Колин Маккалоу - Женщины Цезаря
- Название:Женщины Цезаря
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Домино, Эксмо
- Год:2006
- Город:Москва, СПб
- ISBN:5-699-09957-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Колин Маккалоу - Женщины Цезаря краткое содержание
Мужчин, возвеличивших Рим, знают все. Эти люди раздвигали границы государства, писали законы, которые используются и сейчас, создавали великие произведения искусства. О знатных римлянках известно немногое. Кто же были они, те, которых Цезарь использовал, чтобы подняться к вершинам власти?
Женщины Цезаря - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
О, если бы только Помпей держался спокойнее! Столько лет такой славной карьеры! Пора бы ему уже знать, что в жизни все проходит не так гладко! И все же в Помпее еще много осталось от испорченного, капризного ребенка. Он хочет, чтобы все получалось идеально. Он надеется загрести все, что душенька пожелает, да чтобы при этом его еще и похвалили.
— Палата должна решить, как мне действовать дальше, — продолжал старший консул. — Будем голосовать. Кто считает, что отныне вся деловая жизнь должна остановиться, потому что младший консул удалился в свой дом наблюдать небеса, — пожалуйста, встаньте слева от меня. Кто считает, что, по крайней мере, до вердикта пятнадцати членов коллегии, исследующих Сивиллины книги, жизнь должна продолжаться, как обычно, — пожалуйста, встаньте справа от меня. Я не буду больше взывать к здравому смыслу и любви к Риму. Почтенные отцы, прошу вас, голосуйте.
Это был рассчитанный ход. Интуиция подсказала Цезарю, что откладывать нельзя. Чем дольше сенаторские овцы будут обдумывать поступок Бибула, тем вероятнее будет разрастаться в них страх. Надо ударить сейчас, пока есть шанс.
Результат удивил всех. Почти весь Сенат встал справа от Цезаря, как яркое свидетельство того, что людям совсем не понравился каприз Бибула. Что за блажь — сломить Цезаря любыми средствами, даже ценой крушения Рима! Слева от старшего консула стояли лишь несколько boni, откровенно шокированные таким результатом.
— Я выражаю протест, Гай Цезарь! — крикнул Катон, когда сенаторы возвратились на свои места.
Помпей — на седьмом небе от столь внушительной победы здравого смысла и любви к Риму — выпустив когти, повернулся к Катону.
— Сядь и заткнись, ты, ничтожный ханжа! — взревел он. — Кем ты себя возомнил? Ты думаешь, что ты и судья, и присяжные в одном лице? Ты — никто, ты только бывший плебейский трибун, который никогда не станет даже претором!
— Ох! Ох! Ох! — выкрикнул Катон, шатаясь, как плохой актер, проткнутый бумажным кинжалом. — Послушайте великого Помпея, который стал консулом, не достигнув еще достаточной квалификации, чтобы претендовать на должность плебейского трибуна! А ты кем себя мнишь? Что, ты даже не знаешь? Тогда позволь мне сказать тебе! Неконституционный, беспринципный, не-римский кусок чванства, вот что ты такое! Ты — галл, который думает, как галл. Ты — мясник, сын мясника. Ты угодливо подлизываешься к патрициям, чтобы они позволили тебе жениться на патрицианке, которая будет намного выше тебя по происхождению! Ярко разодетый щеголь — что угодно, лишь бы слышать, как толпа восхищается им. Восточный владыка, который любит жить во дворцах. Дурак, возомнивший себя царем. Оратор, который может усыпить даже спаривающегося барана. Политик, который вынужден нанимать себе в помощь компетентных консультантов. Радикал хуже братьев Гракхов. Полководец, который за двадцать лет ни разу не вступал в сражение, не имея под рукой войска, хотя бы в два раза превосходящего силы противника. Военачальник, который появляется на возделанной ниве и стрижет там все лавры, после того как другие, лучшие люди совершили там всю настоящую работу. Консул, который вынужден заглядывать в учебное пособие, чтобы уточнить, как себя вести. И — человек, который казнил римских граждан без суда! Свидетель — Марк Юний Брут!!!
Палата больше не могла молчать. Она взорвалась аплодисментами, криками, свистом, радостными возгласами. Топот ног был такой, что балки пошатнулись. Только Цезарь знал, как тяжело сидеть спокойно. О, какая славная диатриба! И как мастерски сказана! Стоило жить, чтобы услышать такое!
Но когда он посмотрел на Помпея, сердце у него упало. О боги, этот глупец принял истеричную овацию на свой счет! Неужели он так ничего и не понял? Всем было наплевать, кто являлся мишенью столь блестящей речи. Слушателям безразлично, что конкретно заложено в этой тираде. Просто они услышали лучший за последние годы образец импровизированной брани. Сенат Рима аплодировал бы обезьяне, критикующей осла, если бы она сделала это хотя бы наполовину так же хорошо! Но Помпей сидел подавленный, и настроение у него, наверное, было хуже, чем в те дни, когда Квинт Серторий кругами ходил вокруг него в Испании. Побежден! Сражен бранью! Только в этот момент Цезарь понял степень незащищенности и жажды одобрения в Помпее Великом.
Время вмешаться. Старший консул распустил собрание, но остался стоять на курульном возвышении, глядя, как возбужденные сенаторы быстро покидают помещение. Большинство окружили Катона, хлопали его по спине, нахваливали. Хуже всего было то, что Помпей продолжал сидеть на своем стуле с опущенной головой. Поэтому Цезарь не мог сделать того, что, как он знал, надо было сделать, — то есть сердечно поздравить Катона, словно тот являлся его политическим союзником. Вместо этого Цезарю приходилось сохранять безразличный вид — на случай, если Помпей вдруг посмотрит на него.
— Ты видел Красса? — сурово спросил Помпей, когда они остались одни. — Ты видел его? — Голос его поднялся до визга. — Превозносит Катона до небес! На чьей он стороне?
— На нашей стороне, Помпей. У тебя, мой друг, слишком тонкая кожа, если ты воспринимаешь реакцию Палаты на Катона как критику в твой адрес. Аплодисменты в ответ на необычную, краткую, энергичную речь, ничего больше. Катон уже всем надоел, вечно в оппозиции. Но в своем роде он произнес сегодня хорошую речь.
— Она была нацелена на меня! Меня!
— Я был бы не против, если бы она была сказана в мой адрес, — отозвался Цезарь, стараясь сдерживаться. — Твоя ошибка в том, что ты не присоединился к общему восторгу. Тогда ты мог бы выйти из этого положения, сохранив лицо. Никогда не показывай слабости в политике, Магн, что бы ты ни чувствовал. Он ударил тебя под доспехи, и ты позволил всем увидеть это.
— Ты тоже в их команде!
— Нет, Магн, я не в их команде. Не больше, чем Красc. Скажем так, пока ты одерживал победы для Рима, Красc и я были учениками на политической арене. — Он наклонился, взял Помпея под локоть и поднял его на ноги, демонстрируя при этом силу, какой Помпей не ожидал от столь худощавого человека. — Пойдем, они уже ушли.
— Я больше не смогу показаться в Палате!
— Ерунда. Ты появишься в Палате на следующем же заседании, и вид у тебя будет, как всегда, сияющий. И ты подойдешь к Катону, пожмешь ему руку и поздравишь его. Как сделаю это я.
— Нет, нет, я не смогу этого сделать!
— Я не буду созывать Сенат несколько дней. За это время ты придешь в себя. А теперь пойдем ко мне, разделишь со мной обед. Иначе тебе придется возвращаться в твой огромный пустой дом на Каринах, в компанию трех-четырех философов. Тебе надо снова жениться, Магн.
— Я не прочь, но не вижу никого, кто бы мне понравился. Для человека, имеющего сыновей и дочь, это уже не так необходимо. Кроме того, кто бы говорил! В Общественном доме тоже нет жены. У тебя даже нет сына!
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: