Елена Ткач - Самодурка
- Название:Самодурка
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Елена Ткач - Самодурка краткое содержание
Самодурка - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
- Задушу тебя, тварь! - он тяжело поднялся и двинулся на нее.
Надя, прижимая к груди кота, кинулась в коридор, но Рамаз настиг и ударом в затылок свалил её наземь. От удара Надины пальцы разжались, и кот, взвыв, умчался обратно в комнату.
Она не знала тогда, что в комнате была раскрыта форточка, и Ларион, которого до того все время держали в клетке, мигом прыгнул в неё и, мягко спружинив в снег, помчался прочь. А поднимавшаяся метель быстро заметала маленькие следы...
Да, этого она не знала... Упав, Надя глухо вскрикнула и попыталась подняться, но Рамаз снова ударил, потом ещё и еще. Она на руках пыталась ползти к входной двери, он бил её по спине ногами. А потом, приподняв за плечи, развернул к себе и ударил в лицо.
Надя ощутила на губах привкус крови. Но страшно было не это другое... На неё глядел не человек - зверь. И в раскаленных его зрачках тлел кровавый огонь.
И громко, как только могла, она крикнула:
- Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную!
Он продолжал бить, а она, захлебываясь, кричала, вернее, хрипела слова молитвы, повторяя её со всей силой души, которая только в ней оставалась, словно вся вера, любовь и надежда воплотились в этих словах. Словно как щитом могли они заслонить её от ярости зверя, удержать на краю...
Он бил и сипел: "Сейчас ты уснешь, сейчас ты уснешь!"
И начал вдруг корчиться, будто в конвульсиях, замотал головой, обернулся вкруг себя как-то боком - тело все передернулось, точно сдвинулось что-то внутри, сорвалось. Он бил, а удары пошли вкривь и вкось стал промахиваться, и кулак уж не всякий раз достигал своей цели.
Забормотал что-то невнятное, в ярости сцепил и поднял над головой кулаки, словно стараясь вернуть им точность удара. А потом оба этих сжатых молота обрушил вниз, целя ей по глазам... но удар пришелся в пол - мимо.
Улучив мгновенье, Надя проглотила кровь и, выдернув из-под себя придавленную руку, стала быстро креститься. И совсем тихо произнесла с какой-то новой и для самой себя неожиданной твердостью:
- Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную!
Рамаз шатался над ней, собираясь с силами.
И внезапно, - будто руку её подняли и повели, - Надя трижды перекрестила своего мучителя.
Тот захохотал, но без прежнего клокотавшего рыка, а потом вдруг тихо завыл, шатнулся к запертой входной двери и, споткнувшись, осел грузно и тяжело, словно сраженный незримым оружием. Будто вдруг воздух из него вышел...
Надя глазам не верила - её мучитель заснул, угас на пороге своего логова.
Этого быть не могло! Но это было.
Вся её разбитая плоть задрожала от явленного присутствия тайной защиты.
- Силы небесные! - шевельнула она губами, с трудом поднялась на корточки, распрямилась и, то и дело оглядываясь, на цыпочках пробралась в комнату.
Только б успеть, только бы он не очнулся! - стучало в висках.
Она открыла окно, распахнула настежь и, сцепив зубы от боли, взобралась на подоконник.
Слава Богу невысоко! Второй этаж - это пустяки, там внизу намело сугробы ...
Спустила ноги вниз и - рывком на землю. Не удержалась, упала. Снег обжег лицо, но ожог его был не страшен, он был ласков и нежен - рыхлые перины зимы приняли перелетную пташку в свои объятья.
Надя кое-как поднялась, выбралась из сугроба - в глазах было темно, правый глаз совсем заплыл, все лицо разбито... ей навстречу веял вьюжный колючий буран... земля плыла. Сделала шаг, другой...
Неужели спасена? Господи, Иисусе Христе!
- Надя! - кто-то кинулся к ней.
Она не смогла разглядеть лица, но узнала голос... голос близкий, родной... и упала на руки подхватившего её человека.
* * *
Надя полулежала на заднем сиденье машины, мчавшей через пургу по незнакомому загородному шоссе. Впереди, рядом с шофером сидел Георгий, то и дело беспокойно оглядываясь назад. На коленях у Надя свернулся кот Ларион.
Кот, сбежавший из жуткой квартиры, моментально учуял хозяйку, едва она оказалась на воле, едва коснулась пушистого лона земли, искрящего снежным сверканьем...
Кот выбрался из слепого оконца подвала, где он притаился до срока, переводя дух впервые за долгие дни неволи. Он ждал - хозяйка появится снова! Она должна появиться...
И кот оказался прав!
А Георгий подхватил её там, под окном, из которого она прыгнула в снег, освещенный золотым кругом света единственного в округе уцелевшего фонаря.
И теперь в машине, рядом с Громой, - теперь, когда она была в безопасности, силы покинули её, а душа словно бы вышла из берегов, разлилась над заснеженными полями, над подмосковными верстами... Изредка смертный ужас пережитого сдавливал ей горло и она прихватывала его рукой, словно удерживая крик.
Теперь, когда смерть миновала, она испугалась смерти. Теперь, ещё не в силах поверить, что стала свидетелем чуда, она испугалась... Чего? Быть может, несоразмерности своего малого грешного существа и той вышней защиты, которая явлена была ей и ради нее. Это несоответствие, этот стыд мучили больше физической боли, пугали сильнее изуродованного синяками лица. И это мучение она принимала как справедливое и заслуженное наказание за тот хаос, который она сотворила...
Когда Гергий подхватил её на снегу, - он первым делом вытер ей кровь носовым платком, отнес на руках к шоссе, усадил на скамейку возле остановки автобуса, поймал частника и привез Надю к себе на Юго-Западную. Лида в это время где-то отсутствовала. Но и её присутствие не помешало бы ему помочь человеку, который оказался в беде.
Грома вызвал скорую, врач осмотрел Надю и сказал, что ничего серьезного нет - ни переломов, ни разрывов внутренних тканей... только шок. Он уверил её, что это довольно быстро пройдет, только нужен полный покой и легкие транквилизаторы.
Надя от них отказалась. Набрала номер Николая, повинилась во всем, все в подробностях ему рассказала и назвала адрес квартиры на Щелковской. И теперь, когда они выехали за черту города, Рамаза, наверное, уже взяли.
Но об этом она не думала. Она замерла, застыла, боясь потревожить тот слабый свет, который занимался в её возмужавшей, переборовшей свой страх душе.
- Как же ты там оказался? - недоумевала она, лежа на махоньком диванчике в Громином кабинете и прикрывая лицо, чтобы он не очень её пугался.
- Еще накануне, когда ты меня на Войковскую вызвала, я понял, что у тебя что-то не ладно. Что ты в какую-то очень крутую передрягу попала. И наш ночной разговор мою догадку только ещё укрепил. А сегодня в театре... видела бы ты свое лицо! Совершенно дикое выражение... А когда после репетиции ты рванула куда-то, сломя голову, я понял, что надо подстраховать. Быть рядом... в общем, не знаю. Сорвался и поехал. Я ехал-то в соседнем с тобою вагоне метро. Ты стояла вся бледная и шевелила губами. Что-то кипело в тебе внутри, да так... В общем, с трудом я удерживался, чтобы не открыться, не подойти... Но не мог. Не хотел вмешиваться. Вернее, это ты не хотела! Так отстаивала тут на кухне свою самостоятельность... Это, мол, мое дело! Но я и сам догадывался, что это неведомое дело сейчас главное для тебя. Вопрос жизни! И ты должна чего-то добиться сама. Вот и добилась!
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: