Алексей Олин - Иисус говорит: peace!
- Название:Иисус говорит: peace!
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Алексей Олин - Иисус говорит: peace! краткое содержание
Иисус говорит: peace! - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Пока помню: Сельпо после девятого класса поступит на механика, поедет в деревне пьяный кататься на тракторе и утонет в озере.
В следующие три года я только и занимался тем, что пил плохой алкоголь, слушал хорошую музыку и осваивал стандартную рижскую установку. Ребята, с которыми я стал общаться, говорили, что в медалях и званиях смысла мало, а точнее, его там вообще нет! Я им поверил. Был слишком молод, чтобы уточнить: в чем все-таки смысл есть? Кое-как окончив школу под разочарованные вздохи учителей, никуда не подал документы. Родители было рискнули возмутиться, военкомат – предъявить обязанность, но у меня очень кстати обострились проблемы с легкими, и все они обломались.
В то лето меня отправили лечиться, как сказано в классике, на воды. Три недели в маленьком курортном городке. Ингаляции, прогулки по питьевой галерее, валяние в целебной грязи, ловля ионов у фонтана. К концу второго недели уже подыхал от скуки – романтические ожидания не оправдались. В галерее и у фонтана, словно бы сговорившись, торчали одни старые пердуны и пердуньи. Я с опозданием, но замыслил побег.
А теперь угадайте, кого я встретил у своего корпуса назавтра!
Правильно. Спустя три с лишним года, за которые Настя Селина успела из очаровательной школьницы превратиться в зрелую умопомрачительной красоты женщину. От нее за версту пахло сексом. Нюх на такие вещи в восемнадцать лет я имел отменный.
– Ой, привет! – завизжала она с той неподдельной радостью, какую умеют изобразить зрелые женщины. – Тысячу лет тебя не видела! Думала, подохну от скуки, а здесь ты! Безумно рада тебя видеть! Безумно! Рассказывай! Где ты, что ты…
Не дав опомниться, она обняла меня, прижала к своей упругой груди, расцеловала в обе щеки. Меня, такого несуразного и бестолкового. Внешне Настя больной не выглядела. Яркий топик, джинсовая мини-юбка – как положено.
Стоящие у входа в корпус двое мужиков в одинаковых полосатых пижамах и шлепанцах синхронно подмигнули мне и оттопырили большие пальцы.
Думаю, не только пальцы у них тогда оттопырились.
– Привет, – ответил я с выверенной (как мне казалось) ноткой безразличия.
– Слушай? Ты чего? Неужели ты до сих пор обижаешься? Из-за той елки?!
– Да при чем здесь… – начал и понял, что идиот я вообще и придурок.
– Извини! Но столько времени прошло. Я тоже знаешь как переживала! Это заговор какой-то был. Я и отказывалась, и чего только не делала. Ведь если по-честному: ты должен был поехать! Ты и снова ты!…
Короче, сдался я. Поверил. И любой бы несуразный юноша на моем месте поверил, если бы его прижала к своей упругой груди такая женщина, как Настя Селина. Поверил, затоптал бенгальский огонь, размотал серпантин и собственноручно отмыл от бензина.
И было лето, и были пять дней разговоров. Настя рассказывала про студенческую жизнь в востоковедческом институте, про тупых скотов-мужиков, которые ценят сиськи, а не личность, про свободу самовыражения и зависимость общества от предрассудков…
Я кивал и вставлял остроумные замечания (как мне казалось).
На шестой, предпоследний мой день Настя застала меня с палочками в руках.
– Ты играешь на барабанах?
– Немного.
– Офигеть! Супер! Я тащусь на барабанщиков…
В ее поведение не въезжал совершенно, но когда она пригласила к себе в комнату, откуда смылась чопорная необщительная соседка, я согласился прийти. Из всей этой комнаты помню широкую кровать и розовые трусики на углу двери шкафа, проворно сдернутые Настей с криком “ой!” и спрятанные.
Ее стеснительность покорила меня, и пути назад не было.
А дальше было страшное. Нет, не в том смысле. Все получилось.
Но ничего не почувствовал, и Настя это почувствовала. Это было похоже на… соревнование, что ли?! Творческая мастурбация. Фальшивое. Страшное.
Когда я покидал маленький курортный городок, Селина уже терлась рядом с мускулистым парнишкой в сетчатой майке и цветастых бриджах. Нимфа.
Я излечился, вник, что хочу иных отношений. Но не знал, где их взять.
И я двинул к дому. Когда я вошел в квартиру, то услышал, что родители смеются. А ночью они вдруг занялись любовью. Именно в ту ночь мне были невыносимы эти звуки.
Всхлипы, стоны, приглушенный смех. Всхлипы, стоны…
Я выбрался из детской , закрылся в кухне и включил телевизор.
Шла программа о танцах. Среди прочих роликов-образцов был и тот, из того фильма: Траволта и молодая Ума Турман реально отжигали.
8.
Тарантино – шикарный дядька. После разговора с Алисой (имя татуированной соседки в футболке Beatles) я прочитал биографию и несколько сценариев (“Бешеные псы”, “Криминальное чтиво” и “Джеки Браун”), досмотрел до конца два фильма (“Убить Билла-1” и “Убить Билла-2”). Или это считается за один фильм?
У нас с Квентином много общего: ненависть к школам и восьмичасовым должностям, оба любим прибавлять к словосочетанию футбольный матчопределение – идиотский и боимся крыс. Но шикарным дядькой его назвал не поэтому. Фильмы Тарантино – хрень дикая. Жанровое стебалово. И вот именно из-за этого мое восхищение гениальной личностью достигло запределов. Екнуться: жил-был необразованный парень, смотрел кино, убирал какашки за животными, писал себе любительские сценарии и снимал домашнее видео. Да у меня девяносто процентов знакомых – такие! Такие, а не такие. Никто из моих знакомых не продал эти любительские сценарии за несколько десятков тысяч долларов и не снял потом “Бешеных псов”. А какашки за псами убирал почти каждый. Тарантино сумел внушить всем вокруг, что его фильмы – Нечто, срубил бабла, обошел в Каннах в 1994 году нашего Михалкова и породил тьму-тьмущую убогих подражателей-продолжателей…
За размышлениями о киномане Квентине на какое-то время отвлекся от моего глубокого финансового кризиса. На финальную стошку купил пачку чая, пачку рафинада и хлеба: белого и черного. С работой творилось непонятное. Работодатели на собеседования звали, но, едва завидев мое лицо, почему-то ставили на анкете жирный крест. Не брали никуда, куда не то чтобы хотел… где я потенциально мог бы трудиться. Через две недели месяц закончится, а в долг таким, как я, жить не дают. Нервы здорово напрягались.
Я бесцельно кликал на джобовские ссылки и пил сладкий-пресладкий чай из закопченной алюминиевой кружки. Жевал хлеб. Любой поэт-аристократ из просвещенного столетия давно бы пустил себе пулю в лоб. И в мыслях не унизился бы до тяжелого физического труда. Наверное, у аристократических поэтов по определению руки из жопы росли.
А я вот кровать починил…
Моя плебейская сущность жаждала быть. Без регистрации и связей она стремилась укрепиться в городе Петра. Я кликал и кликал. Положительного результата не было.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: