Анатолий Землянский - Пульс памяти

Тут можно читать онлайн Анатолий Землянский - Пульс памяти - бесплатно полную версию книги (целиком) без сокращений. Жанр: Советская классическая проза, издательство Советский писатель, год 1979. Здесь Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте лучшей интернет библиотеки ЛибКинг или прочесть краткое содержание (суть), предисловие и аннотацию. Так же сможете купить и скачать торрент в электронном формате fb2, найти и слушать аудиокнигу на русском языке или узнать сколько частей в серии и всего страниц в публикации. Читателям доступно смотреть обложку, картинки, описание и отзывы (комментарии) о произведении.

Анатолий Землянский - Пульс памяти краткое содержание

Пульс памяти - описание и краткое содержание, автор Анатолий Землянский, читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки LibKing.Ru
Анатолий Землянский — поэт и прозаик, автор многих книг, написанных в разных жанрах. В основном это лирико-философские произведения, в которых писатель касается как явлений современности, так и важнейших событий прошлого. Одна из недавно вышедших его книг — сборник новелл, сказок, поэтических акварелей «Одушевленья» — с любовью и тревогой сказанное слово о природе.
Роман «Пульс памяти» построен на своеобразном временном сопоставлении, когда за двое суток пути к могиле, где похоронен погибший в войну солдат, память его сына, ищущего эту могилу, проходит нелегкими дорогами десятилетий, дорогой всей жизни, прослеживая многие и разные человеческие судьбы. Впервые роман был издан «Советским писателем» в 1973 году.

Пульс памяти - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Пульс памяти - читать книгу онлайн бесплатно, автор Анатолий Землянский
Тёмная тема
Сбросить

Интервал:

Закладка:

Сделать

«Не примечал?.. А ты приметь…»

Присловье это, явно позаимствовав его у Устина Прохоровича, не раз повторял и отец. И все, что мог, примечал сам.

Примечая, тосковал:

«Если б все это описать!.. Или нарисовать!..»

7

…Все чаще рядом с лицом отца — лицо матери, не раз, как и Устин Прохорович, удивлявшей его своими придумками.

Только мать совсем по-другому узорила свой вымысел.

«Глядите… колыхается небо… Зыбится вроде б… Это ропщут мертвые, что рано из-под солнца ушли…»

«Жестокость?.. Так это ж — когда дух умер… На похоронах своего духа человек и зверствует…»

Вот они опять рядом: задумчивое, с искоркой удивления в глазах отцово лицо и сосредоточенное (вся она — в рассказываемом!) лицо матери. Слово к слову — складывается сказка.

Слышала ее от кого мать или сама на ходу сочинила? Ведь сколько она уже рассказывала!

И в тот день рассказывала, в той роще, куда мы ходили за деревцами для посадки. Шла не торопясь меж стволов и — роняла, роняла слова… Как роняет дерево свои летучие семена…

…Речка воспоминаний плыла и плыла. Затопляемый ею, я исправил на жестяной табличке искажение в фамилии, затем сходил на ближнюю лесную опушку за цветами. Их пестрый и мягкий ворох показался мне громоздким для одной могилы, и я, оставив рядом с головками гвоздик небольшой пучок колокольчиков и фиалок, остальные разложил по цветку на другие могилы.

Цветов не хватило, и я сходил на лесную опушку еще раз…

На могилу — по цветку…

Кто-то мне говорил (или это из позабытой сказки?), что на Земле каждый год вырастает столько цветов каждого вида, сколько должно умереть людей. Раскладывая цветки на могилы, я с полуосознанным удовольствием думал о том, что возвращаю их из сегодня в прошлое — пусть не умрут в этом году те, кому они предназначены в невеселом вымысле легенды.

8

На следующее утро, переночевав у Даметыча, я пришел на могилу отца проститься. К увядшим гвоздичкам я положил свежие полевые цветы, которые собрал сам. Цветы доверчиво и послушно приникли к могиле, поблескивая росой, горя и лучась лепестками.

В окне дома сторожа, за дорогой, опять мелькали женское и детское лица, и кричала невдалеке, наверное, та же самая иволга, и так же мирно лежали на могилах тени, а между ними золотисто дымились солнечные пятна…

На меня смотрели соседние могильные таблички, смотрели в упор, настойчиво, подставляя глазам написанные на них имена. И я невольно читал их.

Читал надписи, а видел лица, лица и лица. Разные, как и это звучание фамилий и имен, но неповторимо похожие тою же российской яснописью, в которой, как контуры и окраска в цветке, соединена мягкость черт с цветом волос и глаз.

Геншинаев Б., 1921 г. рожд…

Колков И. Ф., 1901 г. рожд…

Золин М. П., 1899 г. рожд…

Фамилии, фамилии, фамилии… Звезды все той же галактики Печали. Они не вечны на жестяных табличках, но у них есть еще одно обиталище — небосклон людской памяти. Оттуда они светят всегда, даже если табличек и не было…

…Еще по длинным утренним теням я уходил с Дальнего кукотинского кладбища. Перед тем как спуститься с косогора, оглянулся.

Мне хотелось запечатлеть в памяти окрестности, что окружают отцову могилу. И я по сей день вижу их такими, какими они были в то утро.

Лес уходил от кладбища вправо и влево, темный, массивный, контрастно вписанный в сферическую вогнутость горизонта, А едва кончалась его, лесная, власть, взглядом завладевали поля с пшенично-золотыми выгибами косогоров, с островками ядреных рощиц, с ленточкой прошивью мелькавшей то в ивняках, то по сини лугов речки.

Окажись я здесь по другому поводу — застыл бы на добрую минуту в немом созерцании земли и неба, их невесомой утренней дивности, а потом, пьянея и забываясь, пошел бы к ней, к этой дивности, и в нее, и сквозь нее, дальше, дальше, в чащу, в прохладу, повалился бы на вызолоченный солнцем мшаник или в пестротравье еще сырой, росно дымящейся лесной поляны, что бывает похожа в такое время на солнечный колодец… Ложись на дно этого колодца и пей переполняющую его хвойную свежесть, балагурь с облаками, которые, будто из любопытства, пожелали проплыть над этой бездной света и тени, заглянуть в ее таинственную глубину…

Минуты этого радостного оцепенения были бы заслуженной данью всему тому, что открылось мне здесь, на этой незнакомой, но теперь навсегда родной для меня земле.

Да только не было ни минуты, ни даже коротких мгновений упоения красотой.

А иная, совсем иная минута была.

Когда я вновь увидел кладбище издали, я вдруг подумал, что места русских захоронений чем-то удивительно похожи друг на друга.

Чем?

Нежданно для самого себя я нашел отгадку: у нас просто умеют выбрать для кладбища место. И, следовательно, похожи не сами кладбища, а это вот умение. Почерком, что ли, еще назвать его…

Но я тут же вспомнил о забытых травяных холмиках, приютившихся в углу старого кукотинского кладбища, вспомнил сбитые конским копытом столбики, неразборчивые надписи, искажение в фамилии отца — и разгадка моя обернулась невольной горечью: а не отличает ли и это наш почерк? Не стало ли нам изменять что-то в нас самих?.. «Есть в человеческой жизни духовные категории, которые нельзя разрушать, ничем не заменяя…»

Отец Валентин, спохватился я, продолжал бросать свои зерна на захваченный им во мне посевной клинышек. Бросать из позавчера в сегодня.

Но чем дальше я уходил от Дальнего кукотинского кладбища, тем меньше становился этот клинышек. Невидимая, новая сила упорно запахивала его во мне. Чудилось, что внутреннему слуху доступен даже шорох незримого лемеха, который поднимает на свою косо-пологую поверхность и тут же посылает в отвал что-то упругое и весомое.

Этой силой были мои вчерашние и новые воспоминания об отце.

Я перебирал в памяти подробности позавчерашнего спора в вагоне, рассказы Кордамонова, все свои кукотинские встречи — и неизменно, как к исходной точке, возвращался в жизнь отца.

Так возвращаются из далеких или близких путешествий в родную страну, в край свой, к незабываемым, колыбельно волнующим местам.

Здесь было все просто, хотя и не без сложностей, прозрачно, хотя где-то, уже позади, виднелись и туманности. Ни обволакивающей магии слова, за которым стояла неразгаданная тайна убийства, ни затмений, ни подлога… В жизни этой билось сердце, братски родственное миллионам себе подобных, и оно, только оно отвечало своему хозяину на все вопросы о добре и зле. Отец знал, насколько был правилен избранный им путь жизни, и не крошил, не мельчил эту свою уверенность никогда.

И это была вера. Вера не только ума, а и сердца.

Того самого сердца, которое поднимало отца в атаки на путаных-перепутаных фронтах гражданской.

Читать дальше
Тёмная тема
Сбросить

Интервал:

Закладка:

Сделать


Анатолий Землянский читать все книги автора по порядку

Анатолий Землянский - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки LibKing.




Пульс памяти отзывы


Отзывы читателей о книге Пульс памяти, автор: Анатолий Землянский. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.


Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв или расскажите друзьям

Напишите свой комментарий
x