Катя Саргаева - Мирное небо

Любовь это хаос. Это мое определение. Это состояние, которое превращает твою жизнь в череду необоснованных поступков, мыслей и действий. А главное, что и основание для этих поступков, мыслей и действий не нужно, основание очевидное и простое — я влюблен! Это как отрыгнуть и сказать — я перевариваю пищу. А почему бы и нет? Ведь этот процесс более очевиден и логичен, нежели я проехал свою остановку, потому что влюблен. Нет, ты проехал свою остановку, потому что ты стал рассеянным, а рассеянным ты стал, потому что влюбился. Рассеянность это часть хаоса. Любовь рождается из хаоса и порождает хаос. По-моему все очевидно. Мало кто любит хаос, но все любят любовь. Говорят, что любовь делает их лучше. Что за бред вообще? Это самое что ни на есть противоречие. Хаос люди определяют как нечто плохое, но это плохое делает их лучше. Очень интересно! Ева такая же соня как я, мы заводим три будильника каждая, и на всякий случай проверяем, встала ли каждая из нас. Так какого хрена мы обе делам в воскресенье в половине девятого на кухне? Я не люблю любовь и не люблю любить, потому как не люблю хаос. Я столько лет никого не любила! Я отвыкла от хаоса, но сейчас он меня настиг.

— А люблю Лёню, — спокойно сказала я.

Ева остановилась, посмотрела на меня и улыбнулась.

— А я думала, что ты никогда в этом не признаешься!

— Ну тебе-то я могу признаться.

— И что дальше? Вы будете вместе?

— Вот она, очевидная логика. А почему мы обязательно должны быть вместе?

— Ну не знаю, мне постоянно хочется быть рядом с Адамом, показывать свои чувства, дарить ему свою любовь.

— А если я не хочу никому дарить свою любовь? У меня много всего есть, чем я могла бы поделиться с окружающими, я много чего могу подарить, но я же этого не делаю. Я знаю, ты сейчас скажешь, что отдавая — получаешь. Так и есть какое-то время я буду получать, а потом, когда он сделает мне больно я получу только разбитое сердце. Так не лучше ли мне его, зная это просто не отдавать ему, не дарить?

— Если бы все люди вот так сразу думали о последствиях, то и семейных пар не было бы. К тому же, не обязательно он должен разбить тебе сердце.

Я сидела в задумчивости. Может Ева и права, ведь полно людей, у которых все хорошо, полно счастливых пар.

— Мам, просто попробуй, ведь не просто же так вселенная свела вас. Как там сказала Коко Шанель? У судьбы нет причин без причины сводить посторонних.

— Этому действительно должна быть какая-то причина, ты права. Но я очень боюсь. Я так много раз обжигалась.

Две недели я пряталась от Лёни, даже купила желтое платье с черными полосками, это произошло подсознательно. Ева сразу сказала, что я как радиация или оса, что у меня в этом платье на лбу появляется надпись «Не влезай, убьет!». Я знала, что Лёня ходит обедать в кафе университетского городка, но сейчас он оккупировал столовую. Когда я приходила туда, он уже сидел за столиком, как будто ждал меня. Поначалу мы вместе обедали, а потом я начала брать с собой бутерброды и обедать у себя в аудитории. Ева ругала меня, говорила, что из-за своей трусости я плохо питаюсь.

Однажды после обеда я включила музыку. Недавно я накачала себе всякой классической музыки в телефон, и сейчас включила и слушала. Звучал Хрустальный вальс, и я начала кружиться в пустой аудитории. Музыка лилась прямо в мое сердце, и мой разум покинул эту планету. На Землю меня вернул звук упавшего стула. Я обернулась и увидела Лёню.

— Извини, я случайно задел стул и он упал. Я не хотел прерывать твой танец. Я залюбовался тобой. Ты прекрасна, когда погружаешься во что-то.

Когда меня что-то сильно трогает, и я улетаю с этой планеты, по возвращении я еще какое-то время нахожусь как под действием каких-то наркотиков или лекарств, в какой-то степени я остаюсь открытой и безоружной, и лишь потом надеваю назад свои защитные доспехи.

— Потанцуй со мной, — сказал Лёня.

Не дожидаясь ответа он вложил мою ладонь в свою, а второй рукой обнял меня за талию и мы закружились в вальсе. Он замечательно танцует. Скрипка великолепна, подумала я.

— Скрипка великолепна, — вслух сказал Лёня.

За те три недели, что мы с ним были знакомы мои чувства к нему укрепились. У меня не оставалось сомнений, что спустя столько лет я снова любила мужчину. Я чувствовала его руку на своей спине, и поняла, что скучаю по нему. Неужели Ева права, и мне может захотеться подарить ему свою любовь? Он был так близко ко мне, еще никогда раньше он не обнимал меня. Я чувствовала, как моя ладонь в его руке вспотела. Мое лицо было рядом с его шеей, от него замечательно пахло. На мне была темно-синяя блузка, и сделана она была так, как будто я ее неправильно одела, сзади были пуговицы по всей длине. Пуговиц было всего четыре с большим расстоянием друг от друга. И вдруг Лёнина рука случайно скользнула в промежуток между пуговицами и оказалась под блузкой на моей голой спине. Поняв это он тут же убрал руку. Но спустя полминуты вернул ее на место и прижал меня крепче к себе. Я подняла на него голову, чтобы вставить комментарий по этому поводу, уже открыла рот, но почему-то замолчала. На меня смотрели два сияющих изумруда его глаз. В них было столько любви! Мне казалось, что еще никогда я не видела столько любви в глазах мужчины. Через секунду мы слились в поцелуе. Я не знаю, как и почему это случилось, но это случилось. Я вся отдалась этому поцелую. Поцелуй вещь очень интимная. Когда чужой язык проникает тебе в рот это интимнее секса, мне так кажется. В поцелуе человек получает больше эстетическое удовольствие, нежели физическое. В сексе ты отдаешься, а в поцелуе приходит желание отдаться.

Боже, что я творю?!!! Эта мысль пронеслась в моей голове и побежала дальше, но я успела ухватить ее за хвост и прижать к себе. Глядя прямо мне в глаза мысль снова прокричала мне «Вера! Что ты творишь?!!!». Я резко отпрянула от Лёни, глаза у меня наверное были дикие, как у животного, загнанного в угол.

— Не трогай меня! Не прикасайся ко мне! — закричала я.

Мне казалось, что это кричала не я, что звук отдавался эхом откуда-то. Лёня смотрел на меня растерянно, потом сделал шаг по направлению ко мне, видимо он хотел меня успокоить. Но я выставила руки вперед, как бы преграждая путь к себе.

— Кто ты такой? Как ты смеешь врываться в мою жизнь? Я не хочу!!! — я кричала как бешеная, — я не хочу! Мне не нужны отношения, и любовь не нужна! Не смей ко мне больше прикасаться, и целовать меня больше не смей!

Я вдруг замолчала, как будто выдохлась. Собственный крик стоял у меня в голове. Я чувствовала, что сейчас заплачу.

— Пожалуйста, уходи, — спокойно сказала я.

Он хотел что-то сказать, но я прервала его.

— Просто уйди.

Лёня молча ушел. Он выполнил мою просьбу. А я-то думала, что он начнет что-то говорить и оправдываться, ведь мужики не могут просто помолчать, им нужно оставить за собой последнее слово. Я стояла посреди пустой аудитории в прострации, а из моего телефона лилась Лунная соната. Слезы катились из моих глаз крупными каплями, я так давно не плакала, я даже не могу вспомнить когда это было в последний раз. Мышиные слезы не в счет.