Николас Блинкоу - Манчестерская тусовка

На взгляд Джейка, тесновато.

Оказывается, Фея шарил по дому легально: у него было на то личное разрешение хозяев.

— Дэвид и Фил обещали попозже мне все тут показать… Знаешь, сколько у них спален?

— Три, — кивнул Джейк.

— Ты что, уже посмотрел?

Нет, не смотрел. Просто догадался. Все дома вроде этого были одинаковыми. Если бы Джейк заметил тут лестницу, ведущую на чердак, то понял бы, что комнат не три, а четыре. И чего это Фея так восторгается? Как будто бы никогда в жизни не видел ничего подобного. А впрочем, он ведь дитя муниципальных кварталов — наверное, и в самом деле не видел.

Джейк направился к освободившейся уборной.

— Встретимся внизу.

Фея упустил из виду еще две вещи, которые были у этих парней в ванной: фотографию Пэт Феникс [59] Патрисия Феникс, британская актриса (1924–1986). с автографом и стопку книг рядом с унитазом. Толстенный сборник быстрых кроссвордов, наполовину разгаданный; сборник комиксов про Снупи; фотоальбом пятидесятых годов с изображениями мускулистых парней — правда, не такие уж эти парни были и мускулистые, и не такие уж голые, но что поделаешь, тоже часть культурного наследия. Посмотрев на себя в зеркало над умывальником, Джейк отметил, что, пожалуй, выглядит уже не таким взволнованным и неуклюжим. Судя по тому, как складывается вечер, это всего-навсего провинциальный рождественский праздник — только чуть-чуть извращенный. Нужно просто немного потерпеть — и все закончится. Внизу шесть баритонов соглашались друг с другом в том, что да, эта девица — шлюха.

Спустившись по лестнице, Джейк свернул налево — обратно в кухню, к пивным запасам. Он думал, что там никого нет, и, когда из-за двери появился Шон, нервно кивнул.

— Я только хотел…

Шон догадался, чего он хотел. Он протянул Джейку банку, черты его лица как-то расплылись и вместе с тем заострились — Шон был пьян.

— Держи, засранец. — Шон замолчал и насмешливо улыбнулся. — Ничего себе местечко, да? Может, сделать обложку для журнала «Идеальный гом»? Стиль «Как у нас в деревне».

— А спальню ты видел? — спросил Джейк.

Шон громко вскрикнул — его уже сильно повело от алкоголя. Он не только видел спальню, но и подробнейшим образом ее запомнил. Если бы Дэвиду и Филу когда-нибудь пришлось предстать перед Нюрнбергским трибуналом за преступление против стиля, у Шона был готов целый список обвинений. Джейк смеялся, но не очень-то разделял его ожесточенность. Лично он просто никак не мог настроиться на уютную волну этого дома и поэтому держался немного настороже. Шон же, похоже, воспринял здешнюю атмосферу уюта как-то чересчур болезненно. Даже вся принятая анестезия не помогала.

— Нет, ну как ты думаешь, какого черта они так выдрючиваются? Гребаные домовитые гомосеки — поют под Джуди Гарланд так, как будто это им гимн регби-клуба, и кувыркаются под этой, на фиг, Лорой Эшли с ее долбаными розочками.

Джейк с щелчком вскрыл банку, приладился губами к отверстию и попытался вспомнить, видел ли он когда-нибудь Шона таким пьяным. И уж с Шоном-то можно быть уверенным: он не станет надираться только потому, что выпивка бесплатная — это, как и многое другое, просто не в его стиле.

— Прям какое-то телешоу «Посмеемся вместе». Парень-гомосек в своем пре-прекрасном-пригородном домике.

— Шон, чего ты так разошелся?

— Я — пидор! Какого хрена устраивать из этого цирк?

Ну уж нет, в Шоне определенно не было ничего смешного. Он так напился, что даже начал буянить: плеснул вина себе в бокал и заодно залил всю печку. От горячих конфорок повалил винный пар — пролитое вино закипело и растворилось в воздухе.

Шон принюхался и взглянул на этикетку.

— «Ламбруско», мать их.

Он вылил содержимое бутылки в раковину. Мыльная вода, приготовленная для мытья посуды, окрасилась в кроваво-красный цвет.

В кухне была дверь, ведущая в небольшой садик. Джейк попробовал ручку, дверь открылась и с улицы подуло зимой.

— Не хочешь выйти проветриться?

Шон подошел к двери, вгляделся в темноту за дверным проемом.

— Если у них там в саду гномы, то эти парни просто конченые придурки.

Джейк щелкнул зажигалкой. Перед ними предстал аккуратно прополотый коридор узкого сада, дальний край которого был усажен голыми деревцами. Каждое растение было заботливо укутано, чтобы перестоять зиму и дождаться весеннего освобождения.

Шон пошатываясь вывалился наружу.

— Я ошибся с изданием. Журнал «Гом и сад».

Джейка пробрал озноб от ночного воздуха. Он предоставил Шону одному бродить по саду, а сам остался на пороге. Там его и нашел Фея. Он подошел сзади и спросил, что это творится с Шоном.

— Он подавлен, — ответил Джейк.

— Ему следует пройти в комнату отдыха. — Фея постарался как можно более шикарно произнести две последние буквы «о». — Все танцуют. Он мог бы показать кое-что из своих танцев.

Джейк вышел из зоны холодного воздуха и, ритмично покачивая бедрами, двинулся по коридору на звук шести мужских голосов, которые распевали: «We are D - I - S - C - O. We are D-I-S-C-O.». Сквозь дверной проем он увидел, что гости Дэвида и Фила выстроились в кружок и тычут пальцем в потолок в едином, чисто мужском диско-порыве.

Джонни стоял в сторонке перед телевизором и сворачивал пустой вещмешок — сделка состоялась. Звук был выключен, и на экране с молчаливой страстью трахались двое мужчин: на одном из одежды был только шлем космонавта, на другом — носки. Определенно, порно придумали мужчины и для мужчин. И с тех пор, как отпала неприятная необходимость высчитывать, чем бы таким привлечь к экрану женщин, порноиндустрия бросилась во все тяжкие. Когда Джейк смотрел гетеросексуальное порно, ему всякий раз бывало не по себе: в задумке режиссера обязательно чувствовалась какая-то звериная грубость. А снимать мужчину с мужчиной — тут уж не грех вздохнуть свободно и дать себе волю. С мужчинами можно делать все, что душе угодно — и совершенно не париться по этому поводу. Джейк уперся взглядом в экран, сосредоточив на нем все свое внимание и отгородившись от звука стереосистемы.

Джонни посмотрел на него.

— Джейк… Чувак, ты в порядке?

Джейк мигом вернулся на землю.

— Да… Был где-то не здесь.

Джонни ткнул большим пальцем в сторону телевизора.

— Перед этим была классная вещь — жаль, ты пропустил. Разносчик газет приходит за своими рождественскими чаевыми, а мужик стоит там в халате и говорит: «А как тебе это?» — Джонни сделал вид, будто раскрывает полы халата, указал глазами себе на ширинку и игриво приподнял одну бровь.

— Много продал?

— Все. Те, которые заказали Фил и Дэвид, и еще хренову кучу их гостям. Наверное, будут дарить друзьям на Рождество. Беспроигрышная затея. Такое ведь больше нигде не достанешь. — Джонни сунул пустую сумку под мышку и начал строить планы на будущее. — В следующий раз надо взять побольше американских. В немецких у всех такой вид, как будто они все делают по плану. У янки получается куда веселее.