Моше Вейсман - Берешит

случаю рождения Ицхака — его старший брат Ишмаэль. Всякий раз когда Ишмаэль слышал от людей:

“Несомненно, новорожденный сын Авраама займет место отца и получит в наследство вдвое больше, чем

сын Агари”, он отвечал: “Не говорите глупостей. Первенец — я, и поэтому, в согласии с законом, получу

двойную долю я, а не он!”

Конечно, Ишмаэль не мог не заметить, что с тех пор как родился его младший брат, люди стали называть его,

Ишмаэля — “сын Агари”.

Когда Ишмаэлю исполнилось пятнадцать лет, он принес в дом идола и стал ему поклоняться, как это делали

все канаанцы. Идол был замечен Сарой и та сказала Аврааму, что Агарь вместе с сыном следует выгнать из

дома.

Однажды Сара стала свидетельницей того, как Ишмаэль в виде шутки пускал стрелы в Ицхака. И снова она

пошла к Аврааму: “Я видела, как Ишмаэль стреляет в Ицхака из лука, притворяясь, будто метится в птиц.

Дай Агари разводный лист и отошли ее прочь вместе с Ишмаэлем. Напиши завещание, в котором бы-ло бы

указано, что все твое имущество отходит к Ицхаку, как и обещал Ашем!”

Никогда раньше Авраам не сталкивался с таким трудным испытанием, как это. Все невзгоды, которые он

претерпел до сих пор, показались ему ничтожными по сравнению с нелегкой задачей изгнать из дома своего

собственного сына. Всем было известно, что Авраам отличается добротой даже по отношению к

незнакомцам, а теперь Сара просит его прогнать из дома сына.

Авраам и Сара смотрели на это дело по-разному, но оба действовали во имя неба, не ради удовлетворения

собственных желаний. Сара боялась дурного влияния, которое Ишмаэль может оказать на Ицхака. Хотя она

знала, что нравственный и духовный уровень Ицхака гораздо выше, чем у Ишмаэля, ей было жалко, что

Ицхаку надо будет тратить свое время и силы на то, чтобы отгородиться от дурного влияния старшего брата.

Будет лучше, если он потратит это время и силы на то, чтобы сделать свое служение Ашему еще более

совершенным.

Ночью Ашем явился к Аврааму и повелел: “Сара права! Делай всегда, как она говорит, ибо ее устами вещает

Дух святости. Что касается Агари и ее сына, то не беспокойся о них”.

Итак, однажды Авраам поднялся рано утром, чтобы, подавив в себе сострадание, изгнать их. Он написал для

Агари разводный лист и, посадив Ишмаэля ей на плечо, вывел их из дому. (Ишмаэль болел тогда лихорадкой

и не мог идти сам). При этом Аврааму пришлось подавить свойственную ему щедрость, чтобы со всей

безупречностью выполнить приказ Ашема: Агари он не дал ни слуг, ни вьючных животных, ни даже

достаточно пищи — только хлеб и флягу с водой. В заключение Авраам предостерег Агарь, чтобы она

оставалась верной Ашему, и отправил ее в путь.

Пока Агарь продолжала служить Ашему, как она делала в доме Авраама, на фляге с водой лежало

благословение и она никогда не пустела. Но, когда Агарь вышла в беер-шевскую пустыню далеко от

авраамова дома, помыслы ее вновь обратились к идолам, которым она привыкла поклоняться еще в доме

своего отца. И в тот же момент, как только она вернулась к идолопоклонству, благословение пропало и во

фляге иссякла вода. Однако Ишмаэля продолжала мучить жажда, поскольку у него была лихорадка и жар.

Бедная Агарь положила сына рядом с кустом и отошла поодаль, думая: “Да не увижу я смерти своего

ребенка”. Чем больше слабел Ишмаэль, тем дальше отходила от него несчастная мать.

Но тут Ишмаэль взмолился Ашему: “Властелин Вселенной! Дай мне воды, чтобы я не умер самой

мучительной из всех смертей — смертью от жажды!” Агарь тоже обратилась к Небу с молитвой, но ее слова

были более резкими: “Ты обещал мне, что от Ишмаэля произойдет великий народ. Но вот, он умирает от

жажды!”

Однако как только Ашем захотел ответить на их молитвы, сразу же вмешались ангелы: “Зачем давать воду

Ишмаэлю? В будущем его потомки станут убивать Твоих сыновей, лишая их воды”.

Какое событие имели в виду ангелы?

Сразу после разрушения Иерусалимского Храма, когда Навухаднецар вел еврейский народ в первое

изгнание, евреи проходили мимо селений Ишмаэля. Сильная жажда мучила изгнанников, и они стали

умолять потомков Ишмаэля: “Мы с вами братья. Дайте нам немного воды”, но ишмаэлиты сказали: “Сперва

поешьте, а потом мы дадим вам напиться”, — и принесли евреям соленое мясо и рыбу. А когда те съели это,

поднесли им массивные кожаные мехи для воды. Многие евреи жадно приникли к этим бурдюкам и тут же

умерли, ибо ишмаэлиты наполнили их не водой, а воздухом. Воздух вырывался из плотно надутых мехов и

разрывал легкие ослабевших людей.

Итак, ангелы “напомнили” Ашему этот эпизод из будущего. Но Ашем ответил так: “Я сужу человека в

соответствии с тем, как он ведет себя сейчас, а не с тем, что он будет делать в будущем. Сам Ишмаэль никого

не заставлял умирать от жажды. Поэтому и я не буду карать его из-за злодеяний, которые совершат в

будущем его потомки”.

Тут же Агари явился ангел и успокоил ее: “Не бойся, Агарь. Ашем ответил на молитву Ишмаэля. Встань и

помоги сыну подняться, ибо из него произойдет великий народ”.

В ту же секунду Ашем открыл Агари глаза, и она обнаружила колодец, который находился совсем рядом с

ней, но оставался до сих пор незамеченным.

Все мы слепы, ибо человеческие глаза видят только то, что им разрешено увидеть. Хотя колодец и прежде

был поблизости от Агари, она узнала о нем только тогда, когда Ашем открыл ей глаза.

Несмотря на Б-жественное обещание, что ее сын будет спасен, Агарь боялась, что колодец исчезнет так же

внезапно, как появился. Поэтому сначала она до краев наполнила дорожную флягу, хоть эта задержка и была

опасна для жизни мучившегося от жажды больного Ишмаэля. И только потом дала попить своему сыну

прямо из колодца.

После чего они побрели дальше и пришли в пустыню Пара», где было множество источников воды. Там они

и поселились, причем Ишмаэль решил кормиться стрельбой из лука. Со временем он приобрел обыкновение

грабить путников, так что полностью сбылось пророчество, данное ангелом: “Рука его на всех” (16:12).

Когда Ишмаэль вырос, он женился на женщине из Моава. Однажды, спустя три года после этих событий,

Авраам отправился навестить Ишмаэля, но, проделав большой путь и добравшись до его шатров, застал

дома только жену Ишмаэля.

— Где твой муж? — спросил Авраам.

— Он отправился со своей матерью собирать плоды, — ответила невестка.

— Я устал и хочу пить. Не найдется ли у тебя немного хлеба и воды?

— В доме ничего нет, — ответила моавитянка, — ни хлеба, ни воды.

— Когда твой муж вернется домой, передай ему такие слова, — сказал Авраам. — “Старец из земли