Кристин Айхель - Обман

– Но вам как брачному аферисту сопутствовал успех или нет?

– Это действительно так, госпожа доктор, только вот отношения с моей клиентурой с каждым годом все более усложнялись.

– Ах, неужели ряды ваших поклонниц поредели?

– Свой цинизм вы могли бы оставить при себе.

– Значит, никто не думает больше о замужестве?

– Какое-то время именно к этому и шло. Уж вам-то хорошо известно: решительные женщины рвутся к карьере. Сокрушая все препятствия на своем пути, они вместе с тем поражают абсолютной недоступностью. Они ни о чем не мечтают, лишены всякого шарма. В любом случае они получают все, что им требуется, в моменты слабости. Но затем вдруг – резкий поворот. Неутолимая потребность в глубоких эмоциональных впечатлениях. Все как одна заводят речь о браке, о семье. Вот эти такие прилежные и самоуверенные, добившиеся всего самостоятельно, – они уже не испытывают радости от побед, одержанных в одиночку. Они как плавающие обломки кораблекрушения. Разведенные и одинокие, покоробленные и опустошенные эмансипацией и порожденными ею отношениями, эти женщины делают неожиданное для себя открытие, что им уже не суждено иметь детей, но, может быть, удастся найти мужа.

– Такого, как вы.

– Именно. Но для меня это вовсе не увеселительная прогулка. Мой взгляд на профессию резко изменился.

– То есть как?

– Старые добрые времена авантюризма давно прошли… Прежде моя гильдия торговала чудесными воздушными замками. Мы слыли мастерами пустых обещаний, виртуозами камуфляжа и обмана. Сегодня я скорее оказываю услуги, чем ставлю ловушки. Сопровождаю тех, кому одиноко. Или тех, кто страдает от депрессии. Вот смотрите. Когда-то считалось шиком быть свободной от брачных уз или хотя бы раз развестись. Теперь же дикие амазонки уступают своим подругам любовника на всю жизнь. А эти подруги, в свою очередь, ничтоже сумняшеся, поступают точно таким же образом. Но добропорядочные мужчины, вы же сами об этом знаете, добропорядочные мужчины или уже пристроены, или гоняются за теми, что помоложе. И кого могут заинтересовать эти осиротевшие женщины? Кто обратит на них внимание? Кого волнует, что они растрачивают свои деньги на освоение дыхательной гимнастики или навыков кройки батника? Упоминание о таких, как я, через двадцать лет останется разве что в истории болезней, это точно.

– Не считаете ли вы сами, что весьма своеобразно толкуете эту деятельность?

– Вы даже не догадываетесь, сколь напряженной стала теперь моя профессия. Прежде я мог кое-что привирать, выдумывал какие-то несусветные истории. Сегодня заговорили женщины. Они носятся со своими нереализованными идеями – «отношениями». Их больше, чем кому-либо может понадобиться. Об этом дамы прекрасно осведомлены, ибо постоянно читают о собственных переживаниях в глянцевых журналах. Они блестяще освоили психологическую терминологию. Выдумывать легче, чем слушать, вам это известно. Но я что-то не вижу желающих поблагодарить!

– Наверное, это было бы еще интереснее.

– Ах, фрау Майнц, я это делал не только из финансовых соображений.

– Неужели?

– Я вовсе не презирал этих женщин. Как раз наоборот. Я дарил им то, чего они не могли бы обрести за большие деньги.

– И что же это такое?

– Полнота иллюзии. Даже самый влюбленный мужчина, по сути дела, не аккуратен в выражении эмоций, позволяя себе мелкие бестактности за завтраком и оскорбительное самодовольство. Из той же серии всякого рода упущения. Любопытно, сколько букетов роз вы получили за всю вашу жизнь? Я не говорю о тех, что сложены десятками, подарочных розах из супермаркета в обрамлении перекати-поля. Нет, руки, полные bacchar [3]с письмом влюбленного. Один букет? Или два? Как часто у вас был завтрак с шампанским прямо в постели? Бриллиантовое кольцо в шербете? Ну как? Не смущайтесь, мне не нужен ответ. В конце концов, влюбленный мужчина всего лишь дилетант, пробующий свои силы в моей профессии. Причем с сомнительными шансами на успех.

– Ваш успех совсем не то, о чем мечтают женщины.

– Часто это самое лучшее, что им выпадало пережить. У меня очень богатая фантазия.

– Это не ускользнуло от моего внимания.

– Ваши мелкие колкости абсолютно неуместны. Я говорю правду и ничего кроме правды.

– И где можно научиться этим удивительным вещам?

– Как известно, самые серьезные школы брачных аферистов находятся в Буэнос-Айресе. Ну, шутки в сторону, просто женщины – моя слабость. Включая тех, кто забыл, что родился женщиной. Но надо постоянно быть в форме. Поэтому я регулярно, скажем так, делаю упражнения для пальцев.

– Упражнения для пальцев?

– О да. Главное здесь беглость. Гаммы. Упражнения на растяжение мышц. Этюды.

– Как это понимать? Это уже из разряда трюков?

– Трюки не моя стихия. У меня свой репертуар. Например, делаю вид, что у меня при себе нет денег. Дело в том, что поначалу женщины всегда испытывают страх оказаться в чьей-либо власти. Поэтому я сам отдаюсь им. В сущности, все просто, но эффектно. В конце концов, нет ничего более неотразимого, чем мужчина, который принимает на себя вину женщины. Тогда он кажется такой удобной в обращении вещью, совсем ручным. Ну а если (у меня однажды была такая) она еще привлекательна внешне, работает, скажем, официанткой или продавщицей в магазине деликатесов, я покупаю у нее несколько устриц и немного сыра, а к нему доброго бургундского вина, приговаривая при этом: вы знаете, со мной действительно приключилась очень неприятная история – забыл бумажник, может быть, его даже украли, я в полном отчаянии и стою сейчас перед вами словно обнаженный. Что будем делать? Спасите меня. Без вина и устриц мир погибнет, это хорошо известно. Предложите что-нибудь, я готов броситься вам в ноги. К утру вы обязательно получите от меня деньги и еще орхидею, или вы больше любите фиалки? В ответ дама начинает улыбаться, и это добрый знак. Мол, все бывает. Только надо проявлять осторожность, чтобы шеф ничего не заметил. Она наполняет мой пакет товаром и добавляет плитку шоколада как своего рода залог. На следующее утро курьер доставляет в магазин деликатесов огромную корзину с большим букетов фиалок и еще вручает билет в оперу. Вечером того же дня продавщица, трогательно разряженная, вся улыбчивая, в ложе театра. Это для меня праздник. В такие моменты я всегда забываю о тяготах своей профессии.

– И о самоуверенных женщинах тоже?

– Да, несомненно. Вы можете утверждать это категорично. Ведь вы самоуверенная женщина. Что, по общему признанию, не лишает вас привлекательности. Просто надо приложить усилие. Пардон, но женщины, подобные вам, иногда оказывались настолько холодными, что мне приходилось начинать буквально с таблицы умножения. Например, заставить вас рассмеяться. Вы даже представить себе не можете, что некоторые женщины без ума от танцев. При этом они предпочитают быть ведомыми, чтобы возложить ответственность на партнера. Здесь важно возбудиться. Это относится и к одежде. На первый взгляд немыслимо, но многим женщинам не во что одеться. На их какие-то казенные униформы черного, серого и коричневого цвета, костюмы с одно– и двубортным пиджаками и тяжеловесные туфли. Я прогуливаюсь с такой по курортному променаду, останавливаюсь перед витринами магазинов и говорю ей: посмотрите-ка вот на это. – Простите, на это? – Ну да. Цветы, платье в цветочек, без рукавов, хотелось бы мне увидеть, какие у нее руки. У вас очень красивые руки, я точно знаю, вы ведь женщина, о таком платье можно только мечтать, как и о такой женщине, как вы. И вот она заходит в магазин, а я неподалеку выпиваю чашечку кофе, оставляя ее наедине с собственными грезами и сомнениями. Четверть часа спустя она входит в кафе, поначалу еще как-то неуверенно, но грациозно и даже непосредственно, как юный жеребенок. Потом ее глаза озаряются улыбкой, черты лица меняются, становятся мягче, после чего мы отправляемся в магазин, чтобы купить босоножки на высоком каблуке; она смеется, слегка покачиваясь. Чтобы заново научиться ходить, дама вынуждена держаться за мою руку, поэтому я рад ей помочь.