Марк Энтони - Кровь тайны

– Настойка опия.

Дарж наморщил лоб.

– Настойка опия?

– Laudanum Laudanum Настойка опия (лат). – Примеч. пер. , – вмешалась Моди, с порога кухни.

Они повернулись к вошедшей в гостиную Моди. Следом за ней появился шериф Тэннер с задумчивым выражением лица.

– Это дело рук дьявола, – сердито продолжала Моди. – Многие мои девушки ее пили. Клиент давал им попробовать, а потом они не могли без нее жить. Во всяком случае, до тех пор, пока на смену камелиям не приходили лилии и их не укладывали в холодную землю. Где ты ее достал?

Тэннер шагнул вперед и взял бутылочку.

– Полагаю, мистер Дирк нашел ее в моем офисе.

Все посмотрели на Тэннера, и лишь Лирит кивнула, словно получила ответ на одной ей известный вопрос. Она встала и подошла к шерифу, не спуская с него пристального взгляда своих темных глаз.

– Как давно вы начали это пить? – спросила колдунья. Тэннер смотрел мимо них на стену. Потом его водянистые голубые глаза обратились к Лирит, и он вздохнул.

– Пять лет. Прошло пять лет с тех пор, как я начал употреблять настойку опия, мисс Лили. Каждый день я просыпался с намерением прекратить. Иногда даже пытался. Но к полудню я покрывался потом и дрожал, как новорожденный теленок, голова раскалывалась от боли, казалось, кто-то пытается добывать там серебро. И мне ничего не оставалось, как вновь и вновь вытаскивать пробку.

Шериф сел за стол и поставил бутылочку перед собой. После коротких колебаний Лирит положила ему руку на плечо.

– Как это началось? – спросила она.

– Я жил тогда в Сан-Франциско. Служил помощником шерифа. Доктор прописал мне опий после того, как меня стала беспокоить рана плеча, которую я получил во время войны.

– О какой войне вы говорите?

– За освобождение рабов, мисс Лили, – сказал он, и колдунья кивнула. – Наверное, мне не следовало воевать. Я убежал из дома в шестнадцать лет, чтобы вступить в армию. Мне довелось принять участие во многих боях, а потом в Геттисбергском сражении Геттисбергское сражение Произошло в 1863 году во время Гражданской войны в США. – Примеч. пер. я получил штыковое ранение. Рана быстро затянулась, но когда я стал старше, она начала болеть. Тогда я обратился к врачу, и он прописал мне опий. Боль давно прошла, а я продолжал его принимать. Только так я мог забыть о… иными словами, только после приема настойки моя рука переставала дрожать. Но постепенно мне приходилось увеличивать дозу, и я понял, что очень скоро моя тайна обнаружится и меня уволят. Поэтому я сам отказался от работы в Сан-Франциско и приехал сюда, в Касл-Сити, где, как я слышал, требовался шериф. – Он опустил голову. – Вот только теперь мне все равно придется вернуть значок.

Глаза Моди блестели от слез. Она села за стол рядом с Тэннером.

– О, Барт, почему ты ничего мне не сказал?

Он не поднимал глаз.

– А что бы ты тогда обо мне стала думать, Моди? .

– Я бы подумала: Моди, вот мужчина, который нуждается в твоей помощи. И ты уж постарайся о нем позаботиться, потому что за все золото, что прячется в земле Калифорнии, тебе не найти другого такого замечательного человека. – Она взяла его руку в свои и сильно сжала. – Вот что я бы подумала, Барт.

Он поднял голову и посмотрел ей в глаза, и тут только Тревис понял, что Тэннер и Моди любят друг друга. Почему он так долго ничего не замечал? Впрочем, они старательно скрывали свои чувства – даже друг от друга. В конце концов, он шериф, а она до недавнего времени владела борделем. Он прекрасно понимал, что стали бы благовоспитанные дамы Касл-Сити нашептывать своим мужьям, если бы шериф Тэннер женился на Моди. Тогда уж ему точно пришлось бы расстаться со своим значком.

– Мистер Дирк, – сказал Тэннер, вставая. – Я должен передать вам свою бляху и револьвер. Теперь вы исполняете обязанности шерифа до тех пор, пока правление округа не выберет нового. Надеюсь, у них хватит ума выбрать вас.

Рыцарь покачал головой.

– Я принес вам клятву верности, сэр Тэннер, и не нарушу своего слова. Но и это еще не все. Сейчас Касл-Сити нуждается в вас больше чем когда-либо. Как и я, вы человек войны, а значит, чувствуете в воздухе ее приближение. Нам предстоит сражение.

На мгновение Тревиса поразило сходство Тэннера и рыцаря Эмбара – такие же усы и хмурый взгляд. Стоило ли удивляться, что Дарж называл его сэр.

– Если вы правы, мистер Дирк, и если нам действительно предстоит сражение, то от меня будет мало толку. – Тэннер поднял правую руку; его пальцы трепетали, словно крылышки колибри. – Буду я принимать опий или нет – я потерял способность управляться с револьвером.

– Есть другие способы сражаться.

– Только не с такими людьми. Даже вам будет трудно их остановить, мистер Дирк, и не только потому, что вы отказываетесь зарядить револьвер, который носите на поясе. Не думаю, что шериф способен что-то изменить.

– Но ты же представляешь закон в нашем городе, – возмущенно вмешалась Моди. – Ты можешь бросить их всех в тюрьму!

– А потом придут другие и освободят их. – Тэннер устало покачал головой. – Законы имеют силу только в том случае, если за ними стоит реальная власть, Моди. Сейчас в Касл-Сити лишь одна власть – «крестоносцы». Люди могут уважать закон, но они боятся Комитета бдительности. Лишь человек, поставивший себя выше закона, способен остановить таких людей.

Моди оглянулась через плечо.

– Ты имеешь в виду истории, которые рассказывают в городе? Они говорят, что он придет. Цивилизатор, Тайлер Кейн.

Тревис почувствовал, как у него закипает кровь. Страх или что-то другое?

– Я тоже слышал эти истории, – ответил Тэннер. – И очень хотел бы в них верить. Кейна разыскивают за убийства в пяти штатах. Тем не менее я был бы рад, если бы он здесь объявился. Но все говорят, что Тайлер Кейн умер.

Тревису хотелось спросить, почему они все думают, что Тайлеру Кейну по силам остановить таких людей, как Лайонел Джентри. Но прежде чем он успел заговорить, Лирит сдавленно вскрикнула. Колдунья замерла, ее спина выгнулась дугой, пальцы вцепились в спинку стула, она закрыла глаза и запрокинула голову.

Моди бросилась к ней.

– Мисс Лили, что с вами? Что случилось?

Лирит пошатнулась, и Дарж бросился к ней, опередив Тревиса. Рыцарь обхватил ее за плечи и помог удержаться на ногах. Колдунья открыла глаза.

– Я видела, – прошептала она, – так ясно…

– О чем вы, милая? – спросила Моди, заламывая руки. – Вы заболели?

Тревис подошел поближе. Лирит не была больна. Он знал, что колдунья обладает способностью иногда заглядывать в будущее. Только что ее посетило подобное видение.

– Что такое, Лирит? – спросил Тревис. – Что ты видела?

– Он придет.

Тэннер покачал головой.

– Что вы имеете в виду, мисс Лили? Кто придет?