Николай Самохин - Рассказы о прежней жизни [сборник litres]

Тут можно читать онлайн Николай Самохин - Рассказы о прежней жизни [сборник litres] - бесплатно ознакомительный отрывок. Жанр: Советская классическая проза, издательство Литагент Вече, год 2019. Здесь Вы можете читать ознакомительный отрывок из книги онлайн без регистрации и SMS на сайте лучшей интернет библиотеки ЛибКинг или прочесть краткое содержание (суть), предисловие и аннотацию. Так же сможете купить и скачать торрент в электронном формате fb2, найти и слушать аудиокнигу на русском языке или узнать сколько частей в серии и всего страниц в публикации. Читателям доступно смотреть обложку, картинки, описание и отзывы (комментарии) о произведении.

Николай Самохин - Рассказы о прежней жизни [сборник litres] краткое содержание

Рассказы о прежней жизни [сборник litres] - описание и краткое содержание, автор Николай Самохин, читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки LibKing.Ru
Книги сибирского писателя Николая Самохина, выходившие довольно регулярно как в Новосибирске, так и в Москве, до прилавков книжных магазинов, как правило, не доходили, в библиотеках за ними выстраивались очереди, а почитатели его таланта в разговорах нередко цитировали наиболее запомнившиеся фразы, как цитируют до сих пор реплики из замечательных советских комедий.
В этом издании собраны все повести, написанные Николаем Самохиным, образуя единое целое, своего рода роман – талантливый, честный, вызывающий полное доверие к автору и к его героям, над судьбами которых то плачешь, то смеешься.

Рассказы о прежней жизни [сборник litres] - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок

Рассказы о прежней жизни [сборник litres] - читать книгу онлайн бесплатно (ознакомительный отрывок), автор Николай Самохин
Тёмная тема
Сбросить

Интервал:

Закладка:

Сделать

Чем это кончилось, я так и не знаю. Помню, что, когда поднимался по трапу, Витя возле турникета все еще препирался с двумя флотскими офицерами и одним старшиной милиции.

Теперь можно подвести итог. Повесть эта принесла мне больше огорчений, чем радости. Я вроде никого не хотел обидеть, но Олин папа, например, почему-то перестал поддерживать со мной знакомство. Сама Оля прореагировала на нее, как видно из этого послесловия, довольно холодно. От группы ленинградских туристов я получил возмущенное послание, в котором они требуют реабилитации представителей их славного племени. «А вот мы, например, веселые», – заявляют они и в доказательство прилагают пленку с песней «Тренируйся, бабка, тренируйся, Любка…», записанной будто бы у костра на Карельском перешейке.

Единственное утешение – письмо одного мальчика, Алеши Абольянина. Он сообщает, что повесть ему очень понравилась, и просит скорее написать продолжение. И хотя этот мальчик – сын моего старого знакомого и писал, наверное, под диктовку папы, все равно приятно.

Что же тебе ответить, Алеша? Куртку я пока не выбросил. Правда, она порыжела, бока у нее вытерлись, но в ней еще свободно можно съездить куда-нибудь на Землю Франца-Иосифа.

Наследство

В последнее время Артамонов стал бояться междугородных телефонных звонков. Не вечерних – вечером, из-за четырехчасовой разницы во времени, обычно звонила Москва, редакция какая-нибудь – газеты или журнала. К этому он привык. Боялся дневных, особенно утренних. Мать, которая жила в соседнем городе (десять часов ночным поездом), была очень плоха, да и возраст уже – восьмой десяток, и Артамонов, тринадцать лет назад схоронивший отца, знал: рано или поздно подкараулит его печальная неизбежность. В последний год особенно нервничал, гипнотизировала эта цифра – тринадцать.

И роковой звонок раздался. В очень неподходящее время. Было девятое ноября, праздничный еще день. Артамонов накануне лег поздно, перечитывал накопившуюся почту – вечно на эти праздники надеешься: вот уж разгребу гору. Проснулся он поэтому в половине одиннадцатого – и опять к столу. Только вставил в машинку чистый лист, отстучал первую строчку, как вдруг – трррр!

И сразу же рыдающий голос сестры:

– Тимоша!.. Мама!..

– Когда? – спросил Артамонов.

– Ой, ничего не знаю. Только что Константин позвонил – она ведь к нему уехала на праздники, в деревню. Ох, говорила я ей…

– Ладно, – сказал Артамонов. – Выезжаю.

Из кухни уже бежала жена. Глаза у нее были круглые, встревоженные – она за него испугалась. И тоже: «Тимошенька…»

– Ну-ну-ну-ну, – придержал ее Артамонов. – Спокойно… Надо ехать. Я еду.

– И я с тобой! – категорически сказала жена.

– А Полинку куда? – спросил Артамонов.

– Дедам оставим. – Жена имела в виду своих родителей. И тут же догадалась: – Позвони Михе.

Миха был сыном Артамонова от первого брака, учился в университете, жил в научном городке, в общежитии – это от города тридцать километров.

Артамонов набрал номер общежития, попросил пригласить сына.

– Михаил, – сказал, когда сын откликнулся. – Баба Кланя умерла.

Миха на том конце молчал.

– Але! Слышишь? – повысил голос Артамонов. – Мы с Оксаной сегодня выезжаем. Ты как?

– Еду, – сказал Миха.

Как все стремительно. Артамонову представилось это неким жестким треугольником, начертанным короткими взмахами: раздался звонок у сестры; она тут же, по автомату, – ему; он – Михе. Все. Пять минут.

Артамонов побежал на железнодорожный вокзал. Лететь было рискованно: зима пришла точно по расписанию, восьмого лег снег. И сегодня еще продолжало сыпать и сыпать – видимости никакой.

Конечно, не оказалось билетов. На этом коротком «плече» перед праздниками и в конце их всегда так. Наладились люди ездить в гости: десятка туда, десятка обратно – и гуляй три дня у родственников или друзей.

Телеграммы у Артамонова не было. Пришлось ему вынуть журналистское удостоверение.

– Хоть стоячие, девушка! – взмолился он.

– Да я вам верю, – сказала кассирша (видать, лицо у него было убедительнее любого документа). – Хотя находятся, знаете, и такие, что всех родных готовы перехоронить, лишь бы уехать… Но честное слово… Ну, подождите – вдруг что-нибудь.

Как по заказу, это «вдруг» и подтвердилось. Вошла в кассу – с той стороны – дама, сказала:

– Возврат. Три места. Капитально люди загуляли.

Артамонов вышел из здания вокзала в снегопад. Делать больше было нечего.

Предстоял тяжелый день: поезд уходил только в десять вечера.

В левой стороне груди словно закаменело. Давило глухо и больно. Вот ведь ждал, готовился, приучил себя к мысли, что рано или поздно это случится, – а скажи ты!

«Выпить надо бы», – подумал Артамонов.

Но – на дверях винных отделов магазинов приклеены были объявления: «Закрыто на профилактику»…

«Служба охраны здоровья», – сообразил Артамонов, вспомнив, что завтра – первый рабочий день после затянувшихся праздников.

Он брел бесцельно.

И вдруг встал. Что такое? Что было-то? До звонка еще? Ведь он просыпался. Ну да! Часов в девять или в половине девятого вдруг открыл глаза – будто его кто шилом кольнул. Полежал, полежал и решил доспать. А отчего все же проснулся-то?.. Артамонов вспомнил отчего. Отец ему приснился. Приснился какой-то очень молодой, живой, с гладким лицом. Стоял в огороде, привалившись спиной к плетню, весело говорил что-то…

Отца Артамонов видел во сне часто. И вот интересно: пока отец живой был – не снился вовсе, а как умер – началось. Отчего это? Кровь, что ли, заговорила, гены? Особой близости у них с отцом не было. Какая там близость – он и видел-то его не часто: отец уходил на работу потемну и потемну возвращался. Как воспитывать детей, он понятия не имел. Артамонова один раз, правда, «повоспитывал» – огрел веревкой. Показывали в клубе кино «Рядовой Александр Матросов». Пацаны этот клуб-барак брали штурмом. Артамонов на один сеанс не попал, на второй, проник только на последний, со взрослыми, прополз, можно сказать, на карачках. Ну и, конечно, вернулся домой за полночь.

Родители не спали. То есть отец-то, может быть, и заснул бы, да его, как видно, мать допекала. Отец вскочил, в одних подштанниках, и – «ах ты, сукин кот!..». Что там за веревка у него оказалась, во сколько раз он ее скрутил? – только у Артамонова чуть хребет не переломился. Даже мать, легко раздававшая подзатыльники направо и налево, испугалась, повисла на отце: «Петро, Петро, что ты!»

Еще – совсем маленькому Артамонову – отец рассказывал сказки. Чаще всего одну, чудную какую-то, с хохлацким уклоном: про то, как мужик отелился. Мужик этот, значит, возвращался домой ночью, в крепком подпитии. Стучит в дверь: «Жинка, отчини – я твой Павло!» А жинка (у нее хахаль, что ли, был) отвечает: «Якой такой дьявол, мой Павло на ручке лежит!» Мужик вернется по улице назад, пересчитает хаты: «Це – кумова, це – сватова, це – братова, це – моя». Опять стучит. А жинка снова: «Мой Павло на ручке лежит». Тогда он пошел в хлев, к волам, и там заночевал. Ну, естественно, жена утром: ты где пропадал, такой-сякой? «Та у волов ночевав», – отвечает мужик. «Ой, лишеньки – та ты ж теперь отелишься! Давай тикай из деревни, чтоб сраму не было!» Мужик сдуру побег. По дороге наткнулся на замерзшего насмерть солдата, сапоги на том оказались добрые. Мужик позавидовал, хотел стянуть – не стягиваются. Тогда он взял и отломал сапоги вместе с ногами. Дошел до соседней деревни, попросился на ночлег. Хозяева пустили, спать определили на печку. Мужик там потихоньку сапоги с ногами из котомки вынул – пусть, мол, оттают. И заснул. А у хозяев ночью корова отелилась – они теленка, чтоб не замерз, на печь засунули, к мужику. Тот проснулся чуть свет: «Мать твою так – отелился!» И ходу. А сапоги впопыхах забыл. Хозяева, в свою очередь, проснулись, глядят: Царица Небесная! – теленок мужика съел, одни ноги остались!..

Читать дальше
Тёмная тема
Сбросить

Интервал:

Закладка:

Сделать


Николай Самохин читать все книги автора по порядку

Николай Самохин - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки LibKing.




Рассказы о прежней жизни [сборник litres] отзывы


Отзывы читателей о книге Рассказы о прежней жизни [сборник litres], автор: Николай Самохин. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.


Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв или расскажите друзьям

Напишите свой комментарий
x