Николай Лейкин - В усадьбе
- Название:В усадьбе
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:С.-ПЕТЕРБУРГЪ Типографія Р. Голике, Троицкая улица, д. No. 18. 1893.
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Николай Лейкин - В усадьбе краткое содержание
Лейкин, Николай Александрович [7(19).XII.1841, Петербург, — 6(19).I.1906, там же] — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра». Большое влияние на творчество Л. оказали братья В.С. и Н.С.Курочкины. С начала 70-х годов Л. - сотрудник «Петербургской газеты». С 1882 по 1905 годы — редактор-издатель юмористического журнала «Осколки», к участию в котором привлек многих бывших сотрудников «Искры» — В.В.Билибина (И.Грек), Л.И.Пальмина, Л.Н.Трефолева и др. Основная тема многочисленных романов, повестей, пьес, нескольких тысяч рассказов, очерков, сценок Л. - нравы петербургского купечества. Однако комизм, с каким Л. изображал серость купеческо-мещанского быта, носил поверхностный характер. Основной жанр Л. - сценки. Даже его романы («Стукин и Хрустальников», 1886, «Сатир и нимфа», 1888, и др.) представляют собой ряд сцен, связанных единством лиц и фабулы. Л. привлек в «Осколки» А.П.Чехова, который под псевдонимом «Антоша Чехонте» в течение 5 лет (1882–1887) опубликовал здесь более двухсот рассказов. «Осколки» были для Чехова, по его выражению, литературной «купелью», а Л. - его «крестным батькой» (см. Письмо Чехова к Л. от 27 декабря 1887 года), по совету которого он начал писать «коротенькие рассказы-сценки».
В усадьбе - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Да вѣдь рыбы хорошей нѣтъ къ ботвиньѣ, возразила барыня. — Мужики на деревнѣ только и ловятъ, что мелкихъ окуней да щукъ.
— Съ окунями и со щукой также хорошо… Зелень своя, квасъ свой, рыбы на двугривенный купить — и всѣ сыты… Затѣмъ можно соусъ изъ грибовъ — вотъ и все. Вчера дѣти ходили съ гувернанткой въ лѣсъ и множество грибовъ набрали. Такимъ порядкомъ мы и будемъ окупать содержаніе усадьбы. Это первый доходъ.
— А послушалъ бы ты, что кухарка говоритъ про этотъ доходъ!
— Что такое?
— Скучаетъ очень, не закупая провизіи. Наживы нѣтъ.
— Да гдѣ же здѣсь закупать? Здѣсь вѣдь не городъ, рынковъ нѣтъ.
— Вотъ объ этомъ-то она и скучаетъ, что рынковъ нѣтъ, что всю провизію мы сами изъ города привозимъ. «Если, говоритъ, въ половинѣ августа не переѣдутъ въ городъ, то я уйду, потому безъ наживы мнѣ жить не возможно».
— Конечно же, въ половинѣ августа не переѣдемъ. Въ сентябрѣ мнѣ нужно кое-что при себѣ осеннее посадить. Я выписываю ягодные кусты хорошихъ породъ. Деревцовъ надо подсадить. Надо приказать распахать подъ огородъ лишнія гряды.
— Ну, вотъ, стало-быть послѣ половины августа она будетъ просить расчета. Мнѣ это ключница Афимья передала.
— Ужасная сплетница! Она и мнѣ сегодня поутру плела-плела про прислугу, такъ что я уже запретилъ ей говорить. Хочетъ непремѣнно сжить и кучера, и огородника, и птичницу Василису, а на мѣсто ихъ поставить какихъ-то своихъ излюбленныхъ людей. Непремѣнно у ней просилась къ намъ какая-нибудь кухарка отъ сосѣднихъ помѣщиковъ — вотъ она и прочитъ ее на мѣсто нашей кухарки.
— Гдѣ же она можетъ видѣться съ помѣщицкими кухарками! У насъ ближе трехъ верстъ и сосѣдства-то нѣтъ. Нѣтъ, вѣдь это въ самомъ дѣлѣ: кухарки не любятъ жить въ деревенскихъ усадьбахъ, сказала барыня. — Во-первыхъ, здѣсь закупки провизіи нѣтъ, стало-быть нѣтъ и наживы, а во-вторыхъ, онѣ скучаютъ безъ своихъ гостей.
— Да, вотъ, что солдатамъ-то ихнимъ сюда пріѣзжать далеко!
Передъ террасой стоялъ кучеръ съ опухшими глазами и краснымъ лицомъ, переминался съ ноги на ногу и снялъ шапку.
— Тебѣ что? спросилъ его баринъ.
— Воля ваша, сударь, а намъ, кажется, безъ козла не обойтись, началъ кучеръ.
— Безъ какого козла? удивленно выпучилъ глаза баринъ.
— Извѣстно, какіе козлы бываютъ. На конюшняхъ ихъ во многихъ хорошихъ домахъ держатъ.
— Зачѣмъ это?
— Домовой-съ… Отъ домового… Вѣрите ли, сегодня всю ночь меня въ конюшнѣ мучилъ. Я въ конюшнѣ сплю. Просто онъ выживаетъ насъ. Вотъ теперича августъ мѣсяцъ на носу, знаетъ онъ, что въ августѣ намъ надо выѣзжать въ городъ — вотъ онъ и выживаетъ.
— Что за чепуха!
— Истинный Христосъ, выживаетъ. Или ужъ, можетъ быть, здѣсь мѣсто такое, что ли. Онъ и при переѣздѣ сюда намъ встрѣчу устроилъ и разыгрался а потомъ позатихъ маленько, а теперь вотъ опять.
— Вздоръ, вздоръ ты городишь!
— Позвольте, какой же вздоръ… Извольте посмотрѣть — это что?
Кучеръ откинулъ прядь волосъ съ виска и показалъ синякъ.
— Гдѣ это тебя угораздило? спросилъ баринъ.
— Зачѣмъ меня угораздить… Это все онъ-съ… Онъ шалитъ. Выживаетъ — вотъ и шалитъ. Три раза меня съ койки сбрасывалъ. Койку я себѣ въ конюшнѣ устроилъ — и вотъ какое утѣшеніе.
— Глупости! Просто ты вчера ходилъ на деревню къ Амосу Ермолаеву, выпилъ на постояломъ — и наткнулся на чей-нибудь кулакъ. Я вѣдь тебя знаю, ты пьяный вздорный.
— Позвольте-съ… Вѣдь это обида… За что же такія слова?.. Я вашихъ лошадей руководствую какъ себя самого, лошади у меня сыты, довольны, а вы супротивъ меня всякую пронзительность и все эдакое…
Кучеръ и по сейчасъ былъ пьянъ. Онъ даже слегка покачивался на ногахъ. Баринъ подозрительно посмотрѣлъ на него и сказалъ:
— Пойдемъ въ конюшню. Покажи мнѣ лошадей. Ты что-то большую дружбу завелъ съ Амосомъ Ермолаевымъ. Вѣдь Амосъ Ермолаевъ даромъ къ себѣ не принимаетъ, безъ денегъ или безъ овса водки не даетъ.
— Владычица! Да неужто я лошадей буду овсомъ обижать! Я животину люблю больше себя. Самъ не допью, не доѣмъ… Да и не возьметъ Амосъ Ермолаевъ овса, не такой онъ человѣкъ.
— Отца съ матерью — и того возьметъ, если кто на вино ихъ смѣнять вздумаетъ, проговорилъ баринъ, идя за кучеромъ въ конюшню
— И лошадей онъ мучилъ. Ужасти какъ мучилъ. Всю ночь мучилъ. Началъ я поутру корму задавать, гляжу — въ мылѣ всѣ… разсказывалъ кучеръ.
— Кто мучилъ-то?
— Да все онъ же, домовой-съ… Вѣдь онъ разыграется, такъ удержу нѣтъ.
— О, Господи! Когда я нападу на трезвыхъ людей! вздохнулъ баринъ.
Кучеръ отворилъ конюшню и указалъ на порожнее стойло съ койкой.
— Вотъ съ энтаго мѣста онъ меня шарахнулъ, да вонъ объ энтотъ уголъ, указалъ онъ. — Воля ваша, а козла надо. Какъ козла мы заведемъ, такъ сейчасъ онъ и уймется. Онъ козла любитъ, онъ сейчасъ утихнетъ.
Баринъ пропускалъ слова кучера мимо ушей и смотрѣлъ на лошадей.
— Девятый часъ утра теперь, а ты не успѣлъ ихъ еще даже и вычистить, сказалъ онъ. — Развѣ такъ исправные кучера дѣлаютъ? А все оттого, что къ Амосу Ермолаеву на деревню часто бѣгаешь.
— Позвольте, сударь, да ужъ при домовомъ чисть не чисть, а онѣ все равно гладкія не будутъ. Ты ихъ вычистишь, а онъ опять взъерошитъ. И тѣла имъ при домовомъ не наѣсть. Хоть ты какъ хошь корми, а кучеру онъ все равно непріятность сдѣлаетъ. Брюхо отъ сѣна наѣдятъ, а чтобы отъ овса польза вышла — при домовомъ ни въ жизнь. Козла завести, будетъ польза. Онъ козла любитъ и смилостивится. Намъ безъ козла какъ есть нельзя, совсѣмъ невозможно. Я вотъ еще ночку перегожу, да ежели опять, то, воля ваша, а ужъ не втерпежъ. Безпремѣнно козла надо.
— Чортъ знаетъ, что ты городишь! воскликнулъ баринъ.
— Позвольте, сударь… Да вамъ, по вашему господскому положенію, гдѣ же это все знать! Вы этого знать не могите. А на козла-то ужъ денегъ не жалѣйте. Сѣно у насъ не покупное, а козелъ вообще для конюшни животина нужная. Гдѣ хорошая лошадиная охота, тамъ завсегда козелъ. Амосъ Ермолаевъ даже, вонъ, предлагалъ козла.
— Кабатчикъ? А! Ну, теперь я понимаю!
— Позвольте-съ… Вы полагаете, я изъ корысти? Вотъ святая икона! Вотъ пусть самъ Егорій Побѣдоносецъ… Мнѣ что?.. А черезъ козла и лошади будутъ исправны, да и кучеръ не обиженъ. Ну, что хорошаго, ежели онъ мнѣ каждый день то глазъ подобьетъ, то ребро поломаетъ! Вѣдь можетъ и нутренность перетряхнуть… Тоже, какъ съ койки скинетъ. Долго ли до грѣха! Сами учтите, какой интересъ будетъ!.. Мнѣ выѣзжать, а я и на козлахъ сидѣть не могу.
— Глупости и глупости.
— Да какъ же глупости-то? Позвольте… За что же зря увѣчить человѣка, коли черезъ козла можно воздержаться? Помилуйте… Человѣка увѣчить и лошадей портить. Вѣдь онъ разыграется, да не залюбитъ, такъ начнетъ овесъ у лошадей отсыпать — ну, и подберутъ онѣ сейчасъ тѣло. Засыпай — все равно онъ овесъ уворуетъ.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: