Елена Харина - Соза

– Издеваешься? – мать позвонила опять. Она была в бешенстве.

Он только что поднялся на свой третий этаж. Первый раз за неделю вышел. Ходить надо обязательно. Альберт тяжело дышал. Он отодвинул микрофон в сторону, чтобы она этого не слышала. Сжимал в руке ключ от входной двери и думал о том, что за дверью его ждет стул, который он оставил там уходя.

– Чего ты молчишь? Альберт! – не унималась мать, – с работы вылетишь, можешь забыть мой номер телефона!

Она бросила трубку, что выражало, обычно, крайнюю степень ее возмущения. Ключ, большой с тремя длинными зубцами, нагрелся в его ладони, и он сжал его так сильно, как только мог, загоняя эти гребаные зубцы прямо себе под кожу.

Он побултыхал кисть в банке с водой и промокнул салфеткой. Раздался стук в дверь, но Альберт не отреагировал. Дверь скрипнула и приоткрылась. Егор нерешительно просунул голову:

– Альберт, ты хоть живой тут?

– Угу.

– Так чего не выходишь совсем?

Егор потоптался на пороге и вошел. Прикрыл распахнутое настежь окно и подошел к столу, за которым сидел Альберт. Повсюду стояли банки с водой, валялись тюбики с краской, кисти и скомканные листы бумаги. Альберт часто делал наброски, которые без всякой жалости комкал и швырял куда попало.

– Рисуешь что ли? – Егор заглянул через плечо и присвистнул, – ну ни фига ты намастрячился.

Альберт отодвинул небольшой холст и откинулся на спинку:

– Глаза совсем убил, – он пододвинул банку, служившую пепельницей, и достал сигареты, – вначале не выходило, промучился с ним. А потом как понеслось.

Он бросил взгляд на холст, на котором был изображен мальчик лет семи. Ребенок сидел на корточках, а голову запрокинул вверх, как будто кто-то подошел и окликнул его.

– Ну как живой, ей Богу, – Егор тоже закурил, – на тебя что ли похож… или ты это и есть?

– Нет, – Альберт размял шею и уставился в окно.

– Слушай, – Егор вздохнул, – ты бы как-то встряхнулся что ли… жизнь-то надо в руки брать, – он помолчал и не дождавшись ответа спросил, – ты хоть слушаешь, что говорю?

– Не буду я ничего делать. Тупик у меня. Вот здесь, – он положил ладонь на грудь и усмехнулся, глядя на Егора, – если Бог там еще имеет на меня какие-то планы, то пусть сам все решит.

– Хм, – Егор неопределенно тряхнул головой, – ты что это теперь… в религию что ль ударился?

– Не в религию.

Альберт тяжело поднялся и сделал шаг, но нога подогнулась, как ватная.

– Не в религию, – со злостью повторил он, хватаясь за стол – на Бога положился.

– Ну на Бога так на Бога, – примирительно сказал Егор, подставляя плечо, – куда тебя?

– Да вон на кровать. Поспать хочу. Сутки не спал. Ты иди. Это всегда так, когда сижу долго. А потом ничего, проходит.

Егор помог ему добраться до кровати. Потом постоял какое-то время посреди комнаты, качая головой и цокая языком.

– Да иди уже, – проворчал Альберт, – чего встал тут?

– Я вот что подумал, – сказал Егор уже на пороге, – У меня приятель есть. Он на Невском этими самыми, – он кивнул на рисунок с мальчиком, – картинками торгует. Так может я к нему забегу? Покажу твою. А вдруг возьмет? Там все-таки поболее чем на этих твоих портретах заработать можно.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

барак со строгими условиями содержания