Павел Долохов - Снег в Техасе
- Название:Снег в Техасе
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2021
- Город:Санкт-Петербург
- ISBN:978-5-8370-0749-1
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Павел Долохов - Снег в Техасе краткое содержание
Снег в Техасе - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Голос у Ольги низкий и сипловатый. Говорит она пофранцузски бегло, но, как все русские, твердо произносит букву «р» и не всегда делает льезоны [1] Льезон, связывание ( фр. Liaison – связь, соединение) – во французском языке произношение непроизносимой согласной буквы на конце слова, когда следующее слово начинается с гласной буквы.
между согласной и гласной.
– Меня зовут Широкова, Ольга Широкова, по мужу Леви, родилась в России, в Москве 31 июля 1889 года. Я постоянно проживаю в Ванве, департамент Сена, в доме 65 по улице Потэна. Моя семья – это я, мой сын Вадим… он родился в Москве 10 января 1918 года… он учится в лицее… и мой муж – Григорий Леви. Он родился в Москве 1 августа 1888 года. Мы бежали из России в 1918 году. Во Франции с 1922 года. Я поэт и эссеист. Мои стихи и прозу часто печатают в русских газетах и журналах. Муж – журналист. В 1927 году он был редактором журнала «Евразия». Несколько лет назад он и несколько его друзей основали Союз возвращения, они призывают русских эмигрантов вернуться в Россию. У них есть помещение на улице де Бюсси. Я политикой не интересуюсь и взглядов мужа не разделяю. Последний год мы с мужем виделись редко, не чаще чем несколько дней в месяц. Он не говорил, куда уезжает… говорил «по делам»… Последний раз я видела мужа у нас дома в Ванве 1 сентября. Он сказал, что уезжает в Испанию, что он будет сражаться на стороне республиканцев. Больше я его не видела и писем от него не получала. Нет, я никогда не слышала имени Рената Шнайдер. Женщину на этой фотографии я никогда не видела. А это Николай Кондратьев, фотограф. Он часто увеличивал фотографии для мужа. Нет, мой муж не мог быть замешан в убийстве человека с польской фамилией. Я об этом читала в газетах. Мой муж и я, мы не приемлем, не допускаем насилие. Для нас жизнь – священна…
Вопросы часто повторялись – видимо, для проверки следователь задавал их опять и опять в разном порядке. Под конец допроса Ольга явно утомилась, речь ее стала невнятной, она с трудом подбирала французские слова.
Допрос продолжался ровно час.
– Благодарю вас, мадам. На этот раз – это все. Возможно, мы вас пригласим опять…
И добавил:
– Потрудитесь подождать несколько минут в соседнем помещении, пока мой секретарь перепечатает протокол…
– Распишитесь на каждой странице и поставьте число. Благодарю вас, мадам…
…Марк смотрит на план Парижа. Ванв… Южнее Периферийного бульвара. «Красный пояс» Парижа, здесь всегда голосовали за коммунистов. И названия соответственные: проспект Мира, Сталинградский бульвар… А вот и улица Жан-Батиста Потэна. Номер 65 на углу авеню Генерала де Голля. Как же туда добраться? На метро до мэрии Исси, а оттуда пешком по запутанным улочкам. Километра два, не меньше. Марк махнул рукой и заказал такси. Университет не обеднеет…
Машина стояла перед гостиницей.
– Мне нужно в Ванв. Вы знаете, где это?
Шофер кивнул. Ехали долго. Утреннее движение было хаотичным, пробки возникали почти на каждом перекрестке.
Марк заметил маленькую иконку на ветровом стекле и спросил у водителя:
– Вы русский?
Водитель не расслышал, и Марк повторил свой вопрос. Водитель кивнул:
– Да, я русский.
Марку показалось, что водитель это сказал с легким акцентом.
– Давно из России?
Водитель ответил через несколько минут – они пересекали Периферийный бульвар.
– Последний раз был в прошлом году.
– Понравилось?
Водитель решительно покачал головой:
– Нет! Это не мое.
Марк повнимательнее взглянул на лицо водителя, отражавшееся в зеркале заднего вида. На вид ему было лет пятьдесят. Прямые, зачесанные назад волосы, чуть тронутые сединой. Водитель показал рукой в сторону:
– Вот моя родина – Исси-ле-Мулино…
Марк оживился.
– Тогда вы должны знать Ванв. Это совсем близко.
– Какая улица?
– Жан-Батиста Потэна.
– Номер дома?
– Шестьдесят пять.
– Я знаю этот дом. Угловой. Там до войны жили русские. Дома там были дешевле, чем в Париже.
Они въехали в Ванв. Вдоль улиц виднелись стандартной постройки серые двух- и трехэтажные дома с окнами, наглухо закрытыми ставнями. А вот и авеню Генерала де Голля. Чуть просторнее, чем остальные.
Водитель остановил машину.
– Приехали. Ваш дом.
Марк вышел из машины. Перед ним стоял дом серого камня, кажется, самый старый в округе. Дом был двухэтажный, с мансардой и покатой крышей. Одна из стен была увита плющом.
– Вы надолго? – спросил шофер.
Марк покачал головой:
– Думаю, что нет.
– Я вас подожду…
Марк подошел к дубовой двери и нажал на кнопку звонка.
Через минуту дверь открылась. В проеме стояла женщина лет тридцати.
– Месье?
Марк с трудом подбирал слова…
– Извините, мадам… Я из Америки…
Женщина приветливо улыбнулась.
– Месье по поводу покупки дома?
Марк испуганно затряс головой.
– Нет, мадам, нет. Я историк. Я собираю сведения о тех, кто жил в этом доме. До войны…
Улыбка быстро сошла с лица женщины.
– Извините, месье. Ничем не могу помочь. Я сама здесь недавно. Извините, месье, у меня дела.
Марк почувствовал, что кто-то взял его за плечо. Это был шофер.
– Вы позволите?
Шофер быстро заговорил с женщиной на том французском языке, который Марк почти не понимал. До него долетали лишь отдельные слова. Женщина оживилась и отвечала водителю на том же диалекте. Марку показалось, что он несколько раз услышал слова «тант [2] Тант ( фр. Tante) – тетя.
Жюли». Шофер повернулся к Марку, толкнул дубовую дверь и решительно сказал ему:
– Пошли!
Они поднимались по скрипучей деревянной лестнице. Где-то здесь была квартирка Ольги. Как она радовалась, когда они приехали сюда из Медона! «Представляете, у меня две комнаты и два окна с чудесным видом на старинный парк! Не надо больше писать на кухонном столе!..»
Но они прошли мимо квартирки и поднялись на самый верх, в мансарду. Шофер толкнул дверь. В комнате было темно. Когда глаза Марка привыкли к темноте, он увидел, что в кресле у самого окна сидит очень старая женщина. Шофер подошел к ней вплотную и сказал ей в самое ухо:
– Тетя Жюли, ты меня узнаешь?
Марку показалась, что по лицу женщины прошла легкая улыбка. Она ощупала сморщенной рукой лицо шофера.
– Это ты, Серж? Я знала, что ты придешь. Я ждала тебя.
Потом они сидели за столом темного дерева, пили ароматный чай из больших кружек, и шофер с женщиной о чем-то болтали на своем птичьем языке. Марку показалось, что он различил слова «ле рюсс». Шофер повернулся к Марку:
– Как звали тех людей, которых вы ищете?
Марк быстро ответил:
– Грегуар и Ольга Леви.
Рука старухи как-то странно дернулась. Она заговорила очень быстро и взволнованно. Марк не понял ни слова.
Шофер тоже посерьезнел.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: