Алексей Иванов - Ёбург

Ройзман, резкий парень с Уралмаша, ненавидел дурь. Другом Ройзмана был Дюша, Андрей Кабанов, по слухам – завязавший разбойник. Дюша 11 лет сидел на игле. Только архангелы знают, каким свирепым усилием воли Дюша вырвался из капкана дьявола. И ещё с ними был бизнесмен Игорь Варов.

Эти трое вместе с журналистом Андреем Санниковым с Десятого канала в цыганском посёлке Ленинского района скрытно сняли программу «Наркотеррор»: задокументировали беспредел ментов, барыг и нарколыг. Сюжеты пошли в эфир. Ёбург ошалел у экранов. В студию сразу позвонил Александр Хабаров, лидер ОПС «Уралмаш», и рявкнул в телефон: «Парни, вас всех убьют! Говорите везде, что вы под нашей защитой!» Так грозный «Уралмаш» прикрыл начинающих наркоборцов.

Первая акция наркоборцов и уралмашевцев прошла 22 сентября 1999 года. Полсотни друзей Варова, Ройзмана и Дюши и четыре сотни плечистых братков «Уралмаша» приехали в Ленинский цыганский посёлок на своих «девятках» или «Фордах», вылезли из машин и просто встали посреди улицы. Они не буянили, не угрожали, не хватали никого, а просто угрюмо переговаривались и посмеивались.

Евгений Ройзман и Дюша Кабанов

Это спокойное стояние барыгам показалось страшнее погрома. Цыгане закрылись в домах. А в посёлок, как обычно, шли и шли за дозой наркоманы. Но им никто ничего не продавал. Толпы раскумаренных нарков, качаясь, бессмысленно слонялись по улицам, сидели под кирпичными арками запертых ворот, валились в бурьян. Наркоманы выглядели как зомби: еле двигаются, сгорбленные, руки в карманах, серые лица обвисли, сами небритые-нечёсаные, гнилозубые.

Нашествие зомби на цыганский посёлок показало всему городу чудовищный масштаб наркотеррора. Но у ментов-барыг хватило подлости назвать стояние в посёлке «переделом рынка наркоты в пользу ОПГ “Уралмаш”». А Варов, Ройзман и Дюша были просто героями. Вот такие обычные городские герои – с нелегальными пистолетами под ремнём тёртых джинсов и с готовностью погибнуть, но не сдать свою жизнь на произвол всякой мерзоте.

Эти парни где-то в недрах городской бюрократии отыскали полудохлый фонд «Город без наркотиков», вступили в него и возродили к жизни и борьбе. Игоря Варова избрали президентом. Варов равнялся на пример Эдгара Гувера, создателя ФБР: он блестяще разработал технологию деятельности Фонда. Аналогов Фонда в России не существовало. В первую очередь по идее Санникова был заведён пейджер, на который любой человек мог сбросить сообщение о торговле дурью. Пейджер тотчас раздуло от сигналов горожан. Фонд начал собирать информацию.

Вскоре Фонд уже имел огромную, можно сказать, кумулятивную базу данных: кто торгует и где, кто крышует и как, кто что имеет. Фондовцы вычислили все наркотрафики, вычертили схемы семейных бизнесов наркобаронов, составили реестры закрытых уголовных дел, цыганских дворцов и богатых иномарок, купленных «оборотнями». Фонд сразу подключил к своей работе прессу: пусть город знает. Андрей Санников рассказывал о ситуации в Ёбурге. В газете «Вечерние ведомости» Фонд публиковал подборки сообщений с пейджера.

Поздней осенью 1999 года Фонд и ОПС «Уралмаш» провели большой митинг. ОПС направил на площадь 1905 года работников своих фирм. Пришли и женщины и подростки. Они принесли транспаранты «Героин страшнее гексогена». С пафосной трибуны у ног каменного Ильича Ройзман, Варов и Дюша на весь Ёбург огласили имена и адреса барыг, назвали продажных ментов-наркоторговцев.

Митинг Фонда и ОПС «Уралмаш» на площади 1905 года

Но акция ничего не изменила. Власть надменно промолчала, а милиция не на шутку обозлилась. И Фонд начал работать без надежды на помощь государства.

В чём заключалась работа? Оперативники Фонда собирали сведения о барыге и готовили контрольную закупку наркоты. Для этого надо было изловить торчка-закупщика, склонить его к сотрудничеству, снабдить мечеными деньгами (а у милиции порой не было денег даже на минимальную закупку), обеспечить машинами (а у милиции не было бензина на выезды), найти понятых, оформить необходимые для спецоперации заявления. И лишь после этого фондовцы звали милиционеров, брали их под белы рученьки и везли на всё готовенькое: сделай своё дело, будь лапочкой. (Хотя, конечно, в Ёбурге не перевелись милиционеры честные и с чувством долга.) А потом фондовцы выступали общественными обвинителями на судах, иначе добрые суды могли выпустить барыг на свободу.

Первая операция Фонда прошла 23 апреля 2000 года в ночном клубе «Люк».

На все эти очень трудозатратные дела государство не дало ни гроша. Потому, собственно, общественная борьба с наркоторговлей и приняла форму Фонда: все, кто хотел помочь, перечисляли деньги, которые шли на транспорт и на небольшую зарплату сотрудникам, на центры реабилитации завязавших наркоманов и на офис по адресу Белинского, 19. И по телику ещё покажут, как яростный Дюша Кабанов машет подаренной саблей и вдохновенно кричит: «Смерть барыгам!!!»

Милицейские генералы не хотели скандалов с «оборотнями» и саботировали работу Фонда, а «оборотни» врали в прессе, строчили доносы, подавали в суд на Фонд, устраивали подставы. Дюша изумлённо посмеивался: «Это не мы грозим барыгам сдать их в милицию, это они нам так грозят!»

Фонду пришлось рушить многие мифы – и в обществе, и даже среди своих сотрудников. Нет лёгких наркотиков. Нет болезни «наркомания» – есть образ жизни. Нет непереносимой физиологической ломки. Нет наркоманского братства. Вопреки мнению поэтов, нет наркотического «расширения сознания», есть распад психики. Главный показатель борьбы с наркоторговлей – падение смертности, а не тонны изъятой дури: где не продают, там и не изымают. Худшие враги молодого нарка – жалостливые родители, которые на ломке несут своему чаду спасительную дозу.

В 2000 году РУБОП атаковал фирмы Варова и Ройзмана: обыски, уголовные дела… И тогда Ройзман вообще вышел из бизнеса. Зато Фонд придушил самую злую наркоторговлю города – в цыганском посёлке Ленинского района.

В 2001 году Фонд посадил самых подлых барыг – Таньку Морозовскую, Маму Розу и Зою Цыбульскую. Эти ведьмы превратили в зомби и столкнули в могилы сотни парней и девчонок Ёбурга. На зону отправились и несколько «оборотней». Власть признала незаконным первый цыганский дворец – хоромы Махмуда-оглы по адресу улица Военного Флота, 10. Фонд привёз бывших наркоманов, и под телекамеры ТАУ бывшие наркоманы ломами, кувалдами и голыми руками снесли проклятый дворец с лица земли – осталась груда колотого кирпича. И ещё два особняка потом сожгли неизвестные мстители.