Георгий Петрен - Раг Нар Рог

– Видите, асы должны выступать! Профессионалы, значит, – подчеркнул Петрович.

– «О́дин сразится с Фенриром и будет убит, сын О́дина Видар разорвёт пасть волка, Тор сойдётся со змеем Ёрмунгандом (запомни Петрович, именно так зовут пресмыкающееся) убьёт его, но и сам падёт от яда. Бог Фрейр сразится с Суртом, но отдав свой меч Скирниру, погибнет; Хеймдалль – с Локи; Тюр – с псом Гармом. Ни зло, ни добро не смогут победить друг друга, тогда Сурт соберёт всю мощь подвластного огня и завершит битву Тьмы и Света».

– Обязательно близко к тексту повторять? – Юра откинулся на спинку кресла.

– Хорошо, ярл не слышит, – заметил Кирилл. – Мы, наверное, богохульствуем.

– Лучше бы слышал, – не унимался Петрович. – Он-то наверняка понимает: для битвы необходимы латы, мечи, щиты, копья и прочая амуниция. Где возьмёте? Кто научит пользоваться? Я, извините, дорожу репутацией. Скажут потом – капитан Мариничев вывел против ётунов… мать их, неподготовленных салаг!

– Разумные замечания, – согласился Кирилл.

– … Включаем в смету ножи, топоры, мачете… – не унимался Петрович.

– Джек Воробей какой-то с Карибов! – воскликнул Юра.

– И там бывали, – невозмутимо признался Петрович, – подводное ружьё и рыбацкие снасти.

– Занятия дайвингом Рагнарёк не предусматривает, или чего-то не знаем? – обратился Юра к Кириллу.

– Как дети малые! На сухпайке долго не протянешь. Там озёра. Отсидим вечернюю зорьку! Эх! Потом спасибо скажете!

– Романтика, – мечтательно потянулся Кирилл.

– Мне не доверяете, Валькирию вашу спросите. Надеюсь, популярно объяснит! Ну ладно, что знал – сказал. Пошёл. Дела…

У двери обернулся:

– Спросить хотел… На чьей стороне выступаем?

Кирилл с Юрой, не сдержавшись, громко рассмеялись.

На больничной подушке лежал череп, обтянутый кожей. Остальное тело скрывало одеяло. Глаза закрыты. Из-под век текли слёзы и гной.

Куратор кашлянул, привлекая внимание.

– Тебя литовцы готовили? – спросил шипящий голос.

Не любил Куратор таких вопросов, но ответил, не раздумывая, максимально равнодушно:

– Да.

– Куполок слабоват. Не нравился ты им… ха…

– Давайте к делу, – предложил Куратор, скрывая раздражение.

Череп указал слабым кивком на тумбочку, где лежала мятая газета с заголовком: «Два года за танцы», ниже фотография трёх девушек, одна обведена кружком.

– В чём услуга?

– Освободить. Двадцатого июля в 14:20 должна сидеть на скамейке Сент-Джеймсского парка, в Лондоне. Юго-восточный угол.

– Всего-то? Что взамен?

– Незаслуженно много – ответы.

Больной тяжело вздохнул. Слова давались с трудом.

– Гарантии?

Череп с натугой выдавил:

– Я умру через сорок минут. Ты – двадцатого июля в 14:21, если согласишься, но не выполнишь обязательств.

– Кто она?

Чёрный язык облизал полоски губ:

– Мы договорились?

Куратору нестерпимо захотелось выйти. Украшенный гирляндами мост через Темзу предлагал прыгнуть в чёрную, как язык Черепа, воду. Прыгнуть за призраком. За джекпотом. Кто-то посторонний ответил за него:

– Работаем.

Больной открыл глаза, внимательно рассматривая собеседника:

– Скрепим договор поцелуем.

Куратор приблизился к мёртвому лицу.

– Целуй страстно! – Потребовал Череп.

Куратор спокойно выполнил просьбу. Брезгливость – малая жертва интересам дела. Ради джекпота без раздумий съел бы и кусок говна.

– Дрозд неприкасаемый?

– Да. Предатель.

Куратор слушал историю прошлого.

Во рту ощущалось послевкусие смерти.

– Говорите, сменили фамилию из любви к знакам зодиака? – спросил Кирилл. – Как относитесь к Близнецам?

– Столь же почтительно, как и вы с Олегом Евгеньевичем, – соврал Захар, изменивший фамилию исключительно в маркетинговых целях.

Беседовали на кухне в квартире Олега. Зодиака автоматически приняли в команду, поскольку пришёл сам, подтвердив профпригодность, однако Кирилл не мог не воспользоваться моментом.

– Специализируетесь на снятии проклятий?

– Помогаю гражданам по мере сил.

– Наверняка понимаете: мероприятие нельзя назвать абсолютно безопасным. Тем не менее, не раздумывая, оставляете успешную практику.

– Возникла необходимость в паузе.

Кирилл дружелюбно предположил:

– Оказались на пути джентльменов, коим не желаете успеха в поисках встречи с вами?

– Случилась досадная размолвка с коллегами в споре о законах природы.

– По счастливому стечению обстоятельств, картину мира меняет Эгрегор, обнуляя прошлые договорённости, предлагая взамен новые возможности?

– Хм… пока не разобрался. В любом случае Эгрегор – самое безопасное место…

– …куда не дотянутся длинные руки врагов…

– Вы правы, на его территорию юрисдикция оппонентов не распространяется, – подтвердил Захар. – Я наблюдаю за явлением с самого начала. Для медиума Эгрегор – уникальный источник профессионального развития. Участие в походе – подарок судьбы.

Беседа для Кирилла обрела смысл.

– При наличии веских причин с моей стороны будет бестактно отказать в оплате.

– Нет проблем, – с готовностью согласился Захар. – Отказ меня огорчит.

– С вами приятно иметь дело, – улыбнулся Кирилл. – Уверен, мы договоримся, и более того, оформим письменный контракт…

– Нет-нет! – запротестовал Зодиак, всем видом выражая приязнь и уважение. – Всецело доверяю. Достаточно расписки. Номер привязан к карте?

– Вот и хорошо, – подытожил Кирилл, что-то чиркая в блокноте. – Самым уязвимым местом предстоящего мероприятия является…

– Олег Евгеньевич, – закончил фразу Захар.

– Речь идёт о родителях Олега. Особенно не напрягаясь, можно добиться переноса или отмены экспедиции.

Теперь Захар делал пометки в старомодной записной книжке, одновременно обращаясь к Кириллу:

– Вы схватываете суть вопроса на лету! Защитой служат не только знаки, начертанные Олегом. Необходимо позаботиться о предупреждении силовых воздействий, вероятность каковых возрастает с каждым днём. Имейте в виду: у моих оппонентов тоже есть оппоненты, не ограниченные ролью сторонних созерцателей. Далеко не всегда враг моего врага – друг.

– Ну что ж, – задумался Кирилл. – Как называют себя оппоненты всех оппонентов?

– Эмиссары, – подсказал Захар.

– Вот именно!

Собеседники помолчали.

– Кстати, Кирилл Гавриилович, вас не видно…

– ?

– …В смысле ауры, – Захар наклонил голову. – Даже моих, увеличенных Эгрегором способностей недостаточно. Отличный купол. Кто ставил?

– Бог?

– Нет, для бога конструкция нетипична. Видна рука мастера, но почерк незнаком. Так кто же ставил?

Кирилл оглядел Захара, принимая решение о высказывании позиции по существу, не увидел препятствий, даже наоборот, почувствовал необходимость определить границы в начале пути.