Алекс Бранд - Выбор [СИ]

— Клайд справится, дорогой мой кузен, почему-то я в этом не сомневаюсь.

— Поехать завтра с тобой, быть может? Еще два дня я свободен.

Они вышли на ярко освещённую привокзальную площадь и медленно направились к автобусной остановке. Ольга улыбнулась.

— Не надо, что со мной случится…

Вот и остановка, Ольга не спеша прошлась по ней, остановив брата, шагнувшего было следом. Вздохнула, проведя рукой по кирпичной стене, плечи ее вдруг поникли.

— Только вчера мы стояли тут и знакомились, все только начиналось, — грустно сказала она, посмотрев на подошедшего Кирилла, — впереди были веселые хлопоты, праздник…

— Понимаю, Оль, все понимаю… А теперь…

— А теперь все закончилось и мне больно, Кир. Тебе я могу признаться.

— Ты так ее любишь?

— Она… Понимаешь, я чувствовала…

— Что?

Ольга вскинула на Кирилла глаза, помолчала, как будто сомневаясь. Решилась и негромко сказала.

— Вы называли это «взглядом ангела». Я видела его на Роберте.

— Что?

— Да, ты не ослышался.

Кирилл покачал головой, засунув руки поглубже в карманы пальто, как будто внезапно ему стало холодно.

— Ты рассказала, она хотела покончить с собой…

Ольга в свою очередь покачала головой.

— Нет, не то.

— А что же тогда?

— Не знаю, Кир. Но знаю одно — она должна была умереть. Скоро. Я это чувствовала.

Ольга приблизилась и заговорила быстро, как будто боялась, что ее перебьют или не дадут сказать.

— Смерть уже стояла рядом, Кир. Какая-то страшная смерть… Я видела сны… Смутные сны, озеро, какая-то лодка… Клайд… И ее пронзительный крик ужаса. И тьма. Я хотела ей сказать, но не знала как… Что бы она подумала? Ей и так было тяжко…

Кирилл положил ладонь на ее плечо, пытаясь успокоить, Ольга слегка отстранилась, не давая себя отвлечь.

— Я хотела что-то сделать, Кир, чувствовала, что это надвигается на нее, и не знала как поступить. Был момент, я решила убить его.

Кирилл молча поднял бровь, удивлённо посмотрев.

— Да, и не смотри так!

Молчание.

Ольга негромко продолжает свой рассказ, на остановке по прежнему никого и автобус все не подходит, словно давая возможность высказаться.

— Я хотела его убить, Кир. Потому что он хотел убить ее, я знаю. Те сны… Это было эхо от его мыслей.

Кирилл молча слушал, неподвижно застыв, глаза сузились.

— Так вот оно что…

Залитая солнцем пристань у реки, яркие разноцветные лодки, гомон отдыхающих, желающих покататься. С десяток лодок неторопливо плывут, неся празднично одетых пассажиров.

— Девочки, покатаемся?

Кирилл делает несколько шагов в сторону пристани и уже машет распорядителю, выбросив вверх два пальца, знак приготовить две лодки. Оборачивается…

— Клайд, где вы там?

И улыбка сходит с его лица — все трое не сдвинулись с места, смотрят на лодки. И видно, что они не сделают к ним ни шагу. Кирилл смотрит на ладонь Роберты, сильно сжавшую руку мужа. На Ольгу, придвинувшуюся к ним. На лицо Клайда, сжавшиеся губы, его руку. Он прижал к себе Роберту и было ясно — не пустит.

— Вот оно что… Из-за этого сна?

— Да, Кир. И Берта тоже почувствовала, уверена. Спросить бы ее прямо…

— А Клайд? Он ведь тоже испугался… Странно это все.

— Очень странно, такое впечатление, что мы все трое что-то знаем, связанное с этими… Или другими лодками… Лодкой… Озером… Что-то страшное, что должно было произойти.

Ольга прошлась по остановке, резко повернулась. Кирилл усмехнулся, подошёл и заботливо поправил на Ольге шарф.

— Оль, но все же теперь не так, мы сами видели. И увиденное — не может быть ложно, они любят друг друга так, что…

— Да, все внезапно стало иначе. И я более не чувствую «взгляда ангела». И не вижу больше этот проклятый сон. И Берта так счастлива…

— Но это ведь хорошо, так? Опасность для Роберты миновала?

— Миновала. Так, как будто… Как будто тот Клайд, который собирался ее убить… Вдруг исчез.

Кирилл развел руками.

— Но ведь он тут…

— Вот это мне и непонятно, Кир.

— А сама Роберта, что-нибудь тебе сказала, объяснила?

— Нет. Но она — знает ответ. И, зная его, готова отдать за Клайда жизнь, как и он за нее. И только поэтому я принимаю это так, как есть. А ответ… Когда-нибудь…

Ольга посмотрела в сторону железнодорожных путей, оттуда донёсся перестук колес, очередной поезд направился в сторону Ликурга. Тихо сказала.

— Береги ее.

Помолчала, все еще глядя в сторону удаляющегося шума поезда.

— Клайд Грифитс…

Кирилл внимательно посмотрел на сестру, он услышал сомнение в ее голосе. Сомнение в произнесенном только что имени.

В полупустом вагоне полумрак, мы с Робертой заняли укромный уголок, она сидит, положив голову мне на плечо. Устала… Ее рука держит мою и иногда, когда вагон подпрыгивает на стыках рельс, пальцы сильнее смыкаются на моих, словно в страхе потерять. Через два часа мы прибудем в Ликург.

— Здравствуй, Гилберт.

На том конце провода повисло молчание. И когда пауза затянулась, я решил сам ее заполнить.

— Хочешь меня поздравить, брат?

И молчание прервалось сухим смешком.

— Поздравляю, Клайд. Церемония прошла отлично, я тебе даже завидую.

— Могу потом даже показать фотографии, если интересно.

Смешок повторяется.

— У меня завтра будут свои, думаю, не хуже.

— Зачем тебе это, Гил? Послал за нами в поезд топтуна, он к жене моей приставал… А если бы я разозлился?

— А хорошая была идея, согласен?

— Зачем, Гил? Я знаю, ты видел журнал, ты оставил мне знак, что все понял.

Гилберт рассмеялся.

— С тобой приятно работать, брат.

И раздались короткие гудки.

— Клайд, что происходит?

Мы быстро поднялись в вагон и поезд сразу тронулся, назад поплыло здание вокзала, стоящие на перроне Сирил с Ольгой подняли руки в прощальном жесте. Через несколько минут вокзал и наши друзья исчезли за поворотом. Роберту немало удивило то, что я не отпустил ее от себя и мы сели вместе, совершенно в открытую.

— Клайд, не молчи…

Берта взяла мои ладони в свои и порывисто сжала, ее глаза широко раскрылись и влажно заблестели, наполняясь слезами.

— Любимая, успокойся, ну, иди сюда, ко мне.

И она кладет голову мне на плечо, целую ее глаза, чувствуя соленую влагу на губах. Слышу тихий шепот.

— Не отдам тебя. Никому не отдам. И ты меня не отдавай. Никогда.

— Не отдам. Ты — моя.

— Мой. Ты — мой.

Роберта вздохнула, пристроившись удобнее, оглядела вагон. Он полупустой, полумрак вечернего освещения погрузил его углы в густую тень. Мы уютно спрятались в этой тени, глаза Берты таинственно поблескивают из нее.

— Клайд, рассказывай все. И почему мы едем вместе?

— А что, дорогая, уже наскучило мужнино плечо? Позвать того приставалу, может?

Получаю маленьким, но очень решительным кулачком в грудь. И обстановка немного разряжается, мы тихо смеемся. Открываю нашу корзинку и достаю бутылочку лимонада.