Дэви Ацция - Игра в крестики

Стартапер произносил речь – воспоминание о своих годах в «Фор Лайфс Текнолоджис». Ее суть сводилась к влиянию, которая «Фор Лайфс Текнолоджис» оказала на него (и влиянию, которое он оказал на «Фор Лайфс Текнолоджис»).

Архитектор слушал и думал, что это взаимное воздействие не закончилось и не закончится никогда. Многое на пути «Фор Лайфс Текнолоджис» будет на протяжении десятилетий хранить след решений Стартапера и других четырех топ-менеджеров.

Он вспомнил прочитанную когда-то статью о том, что размер одного из блоков космического корабля таков из-за ширины железнодорожного вагона, в котором его транспортируют, а размер рельсов соответствует стандартной ширине дорог, принятой во времена Римской империи для проезда колесниц. Если уж размеры космического корабля зависят от проектировщиков повозок, что тогда говорить об их компании?

Готовые продукты несут в себе пожелания первых клиентов и озарения разработчиков, стремящихся все довести до совершенства. И если сегодня возникает вопрос, почему сделано именно так, ответ очень прост: когда-то кому-то так было удобно.

Вокруг раздались аплодисменты. Слово взяла Бухгалтер.

Архитектор подумал, что и с людьми точно так же. Первые решения, поступки в детстве, совершенный выбор в юности – самостоятельные или под влиянием окружения – навсегда накладывают на них отпечаток. Глупая ошибка – и вот в тебе заложено чувство вины. Легкая победа – как не поверить в свое превосходство? Неудача в первой любви – и ты живешь с нарывом, который можно привести к долгосрочной ремиссии, но к излечению – никогда. Молодому дереву легко придать направление роста, но после того, как оно выросло, изменить его уже сложно. Каждый суетный шаг – это движение откуда-то куда-то. К тому, кем ты хочешь или не хочешь быть.

Развить мысль дальше Архитектор не успел, потому что почувствовал направленные на него взгляды и ощутил нерасслышанную просьбу сказать что-нибудь Стартаперу. «Не могу я не выпить за своего друга. Будь что будет», – решил Архитектор, поднял отодвинутый ранее стаканчик с коньяком и произнес речь в стиле «Да будет мужественен твой путь, да будет он прям и прост. Я счастлив за тех, которым с тобой, может быть, по пути» 1 1 Бродский И. А., «Прощай». .

Последнее, что запомнил Архитектор, это как Стартапер подошел к нему и они обнялись.

Очнулся Архитектор ночью в своей большой квартире в сталинском доме с толстенными стенами и высокими потолками. Он ощущал одиночество и тоску, голова была мутной. Хотелось пить. Снова накатило забытье.

Через какое-то время Архитектор понял, что он в кладовке и достает старую дубовую резную шкатулку с выцветшей картинкой на крышке: Аленушка и козленок… «Нет-нет-нет, этого ведь нельзя делать! Ни в коем случае! Не вздумай открывать ее!» – сказал ему голос разума, но Архитектор уже вставил взявшийся откуда-то маленький узорчатый ключ.

«Опомнись, что ты делаешь!» Но до его затуманенного алкоголем мозга долетел только звук щелкнувшего замочка. Архитектор поднял крышку. Внутри лежал толстый конверт формата А4, на котором большими печатными буквами значилось: «НЕ ОТКРЫВАЙ!!!»

Едва Архитектор начал рвать конверт, как раздались слова песни Two for tragedy группы Nightwish. «Решили отвлечь меня? Дешевый трюк», – хрипло сказал кому-то Архитектор и решил не брать трубку. Выжидал, пока телефон замолчит, чтобы продолжить раздирать конверт – не хотел, чтобы звук отвлекал его, но Тарья продолжала петь.

«Да что ж такое!» – сказал Архитектор и листнул зеленый слайдер. В телефоне раздался голос Стартапера: «Ты как? Дома? Добрался?» Архитектор что-то нетерпеливо мычал в ответ, пока Стартапер продолжал: «Грустно… Не забывайте меня там. Если вдруг нужна будет какая-нибудь помощь – звони сразу». Архитектор молча кивнул, забыв, что собеседник его не видит. «Слышишь? Я сразу приеду и помогу».

«Когда же он уже закончит», – думал Архитектор.

Наконец, отложив смартфон, Архитектор оторвал белую полоску и вытащил содержимое: перевязанную алой ленточкой свернутую пачку листов.

Внезапно Архитектора охватил ужас. Он оглянулся, но за спиной лишь зловеще молчала пустая квартира. Когда-то произошло нечто ужасное, связанное с распечатками в конверте. Память отказывалась вспоминать. Работала защитная реакция мозга – как у людей, переживших сильный стресс. Но Архитектор все равно знал. Знал, что прошлое хранит в себе кошмар.

У Элла и Тани почти сразу завязались романтические отношения, они писали друг другу письма, как многие влюбленные.

Таня – Эллу

«Я к вам пишу, чего же боле…» 2 2 Пушкин А. С., «Евгений Онегин». Ощущение сейчас именно такое. Тяжело писать полноценные письма, когда стало привычно общаться в ритме вопрос-ответ. Чаты съедают огромную часть того, что мы могли бы сказать друг другу, если бы позволили себе более длинные предложения. В них гибнут оттенки множества эмоций, которые невозможно передать с помощью отрывисто лающих сообщений, ежедневно отправляемых друг другу. И даже смайлики не спасают положение. Как жаль, что лучшие изобретения делают нас ленивыми и поверхностными. Как жаль, что мир стал необычайно стремительным и в нем просто не хватает времени на то, чтобы романтичные глупенькие Татьяны писали свои девичьи наивные письма и у окошка ожидали ответа. У современных Татьян нет часика-другого на меланхолию, они не тратят дни на ерунду, пытаясь успеть все, что положено успевать в быстро меняющемся обществе. То же касается и современных Онегиных. Интересно, о чем мог бы написать Александр Сергеевич сегодня?

Мне нравится, что наши с тобой отношения не несутся с бешеной скоростью, сметая все на своем пути так, что их участники, мельком проглядев проносящиеся пейзажи, в итоге не могут понять, где же они очутились и как их туда занесло. В наших отношениях есть та неторопливая чувствительность, даже сентиментальность, о которой в глубине души мечтает каждая девушка.

Да, мы оба неидеальны, как неидеальны живые люди, а не герои романа о большой любви. Может, мы не до конца верим в эту самую любовь, в возможность ее существования. Но для меня встреча с тобой – шанс расширить собственную палитру чувств, хоть и кажется зачастую, что своими чувствами ты пренебрегаешь. А ведь реальная жизнь невозможна без них. Ты привык принимать любовь и внимание как единственный ребенок, но сам остаешься рассудочным. Боишься? Не знаю. Знаю лишь, что закрытый котел при кипении способен взорваться.

Элл – Тане

Вольность и покой – замена счастью. Так часто думал я. Иногда напоминаю себе об этом и теперь. Чувства – то, что плохо поддается дрессировке, то, что делает нас податливыми и беззащитными. Не всем хочется выставлять себя напоказ. Чувства принуждают именно к этому.