Анатолий Кузнецов - У себя дома
- Название:У себя дома
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Молодая гвардия
- Год:1964
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Анатолий Кузнецов - У себя дома краткое содержание
Анатолий Кузнецов — автор широко известной читателю книги «Продолжение легенды».
Его новая книга, «У себя дома», — это повесть о том, как мужает юность, отстаивая жизнь и счастье.
Сюжет повести внешне несложен: молодая девушка возвращается к себе на родину, где мать ее была когда-то лучшей дояркой области. Дояркой в колхозе становится и Галя.
Трудно складывается ее жизнь (автор далек от желания приукрашивать действительность), и не из-за того, что она молода, неопытна, а потому, что это цельный, искренний, бескомпромиссный человек.
Ее требования к себе, к любимому, к жизни так высоки и в то же время так человечны, что незаметно для себя Галя покоряет и подруг и людей старше себя. Покоряет она и читателя.
У себя дома - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Степка ухарски развернул машину, так что из-под колес вырвался целый взрыв пыли, «Москвич» рванулся прямо по траве, по едва приметной колее, продрался через заросли кустов и как вкопанный остановился.
В тени под кустами, постелив пиджак, сладко спал длинный, загорелый до красноты мужчина в выгоревшей рубахе. Другой мужчина лениво строгал ножиком палку.
Приглядевшись, Галя поняла, что он не просто строгал, а делал свисток. Она умела делать свистульки. Нужно было вырезать прутик, постучать по коре колодкой ножа, чтобы кора отстала, снять ее, сделать в древесине углубление, а в коре — прорезь и надеть кору обратно.
— Ну как? — спросил Волков, поздоровавшись.
Спящий человек проснулся, вскинулся и сел, разморенный и взъерошенный.
— Ничего… — лениво ответил тот, который делал свисток.
— Много скосили?
— По возможности.
— Не перестояла трава?
— Не, ничего…
— А где же косилка твоя?
Мужчина удивленно огляделся, привстал и, успокоенный, сел.
— В балочке вон… пасется. Жарко.
Он надел кору, дунул в свисток, но свистка не получилось.
— Дырка большая, — заметил Волков.
— Не-е, ничего…
— Большая, говорю.
— Малость только подрезать.
Мужчина снял кору и снова начал строгать. Волков с интересом следил за работой. Другой, загорелый, так и сидел, не шевелясь, какой-то отрешенный и безразличный ко всему.
Мастер свистка попробовал подуть — свиста опять не вышло.
— Он высохнет, тогда засвистит, — успокоил шофер Степка.
— Не-е… — пробормотал мужчина, упрямо принимаясь строгать.
Гале уже надоело стоять и смотреть на дурака.
Было ясно, что дыра велика и теперь уже не поправишь, надо выбрасывать и начинать сначала, и она не понимала, почему он упрямо строгает, не понимала также Волкова и его интереса.
— Дай, — сказал Волков.
Он взял нож, начисто отмахнул неудавшийся свисток и на следующем куске прутика сделал надрезы, постучал колодкой, снял кору, сделал углубление, надел кору обратно.
Даже сонный человек проявил какие-то признаки жизни и мрачно-пристально стал следить за всеми этими операциями.
Волков подул — и свисток засвистел. Не очень приятно, но довольно пронзительно. Он еще раз с торжеством посвистал и передал свистульку незадачливому мастеру. Тот с уважением принялся изучать работу.
— Прорезь вот какую, не больше, видал? — объяснял Волков.
— Ага.
— Ну, ладно, трудитесь, мы поехали.
— Далече?
— В Руднево вот новую доярку везем.
— А… — озадаченно сказал человек.
— Бывайте!
Волков, шофер и Галя пошли обратно; и пока они добрались до машины, завели мотор и выехали на дорогу, Галя недоумевала.
Проехав метров двести, Волков попросил остановить. Он выглянул. По лугу быстро двигались две косилки, на которых сидели те двое, и даже издали было видно, что они полны решимости выполнить и перевыполнить свои задания.
— От дети! — весело сказал шофер.
— В смысле сукины, конечно, — неожиданно ало сказал Волков.
— Ну, что жара — то правда.
— У них всегда жара или дождь. А свистки должен уметь делать всякий разумный человек, — строго сказал Волков, оборачиваясь к Гале; в глазах его уже была едва заметная ирония. — Когда он высыхает, внутрь бросается вишневая косточка, и получается свисток милиционерский. Если они правы, что жара, то, может, и мы имеем право искупаться? Хотите?
— Нет, — сказала Галя.
— Я хочу! — радостно сказал Степка.
— Тогда вы, может быть, позволите нам? — попросил Волков.
— Пожалуйста, — пробормотала Галя, все более недоумевая.
«Москвич» подпрыгнул, словно от радости, свернул в траву и помчался, качаясь и ныряя, куда-то прямо на луга. Вдруг радиатор задрался в небо, и машина остановилась.
Прямо под колесами был небольшой обрыв, а под ним — круглое темно-коричневое озерко. Не было на нем ни камыша, ни осоки, ни кувшинок, только густая трава космами свешивалась с берегов прямо в воду — в совершенно гладкую, темную и таинственную воду.
С берега метнулось что-то желтое, и не успела Галя ахнуть, как взлетели брызги и в желтоватой воде, как торпеда, пошло человеческое тело.
Волков вынырнул далеко от берега, двумя руками пригладил волосы и сказал:
— Господи боже ты мой, купайтесь же!
Он нырнул и вынырнул еще дальше и оттуда крикнул:
— Наверху теплая, как чай, а внизу — лед. Спуститься можно вот там.
Степка снял, наконец, ботинки и в каких-то несуразно огромных трусах, ежась и опасаясь, принялся задом спускаться с обрывчика, удерживаясь за травяные космы. Он был худ до синевы, щуплый и нескладный. Он сорвался, завизжал, отчаянно забарахтался, взмутил дно у берега, и муть пошла вокруг него клубами. Он барахтался в ней, икал от удовольствия, безгранично счастливый, и делал Гале страшные глаза.
Она сняла босоножки, сползла по траве к воде и достала воду ногами. Вода была действительно теплая, как чай. По озеру шли круги и клубы мути. Душно пахла трава, стрекотали кузнечики, жгло солнце с разморенного неба.
— Тут никто не достает дна! — восторженно сказал Степка, высовывая из воды голову.
— Это у нас называется Провалом. Это было сто лет назад, — сказал Волков, фыркая где-то у противоположного берега. — Провалилась земля — и стало озеро. Дна не достают не потому, что глубоко, а потому, что холодно и страшно.
— Метров двадцать будет! — возразил Степка.
— Нет, конечно, хотя и не меньше семи. В войну немцы сбросили сюда бочки с солидолом, а в сорок шестом один пацан нырнул и достал.
— Я слышал, — сказал Степка. — Да треп это!
— Нет, не треп, я сам это видел.
— Кто же он?
— Местный, я его знал.
— Как же он достал?
— Набрасывал петлю, и люди тащили. Раз тридцать нырял.
— Чудно что-то… — не поверил Степка. — Не знал я таких ныряльщиков. Уж не вы ли сами это были?
Волков не слушал, он плавал, как дельфин, сверкая спиной и распространяя беспорядочно волны, которые достигали ног Гали. Он был счастливый, как мальчишка, и такой он понравился Гале. И Степка понравился. Ей захотелось, чтобы они купались долго, и так сидеть в густой траве с опущенными в воду ногами, и заснуть не заснуть, а забыться, а потом проснуться — и все уже будет иное.
Она закрыла глаза и действительно забылась, но только на одну минуту, а когда открыла их, Волков уже был одет, а Степка зашнуровывал ботинки. Они говорили:
— Хорошего понемножку, белки и свистки — в другой раз.
— Жмем через Клин?
— Нет, через Дубки, срежем километров пять, а?
— Мостик-то разобран…
— Неужели мы не форсируем какой-то дрянной ручей?
— Форсировать можно…
— Тогда по коням.
Они поехали прямо через луг, петляли, объезжая болота, прыгали, проваливались; это была какая-то бесшабашная фантастическая поездка. Потом они вырвались на глухой проселок, по которому, видно, давно никто не ездил, и понеслись с бешеной скоростью.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: