Агата Кристи - Роза и тис

– Майор Гэбриэл, вы не можете так поступить! – заныла миссис Карслейк. – Предположим, Барт разведется с женой?

– Если он это сделает, я на ней женюсь.

– Вы не можете так подводить нас, Гэбриэл! – возмутился Карслейк. – Не можете превратить все это в открытый скандал!

– Не могу? Вот увидите!

Я не видал глаз злее, чем глаза Гэбриэла в эту минуту.

Сейчас он мне нравился, как никогда раньше.

– Вы меня не запугаете! Если ваши никчемные избиратели проголосуют за принципы, по которым человек может избивать свою жену, запугивать ее до потери сознания, выдвигать лживые, ни на чем не основанные обвинения, – ну что ж, пусть! А если они выбирают простую христианскую порядочность, могут проголосовать и за меня.

– Но они этого не станут делать, – вздохнула Тереза.

Гэбриэл посмотрел на нее, и его лицо смягчилось.

– Нет, – подтвердил он. – Не станут.

Роберт опять вынул трубку изо рта.

– Значит, они дураки.

– Мы, конечно, знаем, мистер Норрис, что вы коммунист, – язвительно вставила миссис Карслейк.

Совершенно непонятно, что она хотела этим сказать.

В самый разгар страстей из сада неожиданно появилась Изабелла Чартерис, спокойная, как всегда, серьезная, прекрасно владеющая собой. Не обращая ни на кого внимания, она подошла прямо к Гэбриэлу, как будто он один был в комнате, и доверительно сказала:

– Я думаю, все будет в порядке.

Гэбриэл удивленно посмотрел на нее.

– Я имею в виду миссис Барт, – пояснила Изабелла.

Она не проявила замешательства, вид у нее скорее был простодушно-довольный. – Она в замке.

– В замке? – недоверчиво переспросил Карслейк.

– Да. – Изабелла повернулась к нему. – Как только мы услышали о том, что произошло, я подумала, что так будет лучше. Поговорила с тетей Эделейд, и она со мной согласилась. Мы сели в машину и поехали в «Королевский герб».

Как я узнал потом, это был поистине королевский выезд. Изобретательный ум Изабеллы быстро нашел единственно возможный выход.

Я уже говорил, что старая леди из Сент-Лу пользовалась огромным влиянием в городке. Она, так сказать, определяла местный нравственный меридиан. Люди могли подсмеиваться над ней, называть старомодной и консервативной, но относились с уважением.

На старом «даймлере» леди Сент-Лу вместе с Изабеллой торжественно отправилась в «Королевский герб». С достоинством войдя в холл, леди Сент-Лу изъявила желание видеть миссис Барт.

Заплаканная, с красными от слез глазами, жалкая, Милли спустилась по лестнице и была удостоена поистине королевской милости.

– Дорогая, – заговорила леди Сент-Лу без обиняков и не понижая голоса, – трудно выразить, как я сожалею о том, что вам пришлое? вынести. Майор Гэбриэл должен был сразу же ночью привезти вас, но он настолько деликатен, что не хотел в столь поздний час нас беспокоить.

– Я... я... вы очень добры.

– Соберите свои вещи, дорогая. Я увезу вас с собой.

Милли вспыхнула и пробормотала, что у нее нет... в самом деле... нет ничего...

– Верно. Глупо с моей стороны, – заметила леди Сент-Лу. – Мы остановимся у вашего дома и все заберем.

– Но... – Милли съежилась.

– Садитесь в машину. Мы остановимся у вашего дома и возьмем вещи.

Милли покорно склонила голову перед высшим авторитетом. Три женщины сели в «даймлер». Машина проехала несколько сот ярдов дальше по той же улице.

Леди Сент-Лу вышла из машины вместе с Милли, и они обе вошли в дом. Из операционной шатаясь вышел Джеймс Барт с налитыми кровью глазами. Он готов был разразиться соответствующей бешеной тирадой, но, встретив гневный взгляд старой леди, сдержался.

– Уложите необходимые вещи, дорогая, – сказала старая леди.

Милли быстро побежала наверх.

– Вы вели себя постыдно по отношению к жене, – обратилась леди Сент-Лу к Джеймсу Барту. – Абсолютно постыдно. Беда в том, Барт, что вы слишком много пьете.

Вы вообще неприятный человек. Я посоветую вашей жене не иметь с вами впредь никаких отношений. То, что вы говорили о ней, – ложь. И вы прекрасно знаете, что это ложь. Не так ли?

Гневный взгляд леди Сент-Лу гипнотизировал Барта.

– Ну... пожалуй, – нервно дергаясь, пробормотал он, – если вы так говорите...

– Вы знаете, что это ложь.

– Хорошо-хорошо! Я был не в себе прошлой ночью.

– Позаботьтесь сделать так, чтобы всем стало известно, что это ложь. В противном случае я порекомендую майору Гэбриэлу начать судебное преследование. А вот и вы, миссис Барт!

Милли Барт спустилась по лестнице с небольшим чемоданчиком.

Леди Сент-Лу взяла ее за руку и повернула к двери.

– Послушайте! Куда это Милли собралась? – удивился Джеймс Барт.

– Она едет со мной в замок. Вы имеете что-нибудь против?

Барт затряс головой.

– Мой вам совет, Джеймс Барт, – сказала леди Сент-Лу по-настоящему резким тоном. – Возьмите себя в руки, пока не поздно. Перестаньте пить. Займитесь своим делом. У вас есть изрядное умение. А если будете продолжать в том же духе, то очень скверно кончите. Остановитесь! Вы сможете, если постараетесь. И придержите ваш язык!

Затем они с Милли сели в машину: Милли рядом с леди Сент-Лу, Изабелла – сзади. Они не спеша проехали по главной улице, потом вдоль гавани и наконец мимо рынка в сторону замка. Выезд был королевский, и почти все в Сент-Лу его видели.

Уже вечером пошли толки: «Очевидно, все в порядке, раз леди Сент-Лу взяла ее в замок».

Некоторые, правда, говорили, что нет дыма без огня, с чего бы это Милли Барт бросилась ночью из дома бежать к майору Гэбриэлу и что, конечно, леди Сент-Лу защищает его из политических соображений.

Но таких было меньшинство. Все дело в личности. А леди Сент-Лу была личностью необычной. И у нее была репутация исключительно честного человека. Если Милли Барт в замке, если леди Сент-Лу приняла ее сторону, значит, с Милли Барт все в порядке. Иначе леди Сент-Лу не стала бы ее защищать. Кто угодно, только не старая леди Сент-Лу! Право же, она всегда так строга и разборчива.

Все это Изабелла сообщила в общих чертах. Она пришла к нам сразу после водворения Милли в замок.

Карслейк понял всю значительность всего, что рассказала Изабелла, и его мрачное лицо засияло.

– Боже мой! – воскликнул он радостно, хлопнув себя по колену. – Это же меняет дело! Старая леди находчива.

Да-да! Очень находчива. Превосходная идея!

Однако и находчивость, и сама идея принадлежали Изабелле. Меня поразило то, как быстро она разобралась в ситуации и приняла решение.

– Надо действовать немедленно, – засуетился Карслейк. – Необходимо тщательно отработать нашу версию?

Пойдем, Дженет! Майор Гэбриэл!

– Я приду через минуту, – отозвался Гэбриэл. Как только за четой Карслейк закрылась дверь, Гэбриэл подошел к Изабелле.