Фиона Кэмпбелл - Смерть клерка
- Название:Смерть клерка
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АСТ, АСТ Москва, Харвест
- Год:2009
- ISBN:978-5-17-052937-7, 978-5-403-01080-1, 978-985-16-6958-1
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Фиона Кэмпбелл - Смерть клерка краткое содержание
В Японии говорят: «Всякий конец — это новое начало». Но ни за что ни про что уволенному из крупной телекомпании скромному маркетологу Кэндзи Ямада как-то не легче от народной мудрости. В сорок лет начинать с нуля?! Под ехидными взглядами бывших коллег, жены и особенно — злокозненной тещи?! Тут впору с собой покончить от обиды и унижения. И даже удар молнии вызывает только мазохистское удовольствие — жаль, что не убила. Но сколько можно жалеть себя? Однажды Кэндзи осеняет — терять ему решительно нечего, и хуже уже не будет. А значит, можно все? Клерк умер. Да здравствует новая жизнь!
Смерть клерка - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Он попытался ответить, но слова застряли в горле. Рот открылся и также беззвучно закрылся. Девушка, казалось, ничего не заметила.
— Классное растеньице! — сказала она, взяв фикус в руки. — Откуда он у тебя?
Отобрав фикус, Кэндзи нежно прижал его к груди и погладил листья, вспоминая другие, лучшие времена… Тридцатидюймовое деревце росло в восьмиугольном керамическом горшке; четыре переплетенных стволика обвивали мяч для гольфа, который сейчас можно было бы вытащить, только обрезав ветки. В горшке помимо фикуса стоял пластмассовый человечек ростом три дюйма, замахнувшийся над головой клюшкой. Фикус — подарок жены на десятую годовщину работы Кэндзи в «Эн-би-си» — стал символом их общей надежды на то, что после десятилетия добросовестной службы его повысят до уровня, предполагающего членство в гольф-клубе наравне с высшим руководством и начальниками отделов. Но следующее десятилетие было ознаменовано постоянными сокращениями бюджета и реструктуризацией. Фикус все это время, как и положено комнатному растению, зеленел и разрастался. Иногда Кэндзи не мог на него спокойно смотреть — казалось, деревце посмеивается над хозяином. Несколько раз он пытался убить растение, лишая воды и подкормки, но заботливые коллеги всегда приходили на помощь фикусу.
— Моя жена… — начал Кэндзи и громко рыгнул — желчь все-таки ворвалась в рот.
Музыка загромыхала сильнее, а пол изогнулся под ногами. Желудок, казалось, выворачивало наружу. Голова закружилась.
— Это что, землетрясение? — спросил он у девушки, которая в ответ только молча посмотрела на него, а потом крикнула в ухо:
— Говори громче, не слышу!
— Землетрясение, — повторил Кэндзи и вдруг схватился за голые руки девушки, потому что пол изогнулся еще больше.
Приняв этот жест за объятия, девушка издала смешок, превратившийся в визг, когда Кэндзи вырвало на нее и на барную стойку. Все обернулись. Откуда ни возьмись появились вышибалы, подхватили Кэндзи под руки, выволокли из бара и спустили по лестнице. Плащ и дипломат швырнули следом, а фикус, посовещавшись, решили оставить себе.
— Пожалуйста, — взмолился Кэндзи, заползая на ступеньки, но путь ему тут же преградили. Поняв, что протестовать бесполезно, он с трудом влез в плащ, подобрал дипломат и поплелся к станции «Роппонги». По дороге ему пришлось еще раз остановиться, чтобы снова сблевать — на этот раз в придорожную канаву.
Кэндзи стоял посередине платформы, слегка покачиваясь. Ему нужно было добраться до станции «Токио», а оттуда на последнем скоростном поезде — до Уцуно-мии, всего сто километров. Через несколько минут подошел поезд. Кэндзи, пошатываясь, забрался внутрь и удачно упал на свободное место у двери. Освободив желудок, он почувствовал себя лучше, но тошнота сменилась головной болью и нестерпимой жаждой. Ища в карманах обезболивающее, которое можно проглотить без воды, Кэндзи обвел взглядом вагон. В начале и в хвосте люди сидели и стояли довольно плотно, а посередине, рядом с Кэндзи, кроме него был только один мужчина. Через пару секунд стало понятно, почему.
От мужчины разило немытым телом и еще чем-то химическим. Запах напомнил Кэндзи футон, на котором он спал во время медового месяца в осакской гостинице. (На вопрос, чем это пахнет, хозяин коротко и тихо ответил, что матрац обрызгали средством от клопов). Волосы у бомжа свисали до плеч и были бы, наверное, еще длиннее, если бы не сбились на концах в покрытые пылью и перхотью колтуны. Лицо покрывала толстая серая пленка, уголки рта были в коростах. Под длинными заострившимися ногтями чернела грязь. На бродяге были муслиновые штаны, подвязанные на щиколотках и на поясе бечевкой. Бомж что-то бормотал, тряс головой и махал в воздухе рукой, словно отгоняя муху. Потом наклонился вперед, открыл рот и сплюнул на пол вагон плотную бесцветную слюну.
— Чего уставился?
Кэндзи, сообразил, что все это время, не отрываясь, разглядывал бомжа, резко отвернулся, но было поздно.
— Чего уставился? — спросил тот громче. Несколько пассажиров встревожено посмотрели на него. — Никогда не видел человека, от которого отвернулась удача? Ну, чего молчишь?
Извинившись, Кэндзи поднялся с места, направляясь к двери. Ему нужно было выходить на следующей остановке, и он мысленно уговаривал поезд ехать побыстрее. Но бомж тоже встал и, громко бормоча, двинулся к Кэндзи, обдавая его вонью, от которой рвота вновь подступила к горлу. Через минуту, показавшуюся вечностью, чернота за окнами вагона сменилась огнями станции, и Кэндзи выпрыгнул на платформу, как только открылись двери, молясь про себя, чтобы бомж не последовал за ним. К счастью, тот лишь крикнул из вагона:
— Я был таким же, как ты. У меня тоже была работа, семья и дом. А посмотри на меня сейчас. Они забрани все. Все до последней капли. И с тобой могут сделать то же самое. Берегись. С тобой могут сделать то же самое…
Дрожь в руках не унялась, даже когда Кэндзи сел на скоростной поезд до Уциномии и за окнами потянулись грязные стены высотных зданий. Над головой тянулись в разные стороны переплетения проводов. Внезапно протрезвев, Кэндзи разглядывал через окно черное ночное небо, проколотое не звездами, а неоновыми огнями, освещающими рекламу пива, ресторанов и баров. Он закрыл глаза, а когда открыл, увидел, как из окна на него смотрит мужчина. Сначала Кэндзи не узнал его — усталый, постаревший, осунувшийся, а он-то все еще считал себя молодым. Сорок, да… Но ему всегда говорили, что он выглядит моложе своих лет. Так оно и было. До сегодняшнего дня…
Ами, жена Кэндзи, однажды призналась, что выбрала его из остальных поклонников за внешность. Они начали встречаться, когда Кэндзи поступил на работу в «Эн-би-си», но Ами мечтала о более перспективном мужчине. Несколько лет спустя, когда им обоим было по двадцать пять, Ами вес еще не нашла человека, соответствующего ее высоким запросам. Будущее Кэндзи в то время выглядело неплохо, и после длительной помолвки они, наконец, поженились. Накопив достаточно денег, чтобы взять кредит на приобретение квартиры, родили близнецов. В день свадьбы Ами сказала ему:
— Я выбрала тебя, потому что ты неплохой парень и стремишься к большему в жизни. А еще у тебя хорошая кожа, и ты будешь стареть красиво.
Она не хотела представлять себя стареющей рядом с одышливым седым стариком, который не может и одного лестничного пролета пройти, не запыхавшись.
На станции «Уцуномия» не было ни души, кроме одинокого охранника. Сегодня безлюдность казалась зловещей. Кэндзи прошел через турникет, мимо темных кафе и магазинчиков с опущенными жалюзи. Даже ребята, которые обычно танцуют брейк-данс в шлемах и наколенниках под музыку, рвущуюся из огромного стереомагнитофона, разошлись по домам.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: