Геннадий Башкуев - Пропавший
- Название:Пропавший
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Журнал Байкал №5-6
- Год:1988
- ISBN:0134-4331
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Геннадий Башкуев - Пропавший краткое содержание
Геннадий Башкуев родился в 1954 году. По образованию журналист, работал в газете «Молодежь Бурятии», на республиканском радио. Рассказы и повести Г. Башкуева обсуждались на XII конференции молодых и начинающих литераторов Бурятии, состоявшейся в 1985 году. На сцене Бурятского академического театра драмы им. X. Намсараева была поставлена пьеса «Климат резко континентальный».
В журнале «Байкал» публикуется впервые.
Пропавший - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Нахохлившись в седле, Жорик пас валушков по жнивью. Пепельно-белые волны убегали к горизонту, узким клином сосняк врезался в даль, истончаясь к нежно-голубым зубцам гор. Жемчужной струйкой поблескивала река, но Шулут за лесом не было видно. Ясно, морозно и тихо. Снег лежал редкими островками, овцы легко добывали корм. Низкорослый мерин, фыркая, переступал, хрупая тонким настом, укачивал седока. Жорик бросил поводья, закрыл глаза и представил, что он в лодке, в нарядной белой, как в кино, одежде — отпустил весла, а море робко плещется в борт… И «нет проблем», как говаривал глава артели шабашников, закоренелый бегунок от алиментов дядя Василий…
Он поздно заметил выползшую из-за сопки коробочку «уазика». Машина, одолев подъем, прибавила ходу, запрыгала по твердой, как сапожная подошва, колее. Натянув поглубже ушанку, Жорик ткнул стременам. и гривастого мерина в бока, дернул поводья… Взмокнув от усердия и спешки, пригнал отару на заимку. А там уже вовсю хозяйничали гости: высокие мужчины в пыжиковых шапках — один в дубленке, другой, постройнее, в кожаном плаще. Они уверенно вышагивали по загонам, громко переговаривались, заразительно смеялись. Возле них, еще больше ссутулясь, мельтешил Семенов, рассказывал, очевидно, что-то забавное. У крыльца белозубо скалился присевший на корточки молодой парень в кожанке, выпучив глаза, выдувал искры из мокрых от снега щепок. Парень — шофер, понял Жорик — вдруг закашлялся от дыма. «Кто ж так костер разводит, дурень?» — подумал, слезая с мерина, Жорик. И ему стало интересно, чего это они с костром возятся? Печь же в доме!
Семенов показал рукой на Жорика, блеснув золотой оправой очков, — гости, давно с улыбками следившие за чабаном, снова громко рассмеялись. Привязав коня к столбу, Жорик хмуро им кивнул, покрикивая, начал загонять валушков в дворики — передние упирались, завидев внутри людей. Поднялось суматошное блеянье. «Начальство»! — озлился Жорик.
От комиссии он ничего хорошего не ждал. Раз приехали, значит, будут ему, Жаргалу Нурову, рыть яму. Это Семенов-нохой [3] Собака (бурятск.).
привел волков по следу! И Жорик открыто, с насмешкой смотрел, как ветврач, испачкав колено в овечьих катышках, придерживал начищенный ботинок одного, в дубленке, помогая перелезть через изгородь.
«Шашлык будэм, рэзать будэм, а, друг?» — подмигнул нерасторопному хозяину шофер. И тут до Жорика дошло: дурачок, какая ж это комиссия, если приехали шашлык кушать?
И он, отогнав парня, быстро развел костер, замахал руками, уже сам рассказывал гостям нечто, на его взгляд, уморительное. Нацепив на чумазое, в саже лицо улыбку, с гиканьем носился по загону, попеременно хватал шарахающихся баранов, выискивая пожирнее. С шутками, мешая друг другу, с Семеновым и шофером заволокли они тяжелого и грязного валуха в сени и без промедления разделали.
«Это по-нашему!» — выпив водки, одобрительно крякнул Жорик, все засмеялись, задвигали табуретами, а тут шофер Коля принес со двора шашлыки на настоящих шампурах, обильно сдобренные луком и перцем. «Ишь ты! Умеет!» — вгрызаясь в нежное мясо, с симпатией поглядывал на бесхитростное Колино лицо Жорик, тот добродушно скалился.
Какие же приятные сказались люди! И, как сняли свои дубленки-кожанки, стали обычного роста, высокими они казались издали. Очень понравился ему Сергей Аюрович — в возрасте, но подтянутый, с седыми бачками, в строгом костюме. «Большой человек!» — пнув под столом Жорикову ногу, дыхнул водкой Семенов. А Жорик и без умников это понял по тому, как ежеминутно, по имени-отчеству обращался к Сергею Аюровичу тот, второй, в костюме поплоше, круглолицый, смуглый — из местных, райцентровский, прикинул Жорик.
Он удачно подхватил дурашливый Колин акцент, все опять смеялись, звенели ножами, пристукивали донышками стаканов, произносили тосты за «процветание златорунного цеха». Сергей Аюрович молча улыбался.
«Баран рэзать будэм?» — кричал через стол сладко захмелевший Жорик.
«Будэм, будэм!» — скалил зубы шофер Коля и отстранял стакан, косясь на Сергея Аюровича.
Это было непостижимо: большой человек разговаривал с Жориком на равных, интересовался его личной жизнью и планами на будущее и даже поговорил с ним — это под водку-тс! — на международные темы. И тут Жорик выдал. Аж Семенов перестал жевать, застыл со стаканом в руке. Как раз накануне Жорик слушал новости и брякнул про апартеид. Сергей Аюрович удивления не выказал, а серьезно подтвердил самые худшие опасения Жаргала Нурова насчет дискриминации коренного населения Южной Африки.
«Ну, Жорж, ты даешь!» — оскалился Коля.
«Они у нас в районе такие! Подкованные!» — с гордостью отметил круглолицый, вытирая платком лоснившиеся от баранины щеки.
Семенов икнул и поправил очки:
«Политинформации проводим по четвергам».
«Это хорошо, — вставая, подал хозяину руку Сергей Аюрович. Рука была мягкая, как у женщины. — Будем считать, что провели еще одну».
И все, переглядываясь, заулыбались, довольные друг другом.
Когда гости взялись за дверцы «уазика», из-за сарая вылетел ветврач с мешком в кровавых пятнах.
«Свеженинка! Сергей Аюрович!» — блестя золотой дужкой, закричал Семенов.
«Это когда он успел забить второго?» — мелькнуло у Жорика в голове.
А Сергей Аюрович, натянув на белую кисть кожаную перчатку, бросил что-то круглолицему и сел на переднее сиденье. Круглолицый, досадливо прихлопнув дверцей, запахнул разъезжавшиеся полы заграничной дубленки, хмуро махнул рукой — «давай назад!» Шофер Коля, высунувшись из кабины, выразительно постучал по лбу: соображать, мол, надо. И дал прощальный гудок.
«Видал? Большой человек…» — бросив мешок, выдохнул Семенов, икнул, утерся шапкой и сплюнул. Жорик тоже сплюнул — в знак согласия. Ветеринар, сделав ладонь козырьком, долго щурился вслед катившему под уклон «уазику». Толкнув в бок, издал булькающий смешок:
— Ну? Акт составлять будэ-эм?
Приезда городских гостей Жорик с тех пор ждал, как праздника. И уж не жалел, что связался с отарой. Теперь он — хозяин…
Жорик был доволен, что выдержал натиск двоюродного брата. Отцовский дом он отдал молодым специалистам временно, пока не построят новый — из бруса, так обещал председатель. Наведываясь в колхозную баню, Жорик видел: целую улицу надумал отгрохать Базаров. Вкусно пахло на морозе свежим деревом, смолой, стружкой, от чего сама собой чесалась правая ладонь, хотелось коснуться топорища, сдвинуть шапку набекрень и сесть орлом на крышу вырезать конька из желтой несучковатой плахи… Но это так — накатывало на миг. Жорик знал, что Базарову пиломатериал, кругляк дается с криком-руганью, что председатель трясется над каждой доской в этом степном краю, ездит кланяться в далекие леспромхозы. Жорик кривил губы. В артели такие дела они проворачивали куда шустрее через сельповский магазин. На водку для какого-нибудь дяди Феди-кладовщика не скупились. В этой науке их артельный мог дать председателю урок. Вот так-то, студент Базаров!..
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: