Павел Иевлев - Город людей

— Ничего себе! — голос Мигеля из-под шарфа звучал глухо, но оптимистично. — Мы как Папанин на полюсе!

В тусклом свете фонарей стены и полы коридоров красиво сверкали густым инеем — температура падала так быстро, что влага из воздуха кристаллизовалась на всех поверхностях. На полу отчетливо виднелась протоптанная дорожка к вестибюлю, где через прокопанный в снегу коридор выходили на улицу хозгруппы. Кинозал был в другой стороне. Ольга вздохнула — еще четыре лестничных пролета в тяжеленном, волочащемся по земле тулупе. В таком хорошо в карауле стоять, а не по ступенькам взбираться.

Кинозал располагался в «Центре культуры и отдыха». Из административного корпуса туда надо было идти по переходу на уровне второго этажа. В нем, видимо от температурной деформации, выдавило алюминиевые рамы панорамных стекол, и на фоне белого инея стен проемы зияли жутковатой черной пустотой. Ольга не удержалась и выглянула, посветив фонариком вниз. Снег оказался неожиданно близко, почти под самыми окнами. Если идти по его поверхности, то внутрь перехода можно просто перешагнуть.

Оборудование кинопередвижки Андрей одобрил, и обратно мужчины несли серые деревянные ящики с аппаратурой, а Ольге достались жестяные цилиндрические коробки с пленками, которые она тащила на импровизированной, сделанной из столешницы, волокуше. Доска легко скользила по обледеневшему полу, и было не тяжело, но руки коченели даже в рукавицах. Ломило от холода лоб, глаза и переносицу. Непроизвольно выступали слезы, которые тут же замерзали, склеивая ресницы, а протирать глаза было неудобно.

В переходе остановились передохнуть, Андрей и Мигель, несмотря на обжигающий лицо мороз, закурили.

— Потом за остальными сгоняем! — бодрился лаборант, пуская дым в пустой оконный проем. — Я посмотрел, там много всяких фильмов, и для детей есть мультики… Стоп, что это?

Он направил свет фонаря в окно. Ольга тоже посветила туда, но ничего не увидела.

— Там что-то двигалось! — заявил лаборант.

Он высунулся в пустой проем и пробежался лучом по снегу.

— Да вот, и след же!

Параллельно переходу, в паре метров от окна в лучах фонарей действительно просматривалась какая-то размытая борозда, как будто что-то только что протащили. Рыхлый и легкий перемороженный снег плохо сохранял форму следов.

— Это было что-то большое, черное и быстрое! Я не успел разглядеть.

— Да ладно, — засомневался Андрей, — на таком морозе ничего не выживет. У меня даже папироса к губе примерзла…

— Я видел! — настаивал Мигель. — Да вон, смотрите, смотрите же! Вот оно!

Вдалеке, за границей светового луча, вроде бы что-то двигалось, рассекая снег. Из-за слабого света и поднятой снежной пыли, разглядеть подробности не удалось.

— Я же говорил! — торжествовал лаборант.

— Чему ты радуешься, придурок? — неожиданно грубо оборвал его Куратор. — Быстро берите ящики и бегом отсюда.

Мигель обиженно засопел в шарф и замолчал. Подняли ящики и понесли — не бегом, но все же быстрым шагом, непроизвольно оглядываясь на пустые проемы окон за спиной. А Ольга, таща волоком за собой коробки, неотвязно думала о том, что где-то там, в морозной темноте, сейчас ведет спасательную группу Иван. От этого неприятно заныло предчувствием беды сердце.

Когда, вернувшись в убежище, она увидела растерянную суету толкущегося у входа руководства, то сразу поняла — так и есть, случилось.

— Что с Иваном? — схватила она за рукав свитера Лебедева.

— Неизвестно, — отмахнулся он. — Радист вышел на связь и доложил, что у них что-то произошло в котельной. Кто-то, кажется, погиб, но мы не поняли кто и почему, а больше на связь они не выходили. То ли батареи замерзли, то ли…

Директор не договорил…

— Я иду за ним! — твердо сказала Ольга.

— Ты с ума сошла?

— Я с вами! — быстро сказал Мигель.

— Остановите эту сумасшедшую, — повелительным тоном распорядился Куратор, но директор не обратил на него никакого внимания.

— Оленька, — сказал он успокаивающе. — Ну куда ты в твоем положении пойдешь? Там темнота и мороз…

— Я только что оттуда, не надо мне рассказывать! И я уже одета, снаряжена и готова.

— И я! — поспешил заявить Мигель.

— В моем положении нет ничего особенного, мне рожать не завтра, а пока вы собираете новую группу, они могут там погибнуть.

— Я с вами, — внезапно сказал Андрей, выходя из дежурки со своим карабином.

— Ты-то куда? — заметно разозлился Куратор. — Я тебе запрещаю!

— Запрещалка не выросла! — отмахнулся Андрей.

— Чертов авантюрист… — зло сказал Куратор, но, стиснув зубы, отошел в сторону.

Лебедев пристально посмотрел на Ольгу, хотел что-то сказать, но только махнул рукой.

— Снегоступы у выхода возьмите, мы их много наделали, — подошел кто-то из дежурных. — Там ступеньки в снегу вырубили, по ним подниметесь на поверхность, а дальше снег рыхлый, без снегоступов никак. И вот еще очки лабораторные из плексигласа…

Идти на снегоступах оказалось с непривычки очень сложно — ноги приходилось широко расставлять и высоко поднимать. Овальные алюминиевые пластины, грубо нарезанные из какого-то технического лома, привязывались к валенкам ремнями, а Ольге еще и валенки были велики, болтаясь даже поверх ботов. Первое время им приходилось то и дело хвататься друг за друга, чтобы не упасть, но потом понемногу привыкли. Институтская котельная находилась на окраине территории, от главного входа до нее было примерно километр, но преодолеть это ерундовое, в общем, расстояние оказалось не так просто.

— Это наверняка оно… — попытался говорить Мигель, но вести беседу на таком холоде оказалось просто невозможно — воздух выстуживал так, что, казалось, сейчас зубы треснут.

В плотно прилегающих к лицу лабораторных очках глаза уже не так резало холодом, но сами очки понемногу обмерзали.

— Надо было мылом натереть… — не унимался говорливый Мигель.

Андрей шел молча, сосредоточенно сопел, старательно переставляя ноги и поддерживая Ольгу за локоть, когда она теряла равновесие. Этот человек был ей непонятен — он прибыл в Загорск-12 вместе с Куратором, но в качестве кого? Почему именно он — это было жесткое безапелляционное требование — должен был пройти через созданный установкой прокол? Что за дела были у них в гараже — настолько важные, что они были готовы чуть ли ни за оружие взяться? Ответов на эти вопросы у нее не было, но все же она была благодарна, что Андрей вызвался идти с ними — если потребуется спасать людей, лишние руки не помешают.

В темноте оказалось неожиданно сложно ориентироваться даже на насквозь знакомой территории Института. Заваливший все снег скрадывал контуры зданий и путал ориентиры, фонари светили слабо и недалеко. С первой попытки прилично промахнулись — уперлись в гараж, причем не сразу даже поняли, что торчащие из-под снега кусок стены и угол крыши относятся именно к нему. Сориентировались, прикинули направление, пошли дальше — и чуть не убрели невесть куда. Спасло то, что Ольга зацепилась краем снегоступа и упала. Оказалось — за верхушку фигурного кованого копья, венчающего скрытую под сугробом ограду.