Юрий Когинов - Отшельник Красного Рога. А.К. Толстой
- Название:Отшельник Красного Рога. А.К. Толстой
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АРМАДА
- Год:1999
- Город:Москва
- ISBN:5-7632-0829-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юрий Когинов - Отшельник Красного Рога. А.К. Толстой краткое содержание
Отшельник Красного Рога. А.К. Толстой - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Многие «либеральные» критики называли его поэзию типичной представительницей «искусства для искусства», хотя зачисление Толстого исключительно в разряд представителей «чистого искусства» можно лишь со значительными оговорками. Тем не менее литературное творчество и убеждения Толстого вызывали у многих враждебное к нему отношение, и он вскоре почувствовал себя в положении писателя, загнанного критикой. Но «поэтом-борцом», как его называют некоторые критики, Толстой не был; гораздо ближе к истине то, что он сам сказал о себе: «Двух станов не боец, но только гость случайный, за правду я бы рад поднять мой добрый меч, но спор с обоими — досель мой жребий тайный, и к клятве ни один не мог меня привлечь».

ПРОЛОГ
учер Степан, вернувшись из недальнего от Воробьёвки уездного города Мценска, куда Мария Петровна посылала его по хозяйственным нуждам, привёз с почты письмо. Было оно для Афанасия Афанасьевича, и Мария Петровна положила конверт на стол в кабинете мужа, чтобы он сразу его заметил.
«Вот обрадуется-то весточке от графа Льва Николаевича! — счастливо подумала Мария Петровна. — Каждая строчка Толстого для него — праздник. Особенно теперь, когда сам с головою ушёл в заботы о поместье и чуть ли не напрочь забыл о писании стихов».
Фет вернулся с полей под вечер, изрядно уставший, с ног до головы покрытый серою дорожною пылью. Но даже не отряхнувшись, а только стянув с головы картуз, прошёл к себе, словно предчувствуя, что его там ожидает, и оживлённо воскликнул:
— От графа Толстого! Что ж ты сразу меня не встретила приятным известием?
— Хотела, чтобы оказалось сюрпризом, — отозвалась жена. — Намаялся, считай, чуть ли не за целый день в бричке, а тут — и привет тебе от графа Льва Николаевича.
— Да не от хозяина Ясной Поляны, — остановил её Фет. — Что от графа и что от Толстого — то верно. Только письмо из Красного Рога, от Алексея Константиновича.
Со Львом Николаевичем Фет был дружен уж и не помнит сколько лет и часто бывал в Ясной. Да и первейший писатель земли русской сам наведывался к нему в Воробьёвку на правах близкого и желанного друга и не такого уж дальнего соседа. Вот почему Мария Петровна ничуть не усомнилась в том, что письмо от него, лишь мельком взглянув на конверт и прочитав знакомую фамилию отправителя.
С Алексеем Константиновичем Толстым сама Мария Петровна, кажется, и не встречалась ни разу. Но вот Афанасий Афанасьевич был с ним знаком, и они не раз видались то в Петербурге, то в Москве, однако друг у друга в гостях так и не бывали.
В прошлом, 1868 году, рассказывал Фет жене, он, будучи в Орле, ночевал в тамошней почтовой гостинице. И, проходя по коридору, вдруг в изумлении остановился перед человеком, шедшим ему навстречу.
Человек тот и сам немало изумился. Однако, промедлив всего секунду или две, они, не говоря ни слова, бросились обнимать друг друга. Постоялец, которому обрадовался Фет, оказался графом Алексеем Константиновичем Толстым, в ту пору возвращавшимся в свои брянские края из какой-то поездки и тоже решившим заночевать в гостевом доме.
— Ну наконец-то я вас встретил, и теперь вы от меня никуда не скроетесь! — Толстой отпустил из своих могучих объятий Фета. — И не возражайте! Прямо сейчас едем на станцию и берём билеты до Брянска. Там выходим из вагона — и к нашим услугам моя коляска. Восемьдесят вёрст до Выгонских дворов и ещё двадцать пять полями и перелесками — и мы в Красном Роге. А там — сказочное раздолье для охоты: поют глухари, токуют тетерева...
— Простите великодушно, милейший Алексей Константинович, но какая же охота на боровую дичь теперь, осенью, когда выводки уже разлетелись?
— Осенью? Ах да! — хлопнул себя по большому выпуклому лбу Толстой и рассмеялся от всей души. — А знаете, почему я смешал осень с весною? Потому что весь май, с самого конца апреля, ждал вас у себя. Разве вы не получали моих писем?
Фет сознался, что дважды приходили к нему приглашения из Красного Рога, но как мог он в разгар полевых работ бросить всё и помчаться сломя голову хотя и к несказанно дорогому приятелю, но всё же не ради дела, а забавы для?
— Вы не поверите, граф, но к Воробьёвке и Мценску я прикован хозяйственными заботами и служебными обязанностями мирового судьи точно кандальными цепями. И лишь к зиме, как нынче, урываю недельку-другую, чтобы съездить опять же по делам в Орел или Москву.
— Так вот теперь аккурат осень, предзимье. Не взять ли себе в качестве отпуска сии две недельки? И ежели не на боровую дичь, то стать на заячью тропу.
— Соблазн велик, — согласился Фет. — Однако тут вот какая докука. Недавно я был на ярмарке. Есть такая знаменитая в наших местах Коренная... Так вот на ней приглянулся мне племенной жеребец для выведения породы. А заодно прикупил и пару кровных жеребных маток. Так что не обессудьте — вон какое «семейство» у меня, можно сказать, на руках.
Граф усмехнулся в свою роскошную бороду и взял с Фета слово, что уж в будущем году не примет в расчёт ни одной отговорки — будет ждать в гости в середине лета. В июне, к примеру, ни ярмаркою, ни работами в поле не отговориться — что называется, мёртвый сезон.
И вот теперь — напоминание о том уговоре:
«Красный Рог, 23 июня, канун Иванова дня, 1869.
Милый, добрейший Афанасий Афанасиевич, ускорьте Ваш приезд... ибо молодые глухари не только летают, но летают высоко и далеко. Теперь самая пора их стрелять. Сверх того, есть полевые тетерева и молодые бекасы и дупели. Уток гибель. Можно за ними охотиться в лодке в так называемом Каменном болоте. Одним словом, не отлагайте Вашего приезда. Есть у меня три акта «Царя Бориса», которые я Вам прочёл бы с наслаждением, и три новые баллады. Я смотрю, и мы все смотрим на Ваш приезд как на праздник.
Semper tuus [1] Всегда твой (лат.).
Al. Tolstoy.
Маршрут:
1. Брянск.
2. Выгонские дворы (где будут ожидать Вас лошади).
3. Красный Рог (где будем ожидать Вас мы с распростёртыми объятиями)».
Фет пощипал кончик своего длинного, с горбинкою носа. Как быть? Охота — охотою. Но кроме неё поэт зовёт в гости поэта и обещает попотчевать шедеврами своего даровитого пера. Стоит ли отказываться от встречи, как бы он, расчётливый хозяин, ни был прикован к делам?
Стихами Афанасия Фета зачитывалась вся образованная Россия. Близкие же знали его к тому же как человека, сумевшего из ничего сделать своё поместье образцовым, приносящим завидный достаток. Над этою неожиданно проклюнувшеюся способностью незлобиво подтрунивала пишущая братия, в том числе давний университетский товарищ Иван Сергеевич Тургенев, сам, увы, с юности по-настоящему не живший в русской деревне. Ну ладно, то он, парижанин, однако, хочется верить, граф Алексей Константинович ему не чета: вот уж который год, как покинул столицу и обосновался в родовом своём имении.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: