Сьюзан Ховач - Башня у моря
- Название:Башня у моря
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент Аттикус
- Год:2018
- Город:Санкт-Петербург
- ISBN:978-5-389-14805-5
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сьюзан Ховач - Башня у моря краткое содержание
Судьбы трех поколений проходят перед глазами читателя в захватывающей драме, которая неизбежно продвигается к убийству и возмездию. Она разворачивается на фоне исторических событий второй половины XIX века. Семейная сага, показанная через призму полувековой истории, принадлежит перу мастера большой прозы Сьюзен Ховач, произведения которой еще предстоит открыть российским читателям. Впервые на русском языке!
Башня у моря - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Слава богу, что вы не настояли на вскрытии, – сказал я. – Иначе где бы сейчас была моя мать?
– Да, но… Нед, нельзя сидеть сложа руки. Если мы не можем довести расследование до суда, то должны сделать это приватным образом, с помощью угроз.
– У нас нет такой возможности, – запротестовал я. – Я много думал об этом – тут нет решения. У нас нет рычагов влияния на Драммонда. Мне удалось угрозами вынудить его дать согласие на мой брак с Керри, потому что он понял – ради нее я пойду на что угодно, даже если это повлечет уничтожение моей матери. Но то были исключительные обстоятельства. Драммонд знает, что в обычной ситуации я не сделаю ничего, что могло бы повредить ей.
– Тогда мы должны придумать еще что-нибудь. – Томас начал расхаживать туда-сюда по комнате, и толстые стекла его очков пускали зайчиков, когда на них падал бледный зимний солнечный свет. – Мы должны доказать вину Драммонда и невиновность твоей матери, – пробормотал он наконец. – Прежде чем обратиться в полицию, нужно удостовериться, что они не совершат ошибки.
– В полиции непременно решат, что она узнала об убийстве, пусть и после.
– «После» – это совсем иное дело, чем «до». К тому же есть смягчающие обстоятельства – ее слепая страсть к Драммонду, – и хороший адвокат поведет дело так, что ей ничего не будет грозить. – Он щелкнул пальцами и повернулся ко мне. – Конечно! Дэвид и нашел решение! Господи боже, я никогда не думал, что буду благодарен Дэвиду за его богатое воображение и страсть к детективам! Мы отправим его в Кашельмару, чтобы он провел тайное расследование всех обстоятельств смерти твоего отца. Если Дэвид сможет доказать, что он был отравлен после того, как твоя мать покинула Клонах-корт в тот день…
– А что, если Драммонд отравил еду, которую она везла папе? – поинтересовался я. – Мама взяла в Клонах-корт черничный ликер и пирог. Она хотела без ссор обсудить вопрос опеки.
– Может быть, Дэвид найдет слугу, который подтвердит, что к ликеру и пирогу никто не прикасался. Это будет означать, что яд находился в чем-то другом, а при удачном стечении обстоятельств нам удастся связать это другое с Драммондом. По крайней мере, попробовать стоит, а если кто и подходит для такого расследования, то Дэвид.
Я пытался разделить его оптимизм, но был слишком испуган. Я должен был бы чувствовать себя лучше, открыв ему все страхи, которые так долго носил в себе, но мне стало только хуже. Казалось, я больше не управляю будущим, и в ту ночь мне снилась сгоревшая дотла Кашельмара и Драммонд, шагающий по дымящимся руинам, чтобы уничтожить меня.
Я в панике предпочел с головой погрузиться в наши отношения с Керри. Пора было возвращаться домой, пока ее беременность не вступила в последние критические месяцы, но перед отплытием в начале апреля я два раза откладывал наш отъезд под тем предлогом, что в Атлантике все еще бушуют зимние шторма. Миссис Галахер заявила, что если я отложу отъезд в третий раз, то Керри придется остаться в Бостоне до рождения ребенка.
Ставить под угрозу здоровье Керри я не собирался. Кроме того, мне хотелось, чтобы мой сын родился в Кашельмаре. Собрав все свое мужество, я решился на возвращение.
Дядя Дэвид написал, что он посетит Кашельмару в середине марта, но до нашего отъезда никаких других новостей от него не приходило.
– Все будет хорошо, – успокаивал меня дядя Томас, обнимая на прощание, и хотя мне отчаянно хотелось верить ему, у меня это плохо получалось.
Я был уверен: хорошо не будет. Не представлял, как оно может быть хорошо.
И жил в ужасе.
Я не говорил матери, что Керри беременна, и попросил тетю Маделин сохранить это известие в тайне. Я бы и тете Маделин не сообщил, но Керри настояла.
– Почему ты не хочешь, чтобы твоя мать знала о ребенке? – спросила Керри, но я только ответил ей, что мне хочется сообщить ей эту волнительную новость лично.
Керри удовольствовалась этим, но на самом деле я не знал, почему скрываю от матери это известие. Однако понял это, едва мы вошли в холл Кашельмары и мать быстро спустилась к нам по лестнице. Одного взгляда на выражение ее лица, когда она увидела фигуру Керри, хватило, чтобы подтвердить мое предчувствие: ее эта новость ничуть не радует.
– Полагаю, этого следовало ожидать, – заявила она, – но должна сказать, что, на мой взгляд, вы оба до смешного молоды, чтобы становиться родителями.
Ситуацию спас Драммонд. Он поцеловал Керри и заявил, что, без сомненения, все будут рады. Ему хватило ума не протянуть мне руку, но он поздравил меня улыбкой, и, к счастью, прежде чем моя мать заговорила снова, вниз по лестнице понеслись Джон и девочки. Керри отвлеклась, а я, повернувшись опять к матери, открыл было рот, чтобы сообщить, что я думаю о ее приветствии.
И только тогда понял, что она в черном. Черный цвет ей не шел. От него ее кожа приобретала землистый оттенок.
– Нед, как я рада снова тебя видеть! – воскликнула Элеонора, застав меня врасплох. Она обняла меня.
Я обнял ее в ответ. И только теперь, когда Джейн, приплясывая, направилась ко мне, увидел, что и на ней черное.
– Недди, ты знаешь, что случилось? У Озимандии и Перси снова котятки, и я назвала их по моему набору красок. Их зовут Лазурь, Кобальт, Ляпис-Лазурь, и они все рыжие с оранжевыми лапками.
На Джейн было черное платьице с оборками. Она принялась скакать передо мной, и ее нижние юбки вспархивали, обнажая черные чулки.
На всех было черное.
– Нед, дорогой, – проговорила мать, – зайди на минутку в маленькую столовую. Я хочу сказать тебе кое-что наедине.
Мы вошли в маленькую столовую. Я был абсолютно спокоен. Когда я спросил у нее, где дядя Дэвид, голос мой звучал твердо, спокойно.
– Ах, Нед… – Ее лицо исказила скорбная гримаса. Жесткие уродливые морщины появились на ее лице, в глазах сверкнули слезы.
– Где он? – спросил я все еще абсолютно спокойным голосом. – Что с ним случилось?
– Нед, он… он…
Но она не могла произнести это слово.
– Он умер. – Я оглядел комнату, словно предполагал увидеть написанное на стене объяснение. Когда ничего такого не обнаружилось, я снова уставился на нее, но ее лицо не выражало ничего, кроме скорби.
– Да, – прошептала она. – Да, он умер.
И тут она обняла меня, словно не было больше никого, на чьей груди можно порыдать, а скорбь была невыносимо сильна.
Глава 8
Моя мать принялась рассказывать тихим, неровным голосом:
– Он приехал две недели назад и почти сразу же пожаловался на недомогание – кишечное расстройство. Ты же знаешь, у Дэвида всегда были нелады с пищеварением. Я не придала этому значения, потом он заявил, что ему стало лучше. Но на следующий день опять наступило ухудшение – боль в правом боку, как он мне объяснил. К несчастью, доктор Кагилл отсутствовал – он днем раньше уехал в Дублин, – но пришла Маделин. Когда я сообщила ей о симптомах, она сказала, что это похоже на перитонит – серьезную инфекцию, вызванную воспалением аппендикса. Позднее доктор Кагилл подтвердил этот диагноз. У Дэвида и прежде случались приступы, и специалист в Лондоне даже рекомендовал ему операцию, но операции, конечно, всегда рискованны и неприятны. Дэвид решил, что он сначала попробует посидеть на диете, прежде чем прибегнуть к столь радикальным методам.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: