мой, ещё с давних времён, – продолжил Стёпа азартно, – уж как его угораздило, не знаю… Он-то парень богатый. Ну, то есть, действительно, богатый… Нашёл себе студентку. А она училась петь… Не в консерватории, а в каком-то другом месте. Где он с ней познакомился, не знаю. Ей вообще лет семнадцать было, когда он с ней познакомился. А он лысый. Я по сравнению с ним стройный юноша. Ох, она из него крови попила. Два года вертела им, как хотела. Он и её и всех её родственников в Ростове-на-Дону и чуть ли не пол-Ростова, всех содержал. И счастлив был. Похудел, похорошел, чуть из семьи не ушёл. И как-то спрашивает меня, мол, нету ли у меня знакомых где-нибудь в театре или в кино. Я его спрашиваю, зачем ему? А он говорит, что его певица петь уже не хочет. А хочет на сцену или на экран. А я ему и говорю… Не знаю, говорю, есть у неё талант к пению или к актёрству. Может быть, есть, а может быть, и нет. Но то, что такой певицы или актрисы не будет, это уже ясно. Она уже за зарплату или за те деньги, которые в театре платят, петь или танцевать не станет. Она уже рысь… Почесал мой товарищ тогда репу да ничего возразить мне не смог. Кому-то теперь эта певица уже другому кровь пьёт…

В этот момент Мишин телефон снова ожил. Кто-то ему звонил. Миша взглянул на экран телефона, но там было указано, что номер звонившего не определён. Миша приподнял бровь, изобразил сам себе удивление на лице и поднёс телефон к уху.

– Да-а-а! – сказал Миша, но не услышал никакого ответа. – Слушаю вас. Говорите, – он подождал ещё пару секунд. – Простите, вы будете говорить?… Извините, я вас не слышу, – он отключился и пожал плечами.

– Кто это? – насторожился Стёпа.

– Да непонятно, – ответил Миша. – Чего-то со связью. Надо будет, перезвонят.

Как только Миша это сказал, телефон его снова подал сигнал. Он поднёс его к уху, не сомневаясь, что перезванивает недозвонившийся человек.

– Привет, Мишенька, – услышал он женский голос и растерялся. – Тебе удобно говорить со мной? Прости, что я так тебе звоню, без предупреждения…

– Я могу говорить, – ответил Миша, не понимая, с кем говорит, – всё в порядке…

– Ты что, не узнал? Вот евин! – и Миша услышал смех.

– Соня! Прости! Но ты сама никогда не звонишь. Да тут ещё звонок был непонятный… Я подумал…

– Нет-нет! Ты не узнал! Что, много девок тебе звонит? Запутался? Надо было сказать, что это звонит Виолетта или Анжела. Интересно, что бы ты тогда сказал?…

– Сонечка! Что-то случилось? – спросил Миша, уловив в Сонином голосе необычные интонации.

– Да всё в порядке, – ответила она весело, – просто я пью сегодня с подружками. Мы сидим и пьём. Но мои подружки меня скоро бросят. Вот я и хочу узнать, кто-нибудь готов в этом городе сегодня со мной выпить? Но ты можешь не беспокоиться, я найду. Просто я начала обзвон с тебя.

– Что-то случилось? – спросил Миша быстро.

– Ты чем там слушаешь? Я же тебе всё только что сказала.

– Понял! – растерялся Миша. Он почувствовал, что с Соней что-то стряслось, и её лучше не оставлять сейчас одну. Но он так же помнил свою просьбу о том, чтобы вечер прошёл без Стёпиных и Серёгиных подруг. – Я сейчас тебе перезвоню! Минутку.

– Ой, Мишенька, не надо там из-за меня чего-то выдумывать. Сейчас позвоню кому-нибудь другому.

– Дай мне минутку, и я тебе всё скажу, – решительно сказал Миша. – Только посиди там минутку спокойно. Не отключайся. Я сейчас.

– Что стряслось? – наклонившись вперёд, спросил Стёпа. – Кто это тебе звонил?

– Одна старая знакомая, – как можно серьёзнее сказал Миша. – Именно знакомая, понимаешь? Товарищ, можно сказать. Что-то с ней не то, – Миша говорил, закрыв телефон ладонью, чтобы Соня ничего не слышала.

– Нужна помощь? – насторожился Стёпа.

– Не пойму. Она где-то сидит, по-моему, уже прилично набралась. Не хочет быть одна. В этом ничего не было бы удивительного, если бы за ней такое водилось. Но с ней такое, на моей памяти, в первый раз.

– Ну? – вытаращил глаза Стёпа.

– Что, ну? – развёл руками Миша. – Я бы человека в таком настроении в пятницу в Москве не бросил. Но я сам вас просил, чтобы сегодня компания без дам.

– Так она же не дама, а товарищ! – пожал плечами Стёпа.

– Ох, Стёпа! Она такая дама, что я постоянно переживаю из-за того, что мы товарищи. Хотя для тебя она уже взрослая.

– Да зови, Мишенька! – махнул Стёпа рукой. – Тем более ты сказал, что она там выпивает. А мы тоже решили, что сегодня выпиваем. Серёга приедет, но он в этом деле не помощник. Зови своего товарища.

– Спасибо, старина! – искренне сказал Миша и крикнул уже в трубку: – Аллё-о! Соня-а! Ну-у…

– Ну что ну? – услышал он. – Мне здесь делают уже вполне лестные предложения. Ещё минуту размышлял бы и всё.

– Сонечка, подъезжай! Обещаю общество блестящих мужиков. К тому же мы собрались с твёрдым намерением напиться.

– А ко мне кто-нибудь будет приставать? – спросила Соня весело.

– А надо?

– А как же! – удивилась она.

– Обязательно будет! – моментально ответил Миша.