Рудольф Слобода - Разум

В начале марта, когда соседи шумно повалили с граблями на свои сады-огороды — жечь мусор или удобрять землю, мне тоже пришлось задуматься, как быть с отцовским садом. Падал забор. У каждого столба я выкопал яму и всадил новый столб, покороче. Старые, подгнившие, я тоже оставил — пусть служат подпорками. Сгнили они лишь у самого основания, и срывать с них забор было бы делом зряшным. Эта работа и так заняла у меня почти два дня. Ночью я проснулся от усталости, потеряв всякую надежду отдохнуть.

Обнаружил я и другие прорехи. Пришлось уменьшить выгребную яму. Когда-то в нее сливалась и вода, и яма постепенно оползла. Сейчас я уполовинил ее, засыпав золой и мусором. Отвел новое место для навозной кучи. Сюда и воду будем сливать, и гниющие отходы выбрасывать. А те, что не гниют, отправим в мусорное ведро.

Старый холодильник, в котором отец хранил инструменты, я положил плашмя и передвинул — в нем устрою парник. Два бетонных квадрата я собирался вытащить из-под холодильника, еще когда прокладывал дорожку. А теперь этими плитами я продолжил ее.

Три дня трудился и измотался вконец, пора было отдохнуть, не то, глядишь, снова откроется язва. (Та, осенняя, как мне сказали, обострилась у меня от надсады — я один убирал спиленный орех.) Отдыхать тоже надо уметь.

Но в тот день, который я хотел целиком посвятить размышлениям о сюжете, повалилась калитка. Нового подходящего столба у меня не было, и я порядком измучился, прежде чем сообразил, как починить эту калитку, на что навесить ее.

Как раз в тот самый день мне пришла в голову неплохая мысль — сделать фильм о любви старого мужчины. Предположим, он страстно влюбляется в молодую женщину, которая поначалу отвергает его. Но он человек с положением и в конце концов добивается своего — женщина выходит за него замуж, хотя по-настоящему никогда не любила его и не полюбит.

Я читал персидский эпос — мужчина, облеченный верховной властью, мечтает о любви одной женщины, но она обещает ему в жены свою дочь, если таковая у нее родится.

Мне подумалось, что было бы занятно, если бы девушка из моего фильма поступила бы так же, как девушка из древнего персидского сказания: после свадьбы отправилась бы к колдунье и та дала бы ей зелье, которое превратило бы мужа в полного импотента. (В эпосе эту задачу выполняет амулет.)

Затем меня вдруг осенило: да ведь из этого можно сделать комедию. И в таком случае мужу даже не обязательно давать зелье против любви — сойдет и амулет. Правда, подобный тип юмора в Словакии пока непривычен.

Для комедии в свое время я нашел и название: «Дон Жуан из Жабокрек [2] Название словацкого села под г. Мартином. ». Причем не я выдумал его, а он был выдуман для меня…

Я решил за починкой калитки этот вопрос досконально обмозговать. Но вскоре оказалось, что проблема калитки столь же сложна, как и сюжет.

Пришлось притащить два бетонных столба из виноградника. Я вырыл их, причем один сломал. Теперь и не вкопаешь его глубоко, и калитку на него не привесишь. Хорошо еще, что я понял это раньше, не успев всадить столбы в землю. Смена столбов совершенно нарушила весь мой первоначальный замысел. Теперь придется передвинуть петли, задвижку и крючок — калитка должна запираться в двух местах: иначе псы откроют ее и уйдут.

Когда я снял забор со столбов, он почти завалился. В самом деле, и у него был свой век, почитай, ему уже за сорок, а то и больше. К бетонным столбам медной проволокой я прикрутил деревянные столбики и промазал их олифой, хотя и понимал: нижний конец столба все равно сгниет в земле, олифа тут ни черта не поможет. Возясь с забором, я неожиданно для себя обнаружил, что соседи прикрепили к нему веревку для белья. Попытался осторожно отодрать штакетину, на которой веревка держалась. Веревка упала, но завалилась и калитка. И тут вдруг вышел озабоченный происходящим сосед. Не иначе как он следил за мной, и слава богу, что я не отрезал веревку, а снял ее вместе с доской. Оно и выглядело так, будто я хотел что-то подправить в заборе, а тут нечаянно слетела калитка. Я объяснил соседу, и он, похоже, поверил. Этот сосед здесь новенький, скорей всего, даже не знает, кто хозяин забора. Такому хоть что наболтай — он только уши развесит.

У соседей на дворе чудовищный беспорядок. Наш забор подпирают кирпичи, старая кровать, там завал бутылок, кастрюль, тряпок. Расчищая пространство под забором, я наткнулся на сгнившие пищевые отходы, на всякие бумажки, окурки, черепки. Соседи выливают туда помои. Хлевушки у них дырявые, живет в них бедолага пес с благородным именем Бояр. Иной раз на свой страх и риск отвязываю его и впускаю к нам поиграть с моими собаками. Соседи против этого ничуть не возражают, считая, что тем самым я буду обязан одалживать им деньги. Они уверены, что у меня на сберкнижке триста тысяч, и виной тому я сам. Однажды, упившись, я козырнул этой суммой в корчме, желая перещеголять кого-то. Отец тоже давал им денег взаймы, но всего лишь по десятке на сигареты — мне же приходится раскошеливаться всякий раз на полсотни.

Сперва все это свинство, обнаруженное под забором, взбесило меня. Но когда я выгреб все и отвез на тачке к навозне и в сад — успокоился. И камни из-под забора повыбрал. Забор, правда, стал пошатываться, но какая разница! Потом я прорыл вдоль забора длинную борозду — если соседи опять вздумают вылить воду, она теперь потечет к ним. Но им от этого ни холодно ни жарко.

Зимой, примерно месяц назад, когда все еще прикрывал снег и когда все дворы обычно выглядят очень нарядно, хотя ни на одном не бывает идеальной чистоты, в деревню пожаловал милиционер — он разрешал супружеский спор наших соседей — и буквально остолбенел. Приказал им тут же навести порядок, хоть и не уполномочен был отдавать такой приказ. Но, верно, уж слишком был потрясен. Сразу понял, что таких людей ничем иным не проймешь. Поглядел немного, как они неохотно откидывают лопатой мусор, как бросают куски дерева куда-то за хлевушок, вздохнул, поднял глаза к небу, словно пытался найти там какое-то объяснение, да и пошел восвояси. Он удалялся, а соседка все косилась на меня — думала, что я непременно доложу милиции о дальнейшем ходе уборки. Соседка погнала на двор дочку, ту, что у нее от первого брака, — и девочка стала накладывать весь этот хлам на тачку. Я сказал, что тачка для нее чересчур тяжела, пусть-ка предложит отцу заказать в ЕСК [3] Единый сельскохозяйственный кооператив. трактор с прицепом — разве трактору такое под силу. Девочка ответила, что с таким чушком, как ее отец, и связываться нечего. Однако мое замечание придало ей смелости — оставив тачку, она побежала играть. Потом вышел сам хозяин и принялся прочесывать двор длинными вилами. Какое-то время он поработал на славу, но потом бросил вилы и пошел ругаться с женой.