Вальмики - Рамаяна

— Увы, у меня нет на это сил! Некогда я обошел вокруг вечного Вишну, когда он тремя шагами отмерил землю во время жертвоприношения сына Вирочаны. Но теперь я стар и быстро устаю. В молодости я был неподражаемо силен, но сейчас я могу прыгнуть только на триста миль, но этого недостаточно, чтобы все мы достигли успеха в нашем деле. Дальновидный Ангада поклонился Джамбавану и сказал:

— Я легко прыгну на четыреста миль, но смогу ли я вернуться? Нет, конечно! Тогда Джамбаван отвечал вожаку обезьян:

— О лучший среди обезьян, всем известна сила и быстрота твоего прыжка, но сможешь ли ты преодолеть восемьсот миль? Я не уверен, что ты сделаешь это. Дорогой сын, слуги не должны повелевать своим господином; ты должен возглавлять этот поход. Ты наш вожак и наше единственное благо. Ты глава армии, и тебя, как жену, надо постоянно защищать. Это твоя роль, о дорогое дитя. Прежде всего нужно позаботиться о главном, так поступают самые опытные люди. Если корень крепок, соки, питающие плоды надежно защищены. Ты возглавляешь наш поход и, о мудрый и доблестный герой, должен согласиться с этим правилом. Ты — наш покровитель и сын нашего покровителя, о превосходный Ангада. При твоей поддержке мы исполним возложенную на нас миссию. Ангада, сын Бали, отвечал мудрому и могущественному Джамбавану:

— Если я не совершу этого прыжка, и другие обезьяны не сделают этого, то нам несомненно придется снова начать великий пост, потому что если мы вернемся, не исполнив воли царя обезьян, у нас по-моему, нет надежды сохранить жизнь. Явит ли он милосердие или гнев, это царь обезьян и нарушение его воли влечет смерть. В таком случае у нас никакого иного выхода. И ты, о светлая голова, подумай об этом! Неожиданно Джамбаван просиял от счастливой догадки, посетившей его:

— О воин, миссия беспрепятственно будет исполнена! Я назову того, кто свершит ее! И послал героического Ангаду за Хануманом, лучшей среди обезьян, который спокойно сидел поодаль.

Джамбаван видел упадок духа многотысячной армии обезьян и сказал Хануману:

— О воин, один среди многих, постигший суть писаний, почему ты молча сидишь в стороне? Мужеством и силой ты равен Раме и Лакшмане, и даже самому царю обезьян, о Хануман! Сын Ариштанеми, могущественный и знаменитый Гаруда — лучший среди всех крылатых созданий. Много раз я видел, как эта всемогущая птица с огромными крыльями с не иссякающей силой носила змей из океана. Сила его крыльев напоминает могуществом силу твоих рук. Никто не сможет противостоять тебе. Среди остальных ты отличаешься силой, разумом, мужеством и верностью, поэтому приготовься пересечь океан. Пунджика-Тхала, наиблагороднейшая среди апсар, под именем Анджаны стала женой обезьяны Кесарин. Известная на всю Вселенную, она была несравненно прекрасна. По проклятию одного мудреца, о друг, она родилась в роду обезьян, по желанию меняющих облик. Однажды эта дочь Кунджары, царя обезьян, приняла облик прекрасной и юной девы, облаченной в шелка, с пышными гирляндами на шее, и отправилась гулять на вершину горы, напоминавшей груду облаков во время дождей. Случилось богу ветра украсть желтые с красной каймой одежды большеглазой девы, которая стояла на вершине горы. Марута увидел ее красивые округлые бедра и высокую грудь, ее добродушное милое лицо. Ослепительной красоты изящная дева с тонкой талией очаровала сердце бога ветра и он порывисто заключил ее в объятья. Потрясенная Анджана, верная супружескому обету, закричала:

— Кто жаждет опорочить женщину, преданную ее господину? Бог отвечал:

— Я не желаю тебе зла, о прекрасная дева, пусть сердце твое будет спокойным. По моей милости ты родишь благородного сына, сильного и разумного, доблестного и мужественного, проворством и быстротой равного мне.

Слова эти порадовали твою мать, и в пещере она родила тебя, о лучший среди обезьян. Еще ребенком ты увидел, как над бескрайним лесом встает солнце, и, приняв его за фрукт, попытался схватить. Подпрыгнув в воздух, ты поднялся на тысячу йоджан, о великая обезьяна, и хотя солнечные лучи обрушились на тебя, ты не дрогнул. Индра, увидев, как ты мчишься по воздуху, в гневе метнул в тебя молнию. Падая, ты о скалу ранил себе левую щеку, и потому тебя стали звать Хануманом. Когда разрушитель Ваю, повсюду несущий ароматы земли, увидел тебя в таком состоянии, он пришел в гнев и перестал дуть в трех мирах. Боги вселенной, обеспокоенные бедствием, обрушившимся на миры, попытались успокоить разгневанного Павану, бога ветра, и Брахма даровал тебе благословение, согласно которому ты будешь неуязвим в любом бою. Индра был очень доволен, увидев, как ты выстоял под ударом молнии, и тоже даровал тебе замечательное благословение: «Ты не умрешь, пока сам не пожелаешь смерти! Безгранично мужественный сын ветра, силой и быстротой ты подобен отцу». О друг, мы потеряны, но ты, опытный и мужественный, для нас второй повелитель обезьян. В те времена, когда Вишну тремя шагами покрыл вселенную, я, о дитя, двадцать один раз обошел всю землю с ее горами, лесами и долинами. Посланные богами, мы собрали все травы, которые потом использовали, извлекая из океана нектар бессмертия. Тогда сила наша была очень велика. Теперь я стар, доблесть покинула меня, но ты самый достойный среди нас. Яви свою доблесть, о герой, тебе нет равных. Стряхнись, о доблестная обезьяна, и преодолей бескрайний океан. Вся армия обезьян жаждет увидеть твою доблесть. Поднимись и одним прыжком преодолей могущественную водную стихию, потому что среди всех земных тварей ты самый быстрый. Неужели тебя не тронет печаль обезьян? Яви свою силу подобно Вишну, тремя шагами завоевавшему всю вселенную, о лев среди обезьян!

Сопровождаемый славными обезьянами могущественный Хануман, сын ветра, принял облик, позволивший ему пересечь океан, и сердца обезьян преисполнились радости.

С восхищением взирали обезьяны на своего необычайно проворного вожака, который готовился преодолеть четыреста миль над океаном. Забыв о своем унынии, они принялись кричать и прославлять героизм Ханумана. Все три мира вместе с ними испытывали изумление и радость, подобно той, когда сам Господь явил свое могущество, тремя шагами завоевав всю вселенную. Под шумные приветствия обезьян могущественный Хануман стал увеличиваться в размерах и, от удовольствия размахивая хвостом, являть свою силу. Прославляемый старшими обезьянами и полный сил, он принял несравненный облик, подобно льву, растянувшемуся у входа в горную пещеру. Сын Маруты стал зевать, и рот этой разумной обезьяны походил на пылающую жаровню или огонь без дыма. Он возвышался среди обезьян, и шерсть на нем стояла дыбом от радости. Почтительно поклонившись старшим, он сказал: