Пол Блок - Ниже неба

Ридли распорол ткань рубашки дальше, глаза его неподвижно смотрели на обнаженные груди женщины. Он сделал шаг вперед и с силой прижал ее к себе. В тот же момент бандит подскочил на месте, выгнув спину от резкой боли. Отпустив женщину, он повернулся и полными ужаса и удивления глазами посмотрел на Грэхэма. Ноги его подкосились, и он упал на колени.

На расстоянии нескольких футов от бандита стоял Грэхэм. Его правая рука все еще была вытянута вперед, пальцы сжимали нож, с длинного лезвия которого на пол капала кровь. Откуда-то издалека донесся плач ребенка.

– Проклятье! – выругался Ридли. Его голос прерывался клокочущими звуками, исходящими из горла. Он попытался поднять руку с зажатым в ней собственным ножом, однако его пальцы разжались, и нож, звеня и подпрыгивая, покатился по полу. – П-проклятье... – разбрызгивая вокруг смешанную с кровью слюну, еще раз произнес Ридли, затем упал вперед лицом, и с последним вздохом жизнь покинула его.

Грэхэм стоял неподвижно и не отрываясь смотрел вниз, на своего напарника. Ему показалось, что это длится уже несколько часов. Затем кто-то дотронулся до его плеча, и, подняв голову, старик увидел хозяина дома. Мужчина со своей женой подтянули Грэхэма к столу и усадили на один из стульев. Он просидел так довольно долго, пока женщина надевала халат поверх разорванной ночной рубашки и укачивала разбуженного ребенка на руках.

Грэхэм даже и не попытался скрыться; он понимал, что может запросто попасть на виселицу или закончить свою жизнь еще более худшим способом, однако силы покинули его. «Что бы со мной ни сделали, пусть это произойдет быстро, – молился старик. – По крайней мере, пусть этот кошмар закончится».

– Мы не собираемся выдавать вас, – сказал хозяин дома, догадавшись, о чем думает Грэхэм.

– Только не после того, что вы для нас сделали, – добавила женщина, нежно покачивая на руках своего ребенка. – Вы можете оставаться здесь сколько захотите – до тех пор, пока не решите, что вам нужно делать и куда вам нужно идти.

– Но я... я... – Грэхэм поднял голову и посмотрел на мужчину и его жену, в глазах его отразилась вся боль долгих лет отчаянья.

– Мы знаем, кто вы, – сказал мужчина. – Вы с «Веймута», не так ли?

– Откуда вы знаете?

Мужчина указал на железное кольцо, висящее на правой ноге Грэхэма:

– Одна из спасательных шлюпок была подобрана в море. Спасшиеся рассказали, что все остальные утонули.

Пара представилась, как Якоб и Клаудия Хеар, затем Якоб и Грэхэм вытащили тело Ридли и захоронили его на удаленном склоне холма, спускавшемся к воде. Пока они работали, Якоб объяснил, что это – один из Кокосовых островов, представляющий собой пару атоллов. Остров был заселен тринадцать лет назад дядей Якоба, Александром Хеаром, и группой малайских моряков под командованием шотландца по имени Джон Кланис-Росс. Это был редко посещаемый аванпост, с которого велось наблюдение за производством сушеной мякоти кокосов, отправлявшейся в Англию для изготовления там кокосового масла.

Когда работа была закончена, Якоб усадил Грэхэма за кухонный стол и распилил железное кольцо, висевшее на его правой ноге, объявив при этом, что «отныне Грэхэм является свободным человеком».

– Никто не будет искать Грэхэма Магинниса, – добавил затем Якоб, – поскольку он погиб во время крушения «Веймута», в первый день апреля тысяча восемьсот тридцать девятого года.

– А как вы объясните людям мое появление здесь? – спросил старик.

– В этой части земного шара никто не задает лишних вопросов, – заверил его Якоб. – Какое-то время вы проведете здесь со мной и Клаудией, а затем, примерно через несколько недель, мы скажем, что вы наш дальний родственник, который приехал навестить нас на одном из торговых кораблей, бросившим якорь возле острова.

– Ему понадобятся новое имя и документы, – резонно заметила Клаудия.

– Насчет документов я позабочусь, – предложил Якоб. – Что касается имени, то нам лучше по-прежнему называть вас Грэхэмом, так как к этому имени вы привыкли.

Грэхэм покачал головой:

– В Милбанкской тюрьме не существует имен. Я был номером восемьдесят четыре – четырнадцать.

Клаудия подошла сзади к старику и положила руку ему на плечо:

– Вот так мы и будем вас называть.

– Восемьдесят четыре – четырнадцать? – недоуменно переспросил Грэхэм.

– Нет. По названию тюрьмы, в которой вы сидели. Мистер Грэхэм Милбанк. – Клаудия игриво дернула старика за бороду. – Теперь давайте-ка вас хорошенько вымоем, пострижем волосы и уберем эту нелепую бороду. Когда я закончу прихорашивать вас, мистер Милбанк, вы будете выглядеть, как чистокровный вест-индийский купец.

Грэхэм усмехнулся, затем расхохотался.

– Я им и был, – провозгласил он, утирая навернувшиеся от смеха на глаза слезы. – Перед тем, как я угодил в тюрьму благодаря предательству своего друга, я именно им и был – китайским и вест-индийским торговцем!

* * *

Этим же вечером Грэхэм Магиннис стоял в одиночестве на обрыве над водой, глядя на Индийский океан, туда, где солнце только начинало садиться за горизонт. Поверхность океана была невероятно спокойной, и казалось, что оранжевые, желтые и красные пальцы дотрагиваются до синей глади. Грэхэму казалось, что эта переливающаяся рука потянулась к нему, маня его за много тысяч миль через океан, напоминая ему, что наступит день, когда он снова увидит своих детей.

– Да. Я вернусь домой к вам, мои Коннор и Эмелин, – поклялся вслух Грэхэм. Подняв с земли небольшой камень, он швырнул его в океан и услышал всплеск воды. На скулах старика заиграли желваки, ладони его сжались в кулаки. – Я вернусь домой и к тебе тоже, Эдмунд Баллинджер. Я вернусь в Англию и отомщу.

На берегу возможности человека измеряются его умением стрелять из лука и владением верховой ездой, в то время как моряк должен быть наделен способностью сражаться с водой и на воде. Моряк должен понимать ветра, и облака, и земли, и их очертания. Он должен иметь большой опыт в метании копья при сильном ветре. Он должен знать, как сам бог, как пробиваться сквозь большие волны, управлять своим кораблем и быть всегда готовым к действию. После того, как все его копья были брошены и пронзили врагов, за ними должно вступать в бой его ружье, принося еще больший эффект. Все грохочущие ураганы огненного жара [пороха] достигнут намеченной цели, и когда бы ни встретились на пути пираты, они будут неизменно побеждены. Никакое оружие не минет своей цели. Морские бандиты будут разбиты и повержены в прах, и даже при высоких волнах, когда они захотят обратиться в бегство, они будут преследоваться, ловиться и безжалостно уничтожаться. Таким образом, чудовища, живущие в морских пучинах, останутся спокойными, и море станет совершенно гладким, даже мелкой ряби не будет на нем.