Роберт Динсдейл - Хижина в лесу

Не останавливаясь, старик продолжил:

— Вскоре солдат увидел тени, бредущие по улице. Сначала он принял их за призраки, так как со времени приезда в Гулаг ему еще не встречались живые люди. Но вот раздался шум шагов, и, повернувшись, солдат увидел человека. Стояла тишина, о существовании которой солдат прежде не догадывался. Изо рта незнакомца шел пар, словно он был огнедышащим драконом. Незнакомец сделал шаг вперед. «Кто ты?» — спросил солдат, который превратился в маленького мальчика, верящего в призраки в лесу. Незнакомец поднял руку и произнес: «Не бойся меня. Я такой же, как ты. Я потерялся в Стране вечной зимы, и у меня здесь нет друзей». На ногах незнакомца были высокие черные сапоги, а за плечами висел рюкзак, на котором на языке его родины было вышито его имя. Языка этого солдат не знал. Незнакомец был родом из королевства финнов, которое зовется Финляндия. Когда-то его взяли в плен солдаты Зимнего Короля.

Мальчик, слушая монотонную речь деда, впервые оторвал взгляд от его лица и посмотрел на кожаный рюкзак, лежавший в углу шалаша. Пальцы его прикоснулись к вышитой иностранной надписи спереди, потом прошлись по голенищу единственного оставшегося у деда сапога.

— «Что такое Гулаг? — спросил солдат. — И почему люди замерзают на улицах, превращаясь в статуи?» — «Людей наказывают за то, что они не хотят служить Зимнему Королю. Их выставляют замерзать на улицы, чтобы их вид служил предупреждением для других. Все люди, присланные сюда по воле Зимнего Короля, обязаны работать в больших подземных штольнях, где нет ни дня, ни ночи. Нам говорят, что Гулаг должен расти. Если мы будем хорошо работать, нас могут отпустить домой». — «Ты знаешь кого-то, кого отпустили домой?» — «Нет, никого не знаю». — «Я должен вернуться домой и жениться на девушке из леса». Незнакомец, которого звали Абелем, выглядел очень удрученным. Он сказал солдату: «Я слышал эти слова и прежде. Многие мужчины рассказывают о своих девушках, но надежды на освобождение нет никакой. Ты попал в Гулаг. Пойдем, я тебе помогу. Я украл еду и поделюсь ею с тобой, чтобы ты не голодал». — «Зачем тебе помогать незнакомцу?» На это Абель ответил: «Если мы будем голодать, то будем голодать вместе. Здесь, в сердце ледяного города Гулага, человек должен хорошо разбираться в том, что есть зло, а что добро. Я вижу, что сердце у тебя доброе. С этого дня мы станем братьями и будем делить наш хлеб». И тогда солдат, прежде бывший мальчиком, расплакался над коркой хлеба. Он поел и дожил до следующего дня.

Старик приоткрыл рот, собираясь, видно, продолжать, но на этот раз слов не последовало. Свет погас в его глазах, и они вновь стали серыми и затравленными. Он отвернулся и лег, не взглянув на внука.

— Деда, — прошептал мальчик, подползая поближе и стараясь не смотреть на рюкзак в углу. — Это правда?

Мертвые слова мертвого человека. Мертвая нога свешивается, словно в горячечном кошмаре душевнобольного.

— Ну, тот, кто рассказал мне эту историю, утверждал, что это истинная правда.

Во сне мальчик видел крыши великого легендарного города Гулага…

Утром старик отправился собирать дрова, а может, на охоту, хотя на меткость его руки теперь надежды было мало. Мальчик, воспользовавшись удобным моментом, раздул угли, подбросил в костер дров и камней, чтобы в шалаше стало теплее. Потом он потянулся к рюкзаку и, глядя на вышитые буквы, задался вопросом: «Как вещь из дедушкиной сказки могла попасть мне в руки?» Но долго задумываться над этим у него просто не было времени. Скоро день сменится сумерками. Мальчик отправился вслед за дедом, следы которого были четко видны на снегу.

Их пряничный домик находился на расстоянии всего лишь часа ходьбы от бабушкиного дома, но в ту сторону мальчик не пошел. Вместо этого он спустился по крутому склону. Там еще можно было найти немного лесных орехов и рябины. Кроме этого, мальчик намеревался поискать и другие драгоценные дары леса: съедобные каштаны, которые можно поджарить, и ягоды ежевики, встретить которые на колючих кустах сейчас совсем непросто, так как ими любят лакомиться птицы и полевые мыши.

На наполнение рюкзака ушло несколько часов. Мальчик стойко боролся с позывами пустого желудка и не накинулся на собранную еду. Вместо этого он зашагал вверх по склону. Теперь он легко мог найти дорогу к шалашу, руководствуясь лишь интуицией. Подходя, он уже знал, что дед в шалаше, — дым ударил в нос, и в нем мальчик учуял едва уловимый запах горелого жира. Дедушка, должно быть, поймал и жарит зайца.

Когда мальчик влез в пряничный домик, старик повернул голову. Рядом с ним валялись заячья шкура и внутренности. Дед собирался сшить внуку что-то вроде мокасин, чтобы не так холодно было ходить по снегу.

— Что это?

— Заяц. А у тебя что?

Мальчик прикрывал содержимое рюкзака рукой, словно хотел защитить его от жадных глаз, но дед все же углядел, что он принес.

— Ягоды и орехи, — сказал мальчик.

— Плохо. Сейчас надо есть жирную пищу, а то замерзнешь. Нужно убить дикого кабана или зубра.

— Мы не сможем, деда.

Грусть во взгляде старика заставила мальчика замолчать. Он подошел и уселся подле деда. Запах жареной зайчатины ударил в нос. По крайней мере, он может внести свою лепту в обед. Каждому досталось по две горсти съедобных каштанов и лесных орехов. Этого достаточно. Остальное мальчик убрал в сторону.

— Зима еще по-настоящему не началась. Зачем же нам недоедать?

— Нет, деда, это подарок.

Старик принялся помешивать уголья в костре. Его сердитый взгляд заставил мальчика поспешно сказать:

— Это для девочки из бабушкиного дома.

Заяц, разломившись, хрустнул в руках старика. Из недожаренного мяса капала кровь. Отодвинув в сторону свою долю орехов и каштанов, дед передал внуку половину заячьей тушки.

А потом было произнесено слово, легкое, словно снежинка:

— Нет.

Мальчик ждал, что дед продолжит, но тот молчал. Похоже, он сказал все, что намеревался. Старик поднес зайца ко рту и принялся высасывать из него мясной сок.

— Нет, деда?

— Нет.

— Почему нет?

— Посмотри на себя. Посмотри на все, что дала тебе сегодня природа. Зачем тебе…

— Это для девочки. Пусть ощутит вкус леса.

— Вкус чего?

— Ты научил меня ценить то, что дает лес. Почему я не могу…

Старик вонзил зубы в зайчатину.

— Ты представления не имеешь, каков на самом деле лес. И, надеюсь, никогда не узнаешь.

— Пожалуйста, деда…

— Я думал, ты усвоил, что умолять кого-то о чем-то не стоит.

— Я не умоляю.

— А мне показалось, что умоляешь.

Мальчик чувствовал себя так, как если бы ловил в Хвощовом озере тритонов, а те всякий раз проскальзывали у него между пальцами.

Сейчас или никогда. Он набрался храбрости: