Тодд Роуз - Долой среднее! [Новый манифест индивидуальности]

Основной метод исследований в теории усреднения формулируется так: сначала суммируй, затем анализируй. Сначала вы объединяете данные множества людей и ищете в этой группе какие-либо закономерности, затем используете выявленные групповые паттерны (средний и прочие статистические показатели) для анализа и моделирования поведения отдельного человека [144]. Наука о личности предлагает поступать иначе: сначала анализировать и лишь затем суммировать данные. Первым делом вы изучаете, какие закономерности проявляются в поведении каждого отдельного человека, а потом ищете способы объединить их так, чтобы узнать что-то новое о группе. Пример из области возрастной психологии поможет нам понять, как именно переход к модели «индивидуальность первична» меняет устоявшиеся убеждения о человеческой природе.

С 1930-х по 1980-е годы ученые, изучавшие развитие младенцев первого года жизни, бились над загадкой шагового рефлекса. Если новорожденного держать в вертикальном положении, он начинает двигать ногами вверх-вниз, словно шагая вперед. Долгое время ученые полагали, что шаговый рефлекс указывает на наличие у ребенка врожденного инстинкта ходьбы. Вот только загадка была в том, что примерно в два месяца этот рефлекс у малыша исчезал. Возьмите ребенка постарше под мышки, поднимите — он и не подумает шевелить ногами. А незадолго до того, как ребенок начнет учиться ходить, рефлекс волшебным образом возвращается. Почему же он то появляется, то исчезает?

Сначала ученые пытались разгадать эту загадку с помощью традиционной методики усреднения: объединяли и суммировали информацию, а потом анализировали ее. Следуя общепринятому мнению, что шаговый рефлекс связан с развитием нервной системы, они исследовали большое количество детей, вычислили средний возраст появления и исчезновения рефлекса, а затем сравнили эти данные с показателями среднего возраста наступления других важных этапов развития нервной системы. Выяснилось, что одновременно с появлением и исчезновением шагового рефлекса происходит еще один важный физиологический процесс — миелинизация, то есть рост защитной оболочки у нейронов. Исходя из этого ученые предложили «теорию миелинизации», согласно которой все дети рождаются с шаговым рефлексом, но по мере миелинизации моторного центра мозга он угасает. Затем в ходе развития моторного центра ребенок обретает сознательный контроль над шаговым рефлексом [145].

В начале 1960-х теория миелинизации считалась стандартным медицинским объяснением существования шагового рефлекса. Она даже служила основой для диагностики неврологических нарушений: если шаговый рефлекс не появлялся в срок, родителей предупреждали о вероятности у ребенка неврологических заболеваний [146]. Многие педиатры и детские психологи считали, что поощрять шаговый рефлекс у ребенка ни в коем случае нельзя, так как это может вызвать задержку в развитии и повлечь за собой нервно-мышечные аномалии.

Столь любопытная, хоть и сомнительная теория владела умами американских педиатров несколько десятилетий и, пожалуй, перекочевала бы и в XXI век, если бы не молодой ученый Эстер Телен [147]. Изучая животных в начале своей научной карьеры, она обнаружила, что различные модели инстинктивного поведения, которое, по мнению биологов, строго предопределено и не может меняться, в действительности крайне разнообразны, причем в значительной степени зависят от индивидуальных особенностей. Это открытие заставило Телен заняться изучением динамических систем. В результате она пересмотрела проблему шагового рефлекса у детей, сосредоточившись в первую очередь на личностных чертах ребенка.

В течение двух лет Телен наблюдала за физическим развитием сорока детей, ежедневно фотографируя их. Чтобы изучить индивидуальные особенности движений каждого малыша, она держала детей над бегущей дорожкой и помогала им принимать различные положения. Так постепенно у нее возникла гипотеза, объясняющая угасание шагового рефлекса: причина заключалась в пухлых ножках ребенка.

Исследовательница заметила, что дети, набиравшие вес медленнее других, перебирали ножками быстрее и дольше остальных. Те же, кто набирал вес быстро, теряли шаговый рефлекс первыми просто потому, что мышцы их ног были еще недостаточно сильны, чтобы поднять и сдвинуть тяжелую ножку. Следует заметить, что главную роль играла не абсолютная толщина ножек, а скорость физического роста, поскольку важнее всего было соотношение количества жира и растущей силы мышц [148]. Потому-то раньше ученые и не могли ничего понять, ведь они просто соотносили средний возраст со средним весом. Подход «сначала суммируй, потом анализируй» не учитывал индивидуальных особенностей развития ребенка. Телен же поступила наоборот — и нашла причину.

Излишне говорить, что в научных статьях о шаговом рефлексе пухлые ножки никогда не упоминались, поэтому многие исследователи зарубили гипотезу буквально на корню. Однако Эстер Телен, проведя серию интереснейших экспериментов, бесспорно доказала правильность своей теории. Она помещала ребенка в воду, и — вуаля! — рефлекс возвращался, причем даже к обладателям самых толстых ножек; подвешивала на ноги детям утяжелители разного веса и всегда могла заранее сказать, кто из детей утратит шаговый рефлекс [149].

Изучая каждого ребенка индивидуально, Эстер Телен нашла разгадку, ускользавшую от целых поколений ученых-усреднителей; они твердили родителям, что у их ребенка проблемы с мозгом, в то время как истинной причиной всех тревог были всего-навсего пухлые ножки малыша.

В Пенсильванском университете Питер Моленаар продемонстрировал со своей командой целый ряд аналогичных открытий, показавших, что метод ориентации исключительно на средний показатель в группе безнадежно проигрывает высокорезультативному подходу, основанному на работе с отдельным человеком. Правда, у последнего метода есть одна проблема: он требует изучения огромных массивов информации, значительно превышающих используемые при работе с подходом усреднения. В большинстве областей, изучающих человека, у исследователя просто нет ста, пятидесяти или хотя бы двадцати пяти лет на сбор и обработку необходимых данных. В индустриальную эпоху методики усреднения были доведены до совершенства, в то время как методы, ориентированные на изучение человека, считались пустыми фантазиями. Но с наступлением цифровой эры мы пришли к тому, что можем без особых хлопот собирать, хранить и обрабатывать огромные массивы любых данных, и чтобы всем этим воспользоваться, достаточно соответствующего желания.