Генри Хаггард - Она и Аллан

— Умслопогаас, я не знал, что это лев.

— Вот почему ты не такой умный, каким я тебя считал, потому что, так или иначе, здесь встречаются львы, и мудрый человек должен быть готов к встрече с ними, Макумазан.

— Ты прав, действительно, я был не готов, — сказал я.

В этот момент на сцене появился Ханс, сохраняя дистанцию и наблюдая за нами со стороны.

— Великий талисман Открывателя дорог сработал на совесть, — вот все, что он сказал.

— Великий талисман Открывателя Дорог мог бы сработать лучше, — ответил Умслопогаас, едва улыбнувшись и показав на красное лезвие топора. — Никогда до этого Инкозикаас (или Владыка, как называли это страшное оружие) не падал так низко, чтобы напиться кровью чудовища. Но битва была хороша, ничего не скажешь. Но, желтый человек, скажи, пожалуйста, как случилось так, что ты, такой хитрый, оставил своего хозяина?

— Я спал! — возмущенно ответил Ханс.

— Тот, кто служит господину, никогда не спит, — ответил Умслопогаас жестко.

Затем он обернулся и присвистнул, и вот из высокой травы, которая росла на некотором расстоянии, возникли двенадцать высоких мужчин, которые несли топоры и были одеты в одежду из шкуры гиены. Они салютовали мне поднятыми топорами.

— Установите охрану и снимите шкуру с этого чудовища до заката. Это будет наш коврик, — сказал Умслопогаас, и охранники снова отсалютовали и ушли.

— Кто это? — спросил я.

— Несколько отборных воинов, которых я взял с собой, Макумазан. Были еще пара человек, но мы потеряли их в пути.

Затем мы вошли в фургон и больше этой ночью уже не беседовали.

На следующее утро я сказал Умслопогаасу про визит индуны, который хотел, чтобы я отправился в королевский крааль.

Он кивнул и сказал:

— Несколько грабителей пытались напасть на меня в дороге. Вот почему два человека уже никогда не продолжат со мной путешествие. У нас была схватка с этими людьми, ни один из них не остался в живых, — добавил он зловеще, — их тела мы сбросили в реку, где водится множество крокодилов. Но их копья я выбросил. Мне кажется, что именно такие копья использует охрана короля. Если это так, они будут долго их искать, поскольку в том месте, где была битва, никто не живет, а щиты и прочие их личные вещи мы сожгли. О, он подумает, что их забрали призраки.

В то утро мы быстро пошли вперед, боясь, что регулярные войска, которые будут искать этих «грабителей», найдут нас по нашим следам и нанесут удар.

К счастью, тот бык, которого убил лев, был одним из самых маленьких, которых я взял с собой, поэтому мы не почувствовали неудобства от его потери. Пока мы шли, Умслопогаас рассказал мне, что официально назначил Лоусту и свою жену Монази управлять племенем во время его отсутствия. Они приняли его сомнительное предложение, Монази стала вождем племени, а Лоуста — индуной.

Я спросил Умслопогааса, насколько мудро это решение в сложившихся обстоятельствах, поскольку сомневался, что они отдадут ему власть, когда он вернется. И могут возникнуть не только семейные, но и военные проблемы.

— Это ничего не значит, Макумазан, — ответил он, пожимая плечами, — мне кажется, что моя игра окончена. Оставаться в племени — значит искать смерти, поскольку меня предали. О ком заботиться тому, кто никого не любит и у кого нет детей? Правда, я могу вернуться в Наталь со скотом и вести там легкую и богатую жизнь. Но воин не ищет такой легкой жизни.

Больше никогда, может быть, я не увижу Великий талисман там, где волки нападают и старая ведьма сидит на камне, ожидая смерти этого мира, или я умру среди людей племени Топора. Что мне делать с женами и быками, пока у меня есть Инкозикаас, который верен мне? — добавил он, размахивая древним топором вокруг своей головы, так что солнце сверкало сквозь изогнутое лезвие. Туда, куда идет Топор, туда идут его сила и достоинство, о, Макумазан.

— Это странное оружие, — ответил я.

— Да, странен и страшен тот, кто изготовил его сотни лет назад, как говорит Зикали, воин-мудрец, который был первым из кузнецов и тот, кто сидит в подземном мире, ожидая его возвращения в свои руки, когда его работа под солнцем будет закончена. Это скоро случится, потому что Зикали сказал мне, что я последний хранитель Топора.

— Ты видел Открывателя Дорог? — спросил я.

— Да, я видел его. Это именно он сказал мне, как удрать из страны зулусов. И он смеялся, когда я рассказал ему, как речные потоки принесли тебя в мой крааль, и отправил тебе сообщение, в котором он сказал, что дух змеи сказал ему о том, что ты хотел выбросить Великий талисман в воду, но был остановлен змеей. Он сказал, что этого ты не должен делать никогда, иначе он отправит тебе другую змею, и она убьет тебя.

— Правда?! — спросил я возмущенно, потому что умение Зикали видеть или знать о том, что происходит на расстоянии, не переставало удивлять и даже раздражать меня.

Только Ханс ухмыльнулся и сказал:

— Я предупреждал тебя, баас.

Итак, мы путешествовали день за днем, преодолевая трудности и опасности, которые обычно встречаются в бескрайнем африканском вельде. В высокой траве водилось множество дичи, и она всегда была в нашем распоряжении, когда мы хотели есть. В области, которая называется Португальская Юго-Восточная Африка [31] Сегодня эти земли находятся на территории Мозамбика. , животных было так много, что лично мне хотелось бы превратить наше путешествие в охоту.

Но Умслопогаас, который был плохим охотником, не хотел об этом слышать. Он гораздо больше, чем я, тревожился об истинной цели нашего путешествия. Когда я спросил его, почему, он ответил, что Зикали кое-что сообщил ему. Он отказался сказать, что именно, кроме того, что в той стране, куда мы направляемся, его ожидает великая битва, победа в которой принесет ему славу.

Умслопогаас по натуре был бойцом и получал удовольствие от сражений и подобно древним норвежцам считал, что единственный достойный путь для мужчины — погибнуть в битве. Это удивляло меня, потому что сам я любил тишину и покой. Я взял его с собой частично потому, что хотел сделать ему приятное, частично оттого, что считал, что мы можем найти что-нибудь интересное, а еще потому, что, начав это предприятие, я считал делом чести закончить его.

Не помню, когда Зикали сказал мне, что где-то ближе к Великой реке мы должны подойти к краю долины, поросшей кустарником, где живет белый человек. Второй раз бросив кости, он заметил, что человек этот из буров переселенцев. Я думаю, это означало, что он был голландцем, который уехал из тех мест, где жил, и поселился в дикой глуши, как бродячий дух, освободившийся от всякой власти.

Бросив кости еще раз и разглядев их, Зикали промолвил, что с этим человеком или его семьей случится что-то важное, пока я буду гостить у него. Затем на карте, которую он нарисовал на золе, чьи детали так хорошо отпечатались в моей голове, он показал мне, где я смогу найти жилище этого белого человека. Без сомнения, и этого человека и место его обитания он знал через своих шпионов, которые всегда находятся на службе у знахарей, в особенности у Зикали, величайшего из колдунов.