Борис Алмазов - Психология социального отчуждения
- Название:Психология социального отчуждения
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2009
- Город:Москва
- ISBN:978-5-91772-006-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Борис Алмазов - Психология социального отчуждения краткое содержание
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Психология социального отчуждения - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Наказание, как правило, не влечет раскаяния, а вызывает враждебность и желание отомстить либо организовать событие, которое ухудшит положение окружающих.
Реакция имитации обнаруживает себя поразительным однообразием внешнего облика и манеры поведения молодежи в данной культурной среде. Все похожи друг на друга, но не чувствуют никакого дискомфорта от отсутствия оригинальности. Если учесть, что подростки ни за что не хотят походить на взрослых, такая смесь разнонаправленных мотивов кажется не совсем адекватной. При этом они в упор не видят свое отражение в зеркале глазами взрослых, которые безуспешно призывают: «Посмотри, чучело, на кого ты похож!»
По-видимому, нечеткость Я -образа на первых порах его формирования подменяет отражение воображением, так что социальные роли, которые теснятся в голове, можно проигрывать в жизни для получения информации о своих возможностях лишь в намеренно игровой ситуации, гротескно, без претензии на реальное признание, уклоняясь от ответственности, из нее (роли) вытекающей. Ведь, как известно, в мире взрослых людей нельзя безнаказанно вводить в заблуждение, изображая намерения, которые не в силах и не хочешь реализовать. Недаром подростки больше всего боятся, что их примут всерьез. А если вспомнить, что в подростковом возрасте ролевые конфликты нередко разрешаются конверсионным способом (переходом психического напряжения в физическое недомогание или расстройство функций), легко понять, почему авторы, описывавшие истерию, отводили место в ее классификациях и феноменам переходного возраста [15] Кречмер Э. Строение тела и характер. М., 2002.
.
Стремление эмансипироваться от фактов, сочетающееся с желанием обратить на себя внимание окружающих экстравагантным обликом (ориентироваться на внешнего наблюдателя) и сохранить дистанцию от угрозы потерять высокую самооценку, приводит к «однообразной пестроте» и бедности «репертуара» [16] Березин Ф. Б., Мирошниченко М. П., Рожанец Р. В. Методика многостороннего исследования личности. М., 1976.
. Претендуя на оригинальность, человек, не чувствующий своего Я -образа, всегда кому-то подражает. Богатое воображение разнообразит варианты. Людей попроще тянет к эстетике контркультур, где одним внешним сходством можно «попасть в большие забияки». А так как реакция имитации охватывает всю массу подросткового населения, сводный образ выглядит достаточно примитивно. Во всяком случае, наивные последователи криминальных традиций составляют в этом возрасте немалый процент среди уголовно осужденных.
Реакция группирования освобождает строительство внутреннего мира от давления социальных институтов. Проснувшееся стремление узнать себя требует защиты, получить которую в сложившейся системе общественных отношений с их достаточно жесткими экспектациями невозможно. Подростки инстинктивно создают стихийно возникающие группы, где чувствуют себя корпоративно обособленным островком архаичных социальных отношений, где можно экспериментировать и ошибаться безнаказанно.
Чтобы представить себе силы, побуждающие подростков сменить коллектив на группу неформального общения, достаточно взглянуть на роль лидера, своеобразного центра кристаллизации социальных отношений, вокруг которого они формируются. Это сверстник (группа, как правило, одновозрастная и однополая), наделенный талантом, который не был заметен в детстве и не будет востребован во взрослом состоянии – чувствовать аффилиативную ситуацию, уметь своеобразно подытоживать эмоциональный настрой и выражать решительно то, что другие хотят подспудно. В период тягостных сомнений относительно социальной адекватности своих оценок и стремлений (вдруг раздастся хохот жуткий в наступившей тишине), подросткам нужен, если можно так выразиться, аффилиативный щит. Тот герой, который возьмет на себя инициативу обнаружить публично общие намерения. Следовать за ним не зазорно. Лидеру ничего не нужно объяснять членам группы, чтобы за ним последовали. И, кстати сказать, он, как правило, не озабочен количеством сторонников. Чаще всего он ими даже тяготится.
Влияние группы сохраняется и в ее отсутствие. Подростки сохраняют верность моральным принципам (в том рудиментарном варианте, на который они уже способны в этом возрасте), принятым в их среде, особенно перед лицом официальных представителей общества и государства. Такая корпоративная солидарность с учетом эмоциональной природы ее возникновения может служить причиной делинквентного поведения и истолковывается окружающими как пренебрежение к принятым нормам, моральным и этическим ценностям, традициям и институтам. Отсутствие раскаяния и страха наказания, проистекающее из во многом подсознательной регуляции поведения, нередко создает у взрослых иллюзию деградации нравов со стремлением покарать не проступок, а личность преступника.
В этом возрасте человек затрачивает много сил на исследование пространства своей нарождающейся личности, что, естественно, не каждому по силам.
Но и в обычных обстоятельствах подростка, от природы хорошо одаренного и правильно воспитанного в рамках родительской культуры, ждут серьезные испытания. Образно говоря, он в своем развитии подходит к некому рубежу («второе рождение», как иногда называют это время), который можно представить себе в образе реки. Пока что дорога шла посуху (путем отождествления с реальным социумом на твердом грунте идеологически ориентированного воспитания). Дальше нужно плыть к другому берегу, где обитают «самость», «идентичность», «свобода нравственного выбора» и т. п. Известный японский писатель Харуки Мураками использует более яркую метафору. Герою его книги «Страна чудес» для того, чтобы выйти за пределы стен, оберегающих традиции этой страны, не допускающие самодостаточности человека, предлагается нырнуть в водоворот реки, уходящей под стену. Другого пути нет. Герой (в этом японцы похожи на нас), испугался и отпустил свою тень (образ «самости») плыть и рисковать, а сам остался на берегу.
Можно картину нарисовать иначе. Через реку, положим, наведен мост из общепринятых идеологий, скрепленных гвоздями традиций и удерживаемый канатами коллективистических чувств. Если пройти по нему в сообщество взрослых, человек будет способен «путем самоотрицания, жертвы частными интересами, даже подвигом смерти осуществлять духовное бытие, в чем и заключается его человеческая ценность» (Б. Муссолини). Его социальное развитие продолжится, но без той рефлексии, которая мучает духовно развитого (способного к отчуждению во внутренний мир) человека. И чем проще нравы, тем шире и доступней мост. Л. Выготский заметил, что подростковый период жизни с его условными ценностями, игровыми значениями и безответственными смыслами увеличивается в прямой зависимости от уровня развития цивилизации. Как в масштабах целого народа, так и той социальной ниши, где протекает воспитание подростка. У так называемых «примитивных групп населения» дети становятся взрослыми очень рано. В современной европейской модели общественного устройства на то, чтобы подросток оттолкнулся от берега и «нахлебался идеалов» перед тем, как выйти на другой берег, отводится чуть ли не десять лет, в течение которых ему предоставляется возможность компоновать внутренние смыслы поведения с общепринятыми значениями более или менее произвольно. Естественно, с неизбежным в такой ситуации риском экстремизма.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: