Евгений Круглов - У ПРУДА

Что-то кольнуло в груди у матери, тихо так, она даже замерла на мгновение.

— Ты что там, охотится, собралась? — невесело улыбнулась Наталья.

Дочь смотрела остекленевшими глазами в окно. Зрачки остановились.

— Нет, — просто и серьёзно ответила она.

— Катюш, что это ты загрустила совсем, а? — вытаскивая содержимое очередного пакета, пыталась взбодрить её мама.

Она ещё по дороге заметила едва ощутимые перемены в поведении дочери, но не могла найти им объяснения. Видимых причин просто не было. И она успокоилась.

— Сейчас папа приедет, перекусим чего-нибудь… Так! Надо бы нам…

— …Мама!

От этих слов у Натальи вздрогнули руки. Голос был тихий, грудной, как из прошлого. Наталья сразу остановилась и медленно повернулась к дочери.

— Я не хочу в Австрию…

— Почему?.. — вырвалось у матери.

— А почему я должна туда хотеть? — как-то странно спросила дочка.

“Нет, определённо что-то произошло”- пронеслось в голове у Натальи. Она повернулась и села на стул.

— Ну, как же…, ты же сама…, мы же решили…

Наталья как-то осеклась, и фраза повисла в воздухе. Вдруг, вспомнился эпизод годичной давности. Тогда, приехав ненадолго с мужем домой, после четырёхлетнего отсутствия, Людмила увлечённо рассказывала о загранице. Когда все уселись смотреть телевизор, она вдруг встала, и сказала игриво:

— А!.. Я лучше пойду чайку попью…, с малинкой!

Немного погодя, Наталья тоже последовала за старшей дочерью и, войдя в кухню, наткнулась вот на такой же нежизненный, бездонный взгляд. Тихонько присев перед дочерью, участливо спросила:

— Что-нибудь не ладится?

Людмила быстро оживилась, улыбнулась матери…

— Да что ты, мам, всё хорошо.

— Но я вижу, что-то не так…

Немного помолчав и грустно улыбнувшись одними губами, Люда пространно произнесла:

— Там всё чужое…

Наталья встала со стула, подошла к Кате и, не находя, что сказать, легонько похлопала по плечам.

— Ладно… Ладно, мы после поговорим, да?

У дочери зашевелились глаза, и она утвердительно помотала головой.

— … Ты пока водички набери, ополоснись…

Повернув голову к матери, Катя загадочно улыбнулась, заблестев радостными глазами. Где-то в самой их глубине, наверное, можно было рассмотреть вспорхнувшее светлое платье и фонтан белых брызг. Катя громко ухмыльнулась. Недоумённая улыбка пробежала по лицу матери.

— Да что с тобой сегодня?

— Мам, давай я тебе помогу чего-нибудь… — вдруг оживилась дочь, уверенно проходя в кухню.

Сидя за столом, Дмитрий оживлённо рассказывал про разбитую “девятку”, которую решили “взять”, потому — что агрегаты целы, а кузов смят только сбоку и чуть — чуть сзади. Хозяин видно не бедный, не захотел возиться с ремонтом и торговался недолго. С удовольствием, поедая свежеприготовленную окрошку, он не сразу заметил какие-то отрешённые взгляды жены и дочери.

— Пап! — вдруг прервала его Катя, — я хочу у бабушки ещё погостить недельку. Или две…

Немного подумав и подняв брови, отец спросил недоумённо:

— Что это ты, вдруг? Ты и на день-то, поехала без большого энтузиазма…, помнится.

Катя упёрла в отца умоляющий взгляд. Дмитрий перевёл глаза на жену. Наталья только подняла плечи и, сделав большие глаза, сказала просто:

— Зайцы…

— Какие зайцы?

— Обыкновенные, серые такие…, с зайчатами.

После секундной паузы, Дмитрий потёр переносицу.

— Так… Видно я что-то пропустил.

Встав из-за стола, стал шарить по карманам, ища сигареты.

— Ну, чего ты, пап! — вдруг вскочила из-за стола Катя.

— Позагораю там, отдохну ещё, бабушке помогу в огороде! Лейка у неё худая, хочу ей новую купить! Я там три года не была! Тут школа, экзамены эти. А там тихо…, красиво. Мне там понравилось очень! — решительно выпалила Катя.

— Правда Дим, пусть съездит, погостит. Экзамены сдала. Школу кончила. Пусть отойдёт немножко. Да и бабушке помочь не повредит. Мы-то тоже, не избаловали её своими визитами, — вступилась Наталья.

— Ну, ладно, ладно, пусть. Я тоже не говорю, что я против, — сразу отступил Дмитрий.

— Я пойду, соберу себе там… — выскочила с кухни Катя.

— Что, прямо сейчас??? — удивился Дмитрий.

— … Не…т! Завтра! Мне ещё по магазинам надо…, - донеслось из комнаты.

Наталья старательно прятала глаза. Немного постояв, Дмитрий вытащил сигарету, покрутил ей в воздухе и, выходя на балкон, пробурчал себе под нос:

— Зайцы какие-то…

Наталья, глубоко вздохнув, помахала на лицо ладонями обеих рук и встала из-за стола. В комнате что-то упало на пол….

На следующее утро, выйдя из дома пораньше, Катя направилась за покупками. Бродя по улицам и рассматривая витрины магазинов, Катя подошла к старушке, торгующей свежей клубникой. Видя медленно идущую, симпатичную девушку, бабушка протянула к ней сухую руку и жалостливо как-то заговорила:

— Купи клубнички, внученька! Свежая. Вот на! Попробуй!

Катя остановилась, разглядывая старуху. “Наверное, денег не хватает ей, вот и сидит на жаре весь день”,— подумала она, вытаскивая из стакана водянистую ягоду. Машинально положив её в рот, Катя вспомнила пахучую лесную землянику. Тогда, высыпав в рот горсть ягод и пожевав немного, Катя только мычала от удовольствия. От ладони ещё долго исходил приятный аромат.

— Ну! Понравилось ведь! Понравилось? — уверенно тараторила старушка.

— Угу, — сморщилась Катя, утвердительно качая головой.

— Берёшь?

— Стаканчик…

Пройдя квартал и проходя мимо витрины очередного магазина, Катю остановило название. “Художник” — гласила вывеска.

Магазин был полон картин, рамок, красок, кистей и множества других вещей, предназначение которых она не знала. Обойдя весь магазин и разглядывая всё подряд, Катя, наконец, остановилась в нерешительности.

— Вы что-то ищете? — прозвучало из-за прилавка.

— … Да… Краски… В подарок, но я не разбираюсь в этом… У меня знакомый, он профессионал, а боюсь, что куплю…

— Не беспокойтесь. Сейчас подберём, — уверенно произнёс мужчина с седыми висками и аккуратно подстриженными усиками, — подойдите вот сюда!..

С довольной улыбкой она выскочила из магазина и чуть не наступила на худого облезлого пса, сидевшего у лестницы слегка расставив тонкие лапы.

- “ Да, хозяева у такого вряд ли есть”, - подумала она.

Пёс поднял голову и скосил на девушку лиловые глаза. Его не пугали ни грохот машин, ни духота ядовито дышащего асфальта, ни бесконечная череда снующих туда — сюда людей. Бестолково развесив уши, он продолжал смотреть в глаза человеку, как бы говоря: “ А куда бежать-то? Везде шум, суета и камень…”

— Подожди, сейчас, — сказала вслух Катя, доставая из сумки газетный пакетик с клубникой. Услышав голос девушки, пёс шевельнул хвостом и приподнял уши.