Дарья Ганыч - Невидимка

– Том, ну расскажи ещё что-нибудь, пожалуйста! – упрашивала я, когда мы с ним закрепляли снасти.

– О чём же? – устало спрашивал матрос – Ты уже всё слышал.

– А русалки правда существуют? – настаивала я.

– Правда. – коротко отвечал он.

– И ты их видел? Как они выглядят? – не унималась я.

– Эх, Дар… – со вздохом отвечал Том – не дай Бог кому-то из нас узнать, как они выглядят…

– Но не может быть, что никто после встречи с ними не выживает. – рассуждала я. Том вопросительно на меня взглянул и я продолжила. – Ведь если бы никто не выживал, не могло бы взяться и рассказов о русалках. Откуда, например ты знаешь, что они правда существуют, если ты их никогда не видел, а те, кто видел – мертвы?

Я вопросительно посмотрела на Тома. Матрос явно был сбит с толку подобным умозаключением. Не найдя, что ответить он сказал, спустя паузу:

– Не мучай старого матроса, Дар… Следи лучше за снастью.

Я выждала минутку, но лишь за тем, чтобы задать вопрос, который старалась задавать всем своим знакомым.

– А что значит имя Томас?

Матрос удивлённо взглянул на меня.

– А оно должно что-то значить? – переспросил он.

– Анабет говорила, что у любого имени есть значение. – настаивала я.

– Значит у моего нет. – отмахнулся Том.

Спорить с этим человеком было бесполезно, я и не стала, но решила, что обязательно должна узнать значение его имени, когда мы вернёмся.

С постоянно меняющимся составом команды сдружиться с кем-то ещё было проблематично. Однако в этом плавании мне запомнился ещё один матрос – Алан. Запомнился с первой же встречи, тем, что у него не было одной ноги, и он слишком уж походил на злобного пирата из сказок Энн. Но, как оказалось, не такой уж он был и злобный, и, впоследствии, найти с ним общий язык не стало проблемой.

В первый же день выяснилось, что капитан не стал изменять себе и нашел-таки способ сэкономить. Оказалось, что он нанял нам в защитники совсем молодых (и не сильно опытных) ребят, только что окончивших академию. Та ещё весёлая компашка, если не считать их пары хмурых начальников. Но, как оказалось, они, в основном, коротали дни за кружкой эля и партией в карты, в то время как их подчинённые были предоставлены самим себе и разгуливали, где хотели. Надо отметить, что с дисциплиной у них всё было в порядке, так что повседневной жизни матросов они не мешали. Некоторые даже предлагали свою помощь – делать то нечего. Вот тогда я с ними и познакомилась.

Фред, Колин и Седрик дружили ещё с академии. То ещё трио… Они подошли, когда я безуспешно пыталась дотянуться до крепёжного троса. Безуспешно, потому что с ростом, как и в детстве, у меня не всё было в порядке… Они окружили меня с трёх сторон. Все почти на две головы выше, широкоплечие, да ещё и со шпагами за поясом. В первый момент я не на шутку испугалась, и начала уже по старой привычке продумывать пути отхода. Но тут один из них, с лицом усыпанным веснушками, лучезарно улыбнулся мне, а другой, красивый парень с золотистыми кудрями до плеч, протянул руку и достал трос, до которого я не могла дотянуться.

– Спасибо… – пробормотала я, завязывая нехитрый морской узел.

– Обращайся если что. – ответил тот. – Я Колин. Колин Хетч. А это Фред Стендфилд и Седрик Блейт. – Представил он по очереди своих друзей.

Седрик Блейт был самым высоким в трио. Его тёмные прямые волосы были ровно подстрижены. Правильные черты и постоянно серьёзное выражение предавали лицу благородства, а идеально ровный нос и серебристо-серые глаза лишь усиливали это.

Черты Фредерика Сендфилда были мягче. Юноша с вечно смеющимися карими глазами, огненно-рыжей копной волос, торчащих во все стороны и лицом, усыпанным веснушками всей своей внешностью располагал к себе.

Коллин Хэтч был заметно ниже своих товарищей, возможно от того, что он слегка сутулился. Однако это не сильно портило его внешность. Широкоплечий, голубоглазый, с золотистыми длинными кудрями, небрежно падающими ему на лоб, он притягивал взгляд, который невольно задерживался на нём.

Я пожала протянутые мне руки и представилась.

– Меня зовут Дарий Коллинс. Но лучше просто Дар.

– Коллинс? – переспросил Фред. – Ты сын капитана?

– Приёмный. – ответила я. – Я сирота.

– Нам жаль. – сказал Седрик. – Должно быть это тяжело…

Я пожала плечами.

– Что именно? Быть сиротой или сыном капитана Коллинса?

Фред и Колин рассмеялись, Седрик лишь слегка приподнял уголки губ.

– Сиротой. – уточнил он.

– Я не помню своих родителей. – сказала я и впервые в жизни почувствовала привкус горечи в своих словах.

– Значит, тебя растил капитан? – спросил Колин.

– Нет, я хожу с ним только последние шесть лет.

Ребята удивлённо переглянулись.

– А до этого? – спросил Фред.

И тогда я впервые поделилась своей историей. Я старалась говорить кратко, но эта троица оказалась очень благородными слушателями, и довольно любопытными. Они часто спрашивали, и в какой-то момент я даже начала получать удовольствие от нашей беседы. До них никто ещё так искренне не интересовался моим прошлым. Даже капитан Коллинс предпочел оставить в тени ту часть моей жизни. Он пытался уверить меня в том, я вела себя недостойно, поэтому о моём детстве на корабле вспоминали редко. Но сейчас, видя какое неподдельное восхищение вызвала моя, хоть и сильно сокращенная история, у этих троих ребят, я впервые в жизни подумала – а что я такого собственно сделала? Всего лишь пыталась выжить…

– Дар! – громкий голос капитана резко прервал наш разговор.

Я подскочила с бочки, на которой уже успела с комфортом расположиться и неумело сделала вид что работаю.

– Тебе было приказано шкоты закреплять, а не лясы тут точить! – строго сказал капитан.

– Простите, сер. – вмешался Фред. – Это мы его отвлекли расспросами.

– Отставить оправдания! – прикрикнул на него Коллинс. – Я искал тебя, Дар, не для того, чтобы нотации читать. Сегодня уроков не будет. Доделывай работу на палубе и можешь быть свободен.

– Как это не будет уроков? – расстроилась я.

– Мистер Шелл не очень хорошо себя чувствует. – коротко сказал капитан, и собирался уходить, но тут заговорил Седрик.

– Капитан Коллинс, сер. Мы могли бы взять на себя его обучение, если вы не возражаете.

Капитан слегка приподнял бровь, но Колин и Фред с таким энтузиазмом поддержали товарища, что он всё же согласился. С того момента моим обучением занялись ещё и юные академики, а список предметов, что я изучала с капитаном и мистером Шеллом, пополнился. Колин взял на себя математику, в дополнение к которой обучал меня физике и основам экономики. Седрик учил меня географии, французскому языку и латыни. Фред, обожающий историю, взял на себя этот предмет.