Мирмухсин - Чаткальский тигр
- Название:Чаткальский тигр
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Советский писатель
- Год:1980
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Мирмухсин - Чаткальский тигр краткое содержание
В новом романе «Чаткальский тигр» автор рисует панораму грандиозной стройки Чарвакской ГЭС и водохранилища в горном районе Узбекистана. С большой теплотой рассказывает он о самоотверженных строителях, их целеустремленности и уменье преодолевать трудности.
Главный герой романа — инженер Караджан Мингбаев, бывший фронтовик, ныне возглавивший ответственный участок работ на плотине.
Чаткальский тигр - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Гулгун побежала, оскальзываясь, к дому. Она вспомнила! Этого джигита она видела на тое у Абдуманнопа-ака. Перед ее взором все еще маячил незнакомец с темным шрамом на лице. Она взбежала по ступенькам на айван и остановилась. Две вещи вдруг поразили ее: во-первых, он даже не спросил, где они живут, а подкатил к самой калитке! Во-вторых, вернулся с пути и упрашивать себя не заставил… Наверно, узнал ее при свете фар… Может, вспомнил, какое удручающее впечатление произвел на нее и ее подружку, когда они увидели его впервые. Поэтому, наверно, и разговаривать не захотел… Встреча с ним ей казалась теперь столь неожиданной, сколь и таинственной. И вообще Гулгун с малых лет любила тайны, которые предстояло разгадать. И в разговорах со знакомыми ей нравились намеки, полунамеки, слова, до смысла которых приходилось додумываться. Ей становилось не по себе, если кто-то говорил много, долго, без всякого смысла, повторяя одно и то же. Тогда ей хотелось встать и уйти, не дослушав.
Вот, оказывается, какие неожиданности случаются в жизни. Почище, чем в книгах пишут. Разве Гулгун могла предположить, что встретится с ним еще раз…
Когда в тот вечер Гулгун вместе с подружкой ушла с тоя, злости ее хватило ненадолго. Они прошлись немного по кишлачной улице. Миновав околицу, поднялись на возвышенность и сели на траву. Пахло весной. С цветка на цветок перелетали лохматые шмели. Перед ними возвышались горы во всем своем величии и красе. Обе позабыли, из-за чего ушли с празднества, о пристальном взгляде человека со шрамом, заронившем в них беспокойство и досаду. Они говорили о новых платьях, о подругах, которые учатся в институтах и, приезжая в кишлак, задают тут моду. Да мало ли еще о чем могут говорить девушки, если у них нет забот и сердце не омрачено печалью…
Однако, едва Гулгун пришла домой и осталась наедине с собой, перед ее глазами вновь возник тот мужчина, с острым, как копье, взглядом. Ну и нахал! Станет ли порядочный человек так пристально, не таясь, разглядывать незнакомых женщин, заставляя их краснеть?! Во всяком случае к высоконравственным такого не отнесешь, решила Гулгун. И откуда такой объявился в Сиджаке?..
Она постаралась отогнать от себя мысли о незнакомце, стала тихонечко напевать, прибирая комнату, но вскоре поймала себя на том, что опять думает о нем. Правда, теперь она рассуждала совсем иначе. Разве мало таких, что и взглянуть не смеют на девушку, с виду тихони и даже вид у них болезненный, а внутри клокочет зло, на уме — низость.
Все же странно устроена жизнь. Если внимательнее присмотреться к тем, кто тебя окружает, к их поведению, нетрудно заметить, что заики любят подолгу разглагольствовать, те, кто хвастается своими любовными похождениями, на самом деле до смешного застенчивы с женщинами. Как лысый любит вспоминать свою роскошную шевелюру, трус — убитых им львов, заика — свои длинные доклады, так и любой недалекий человек старается спрятать свои недостатки под грудой слов, выдающих его с головой.
Человек со следом ожога на щеке ничем особенным не выделялся, если не считать шрама. А вот запомнился Гулгун. И еще как! Даже во сне приснился. Она очень испугалась тогда. И как не испугаться: он превращался то в громадного медведя, то в тигра и гнался за нею по бескрайней степи. Она старалась бежать изо всех сил, но лишь топталась на месте, будто ноги приросли к земле. А человек с обликом тигра все ближе, ближе… Она вскрикнула и проснулась. Как же она тогда обрадовалась, что все это только привиделось во сне. Вздохнула с облегчением, села, обхватив колени. В поту вся. А тот человек — перед глазами. С чего бы это? Странно. Почему, собственно, она его испугалась? Человек как человек. Обыкновенный. Каких тысячи… Нет, все-таки есть в нем что-то особенное, чего она и понять не может. Иначе, с чего бы ей его запомнить.
Гулгун снова откинулась на подушку и закрыла глаза. Проснулась уже утром. Губы сплошь лихорадка обметала…
Промелькнуло все это в памяти Гулгун, как блеск молнии. И снова шум дождя заполнил мир. Она спохватилась — чего это я тут стою? — и кинулась в дом следом за матерью.
Отец был одет, стоял посреди комнаты, опершись на своего «жеребца», как он ласково называл костыль. Видно, уже собрался идти их искать. Увидев жену и дочь, обрадовался. Сел на свое место, делая вид, что спокоен, что и не волновался вовсе. Закурил. А руки дрожали. И левый ус нет-нет да и подергивался, что случалось в минуты сильных переживаний.
— Автобуса не могли дождаться, отец. Остались под дождем, — зачастила Санобархон, не дожидаясь расспросов мужа. — И все из-за невестки. Такая уж копуша, такая копуша! Мама-то ладно, старый человек, с нее и спроса нет. А эта, Рихсихон ваша, пока повернется, можно на базар сбегать и вернуться. Бедняга, брат мой, как только он терпит такую жену! Ой-ей, а послушали бы вы, как она разговаривает. Мямлит, за час не скажет того, что хотела. Пока закончит фразу, забываешь, с чего она начала. Словно бы проглотила катушку и вот тянет из себя потихоньку нитку. Из-за этой Рихсихон и припозднились…
— А я уже собрался было в Газалкент…
— Ой, нам еще повезло!.. Стоим, стоим у дороги, ни одна машина не берет, будь они неладны. Наконец пожалел нас один славный джигит. Посадил в свой автомобиль и до самой калитки довез. Он, наверно, знает вас, из уважения к вам и раздобрился. Как только сказали ему, что мы близкие Милтикбая-ака, даже не спросил, куда ехать. В такой ливень с дороги вернулся — спасибо ему, — чтобы нас подвезти. И улицу мы ему не назвали, а он прямо у калитки остановился. Бог послал нам его, не иначе.
От долгого ожидания у Милтикбая-ака испортилось настроение. А сейчас сердце успокоилось, стало биться ровно. Мысль о том, что люди уважают его и как трудолюбивого человека, и как фронтовика, вытеснила, прогнала досаду.
— Идите переоденьтесь. Еще простудитесь, — сказал он ровным хрипловатым голосом. И добавил заботливо: — Я и суп сегодня сварил, да остыл, наверное…
— Спасибо вам, отец! Хорошо сделали, что суп приготовили! Мы уже и проголодаться успели, — сказала Санобархон, направляясь в другую комнату. — А как сынок наш себя чувствует? Горло еще болит?
Гулгун, уединившись в своей комнате, сбросила промокшую одежду. Обтерлась полотенцем. Кожа, покрывшаяся пупырышками, сделалась гладкой и розовой. Переоделась, зашла в комнату младшего брата, справилась, как он себя чувствует, и вышла на айван. Дождь заметно ослабел. Но с крыши из желоба еще с шумом низвергались потоки. Грядки в палисаднике доверху залила вода, превратив их в настоящее озеро. Струи дождя поблескивали на свету, падающем из окон, в лужах юрко бегали и лопались пузыри. Гулгун стояла, прислонясь плечом к опорному столбу айвана, устремив задумчивый взгляд в темноту. Перед нею снова возник тот человек. Она усмехнулась и встряхнула головой. Что-то она никак не может выкинуть его из памяти! Говорит, чаткальский… Девушка зябко повела плечами, почувствовав непонятную тревогу. Ей на миг показалось, будто тигр, пришедший из чаткальских ущелий, крадется по ее следам…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: