Ник Перумов - Черное Копье

– А в ученики мы возьмем вас охотно, – прогудел другой из хозяев, стоявший за правым плечом умолкнувшего. – Особенно вас, родичи… Для колен Народа Дьюрина никогда не была закрыта наша дверь, и не наша вина, что ею столь редко пользовались.

– А мы так надеялись, так обрадовались, увидев вашу мощь, – угрюмо проговорил Торин. – Вы бы могли покончить со всем этим безобразием одним ударом.

– Мы не можем этого сделать по двум причинам, – решительно ответил старший из хозяев. – Во-первых, мы не судьи и не можем вставать на чью-то сторону в споре людей. То, что вы рассказали об этом человеке, Олмере, – нас это не тревожит. В свое время нами был разбит сам Саурон! Вместе с Авари мы опрокинули его полчища, когда они пытались ворваться в наши залы, попутно поджигая принадлежащие нашим друзьям леса… Мир без тех сил, которые вы называете «черными», немыслим. К этому трудно привыкнуть, но принять все же придется, рано или поздно.

– Знаем, знаем, – махнул рукой Малыш. – Весы и всякое такое…

– Поэтому не будем говорить о невозможном, – поднял руку старший. – Сейчас вам предстоит сделать выбор – чем вы займетесь в Ученичестве?

– Мы не можем задерживаться здесь, – возразил Торин. – Нам нужно исполнить наш долг.

– Это против наших законов, – нахмурился старший. – Уложения гласят, что Слово произносит тот, кто желает получить от нас умения и знания. Мы испытываем его и даем наставника. И лишь пройдя долгий путь познания, может он вернуться, если пожелает, – в Серединное Княжество, например. От нас нет дороги к тревогам этого мира! Наше знание – не для него.

– Но мы и не просим его, – вставил Фолко. – Мы лишь хотели получить помощь в час острой нужды…

Все трое хозяев нахмурились, воцарилось недоброе молчание.

– Если Совет Королей решит, что вы использовали наше Слово в своих корыстных целях, мне жаль вас, – медленно и раздельно произнес старший. – Вам придется предстать перед ним!

– Но почему?! – завопил, отбрасывая всякую почтительность и вскакивая с места. Маленький Гном. – Почему обязательно ставить такой выбор? Не хотите помогать – не надо, дайте тогда нам самим окончить дело! Вот глупость-то!

– Идите за нами, – коротко сказал старший и поднялся.

– Мы не подчинимся, – сквозь зубы проговорил Торин. – Вам придется взять нас силой или убить. Жить с таким камнем на совести мы все равно не сможем. Дело должно быть выполнено – или мы должны погибнуть, пытаясь исполнить начатое. Ну начинайте!

– А от кого вы узнали Слово? – вдруг спросил один из Черных Гномов.

– От Сарумана, – криво усмехнувшись, ответил Фолко, вставая плечом к плечу с друзьями.

– Зачем горячиться? – вступил в беседу третий из Черных Гномов, доселе молчавший. – Надо посоветоваться… Совет Королей должен узнать обо всем.

Похоже, случай действительно особый…

– Почему особый? – вновь не выдержал Малыш. – Почему вам так необходимо удержать нас?

– Все, что вы увидите и узнаете здесь, должно умереть в вас, – сурово начал старший, однако Малыш, забыв о почтительности, перебил его:

– Да мы же еще ничего не узнали! Что мы видели? Двор крепости? И вы еще ничего не рассказали нам!

– Сказали, – ответил старший. – Вы настойчиво пытались втянуть нас в войну Верхнего Мира, вы явились и говорили как послы одной из сил. Если вы уйдете, эта сила узнает о нашем невмешательстве, что будет противоречить нашему закону – ни одна из Властей вашего мира не должна ничего знать о наших намерениях. Это чревато колебаниями Весов, а для вас нет ничего страшнее, чем вольно или невольно покачнуть их чаши. В тот час, когда вы остались, не уйдя с этим странным человеком, вашим спутником – вы обрекли себя на Ученичество. Пока вы не пройдете его, вы не сможете уйти отсюда.

Ничто, не единое наше слово или изделие, не должно появляться на поверхности. Так гласят наши законы, и не нам нарушать их.

– Но неужели вы не видите, что этот Олмер, быть может, новое воплощение Саурона?! – зарычал Торин. – Вы же сами дрались с ним, неужто вас не волнует появление в Верхнем Мире силы, наделенной многими чертами ушедшего Хозяина Барад-Дура? Вам мало происшедшего с Ночной Хозяйкой?

– Не горячись, – положил руку на плечо старшему третий, тот, что предлагал послать сообщение в Совет Королей. – Они кое в чем правы…

– К тому же, – добавил Торин, – этот странный человек, Отон, будет штурмовать крепость, если через три дня мы не вернемся. Я знаю, что вы отобьетесь, но зачем вам новый и могучий враг?

Старший усмехнулся.

– По-моему, тебе уже следовало бы понять, что мы не страшимся никаких врагов, ни старых, ни новых. Ты отказываешься от Ученичества у нас, сам не зная, что это такое. Твой отказ – это лишь твоя гордыня… Впрочем, мы не злодеи и не хотим никого ни к чему принуждать – как не хотим и менять свои уложения в спешке. Я думаю, вам следует явиться в Зал Королей – пусть нас рассудят те, в чьих руках ключи истины.

– Но мы не можем странствовать по вашим залам до бесконечности! – не выдержал Малыш. – Весь смысл нашего дела – в быстроте, в том, что мы успеем толкнуть Тьму под локоть до того, как она сможет нанести свой удар.

Сколько продлится этот путь к вашему Залу Королей?

– Лишь несколько часов, – заверил Маленького Гнома старший. – И столько же – дорога обратно к поверхности. Вы увидите, чего мы добились, и, быть может, не станете тогда упорствовать.

– Несколько часов? – недоверчиво хмыкнул Торин, однако ничего не сказал.

Их вели по тоннелям, гулким, широким, тщательно вымощенным, освещенным серебристыми лунными лучами. Серебристые блики играли на отполированных острых гранях черных каменных глыб, принявших под рукой опытных мастеров странные, полные внутренней силы очертания. Это были не скульптуры – просто обтесанные глыбы, но в кажущемся хаосе пересечений их изломанных линий Фолко видел стремительное движение, завораживающее, колдовское, напоминающее темные подземные реки, до времени неслышно клокочущие в своих тайных руслах глубоко под корнями гор – а потом внезапно вырывающиеся на поверхность стремительными, неукротимыми, непобедимыми…

Их шаги гулко отдавались под высокими сводами. Невидимые световые шахты тянулись отсюда наверх, пронзая скалы, специальные зеркала собирали рассеянный свет, направляя его сюда, в подземные коридоры. Нечто подобное Фолко видел еще в Мории и потому не удивился, чего, похоже, ожидали хозяева, рассказывая об этом.

Тоннель сделал несколько поворотов, и вскоре до их слуха донесся мерный плеск текущей неподалеку воды. Они еще раз завернули за угол и оказались прямо перед прорубленным в скале широким проемом – за ним, едва различимая в полутьме, угадывалась быстротекущая подземная река, и Фолко невольно подивился странному совпадению своих ощущений, возникших несколько минут назад, когда он шел мимо диковинных каменных знаков-символов.