Пол Блок - Ниже неба

– Все может быть, – наконец отозвался Росс, – но Восток слишком обширное место для того, чтобы такая встреча состоялась.

– Однако, если ты включишь Калькутту в маршрут своего следования, то сможешь поискать в порту наш корабль.

– И я обещаю, что я это сделаю, – провозгласил юноша, пытаясь скрыть громким голосом отсутствие какого бы то ни было желания именно так и поступить. – Было бы здорово увидеть знакомое лицо вдали от дома.

Громкий вздох, прокатившийся по толпе, привлек их внимание к сутолоке, начавшейся в передней части зала. Один из лордов оступился, поднимаясь по ступенькам к трону, и покатился кубарем вниз, запутываясь по дороге в своей красной бархатной мантии.

– Бедный лорд Ролле, – сказала Зоя с нескрываемой жалостью, когда несколько придворных принялись поднимать пожилого человека, – Ему, должно быть, перевалило за восемьдесят, он едва держится на ногах.

Лорд Ролле, похоже, ушибся не слишком сильно. Поднявшись, он направился к трону. Вдруг толпа ахнула еще раз, когда королева неожиданно поднялась и начала спускаться по ступенькам, так, чтобы престарелому джентльмену не пришлось еще раз по ним карабкаться. В ответ на робкое замечание камергера о том, что процедурой коронации не предусмотрено совершение подобных действий, королева воскликнула: «А разве я смогу, не вставая, оказаться рядом с ним?» Под одобрительные возгласы собравшихся она спустилась с пьедестала, на котором возвышался величественный трон, на пол и там встретила лорда Ролле.

Как только длинная вереница придворных подошла к концу, королева покинула трон и сняла корону для того, чтобы причаститься. Когда она преклонила колени у алтаря, неожиданный луч солнца, появившегося из-за темных туч, пробился через высокое узкое окно и ярким светом озарил непокрытую голову королевы Виктории, вызвав слезы умиления у ее матери. Королева медленно поднялась, поддерживаемая лордом Мельбурном под руку, и под ангельские переливы церковного хора снова взошла на трон. Наконец, перед заключением всей церемонии, она встала – все присутствовавшие сделали то же самое – и повела процессию своих пажей и фрейлин в часовню Св. Эдварда, чтобы сменить величественную тунику на пурпурное бархатное платье и мантию.

Вскоре после того, как королева скрылась в часовне, толпа смешалась. Люди воспользовались временным перерывом в продолжительной церемонии, чтобы размять затекшие от неподвижного сидения конечности и посплетничать немного о том, как прошла коронация, и о манере, с которой держит себя молодая королева.

– Росс, – позвал чей-то голос, и, повернувшись, он увидел приближающегося Джулиана, – это правда, что ты отправляешься в Китай?

– В августе. – Россу не очень хотелось начинать беседу, и ответ его был немногословен.

– Превосходно! Если ты собираешься заходить в Калькутту, я могу тебе сказать, когда туда прибудет мой корабль.

Радость Джулиана казалась абсолютно искренней, и Росс подумал, что этому молодому человеку, удачно начавшему свою карьеру морского офицера, вскоре по праву будет чем гордиться, в отличие от остальных мужчин этой ветви семьи Баллинджеров, визитной карточкой которых являлось исключительное самомнение и самодовольство. Росс хорошо помнил, как в детстве он был объектом постоянных насмешек и жестоких розыгрышей со стороны Остина и Джулиана. Он не доверял им обоим, и поэтому ответил с некоторой осторожностью:

– Зоя рассказала мне, что следующим месяцем ты отплываешь в Калькутту?

– Верно. Я отправляюсь на «Лансите». – Произнося название корабля, он понизил голос, как будто это было большой тайной. Затем его черные усики дернулись кверху, и голос приобрел обычный оттенок самодовольства:

– Корабль поведет Ффист 3.

– Фист?

Джулиан сжал пальцы в кулак и постучал им себя в грудь:

– Ты, конечно, слышал о нем. Ффист – это капитан Реджинальд Ффиске. Его имя пишется с двумя буквами «ф», и он чертовски этим гордится. Любому, кто произносит его неправильно, он начинает рассказывать о том, как средневековые монахи употребляли двойную букву «ф» вместо одной для того, чтобы подчеркнуть свою избранность.

– Ясно. Так значит, люди называют его Фист?

– С двойным «ф», разумеется. И только когда он этого не слышит. – Джулиан снова ударил себя кулаком в грудь. – А я буду его первым помощником на корабле.

– Это высокая честь, не так ли? – вмешалась в разговор Зоя.

– Ты права, черт подери. Когда появилась вакансия на это место, две дюжины офицеров претендовали на него – Ффист выбрал именно меня.

Зоя взяла Росса за руку:

– Возможно, ты встретишься с этим самым капитаном Ффиске в Калькутте.

– Ты только найди там наш корабль, а я тебе его покажу, – пообещал Джулиан.

Сразу после этих слов дверь в часовню Св. Эдварда отворилась, и зрители опять начали рассаживаться по своим местам. Несколькими минутами позже началась заключительная часть коронации, когда королева Виктория, неся скипетр в правой руке, а жезл – в левой, прошествовала вдоль центрального прохода Вестминстерского аббатства под громогласные крики аудитории. После визита в гардеробную Виктория, ее мать, герцогиня Глостерская, герцогиня Кембриджская и многочисленные фрейлины и пажи двинулись к выходу из Аббатства. Там ожидала королевская карета, возглавлявшая колонну празднично украшенных экипажей придворных.

Королевская карета была сделана еще для короля Георга III в 1762 году. Весь корпус и колеса были отделаны инкрустированным деревом и щедро позолочены. Сиденье кучера возвышалось посреди двух вырезанных из мореного дуба фигур ангелов, которые, казалось, несли карету на своих крыльях. Панель под ногами кучера представляла собой позолоченный барельеф с изображенными на нем причудливыми морскими растениями и животными – сказывалось особое чувство монарха, которое тот питал к океану. Восемь резных пальм поддерживали крышу кареты, а трофеи, изображенные по бокам, символизировали собой великие победы Англии в многочисленных войнах. На возвышении в центре крыши стояли фигурки мальчиков, олицетворявшие единый дух трех наций – английской, ирландской и шотландской. Они поддерживали Корону Великой Британской Империи и держали в своих руках скипетр, меч и рыцарские доспехи.

Королевским придворным понадобилось не менее часа, чтобы каждому найти свою карету и направиться в сторону Букингемского дворца. Росс и Зоя сидели рядом с ее братьями в пышно разукрашенной четырехместной карете. Их экипаж двигался почти в хвосте колонны, однако на всем протяжении петлявшего по улицам Лондона маршрута многочисленные людские толпы встречали его с ничуть не меньшим энтузиазмом, чем тот, который возглавлял процессию.