Milla Smith - Судьба амазонки

– Пусть тебе счастье принесёт, – искренне пожелала Архи. – Ты мне тоже настоящий подарок преподнёс. Я опять чувствую всю эту красоту: сказочные деревья в снегу, небо, облака, луна…

Мальчик испуганно покосился на молодую воительницу. Уж не сошла ли она с ума? Луна? В полдень? Он некоторое время боялся обратиться к ней. Тишина нарушалась лишь воем далёких ветров и призывным ржанием затосковавшей по хозяйке Бабочки.

Костёр погас, ребёнок начал мёрзнуть и осторожно покосился на спутницу. Девушка безумной не выглядела и к тому же спокойно предложила:

– Давай я тебя до дома довезу поскорее и сама к подругам поеду. Дела в последнее время накопились, пока я не о том мечтала. Надо их решать. Спасибо тебе.

Архелия обернулась и пристально посмотрела на тёмную расщелину в отвесной стене горы.

Дочь барона возвратилась в их временное пристанище на рассвете. Медленно проезжала она мимо устроившихся на ночлег под открытым небом женщин-просительниц. Получив отказ у Архи, они никуда не уходили, потому что им некуда было идти. Дежурившие у костров бродяжки сонными глазами провожали воинственную всадницу. В них светилась надежда и мольба. Теперь обмануть ожидания этих несчастных новообращённой не позволял данный в пещере обет служить богине. Архелия въехала во двор, заваленный брёвнами для постройки нового дома. Услышав топот копыт, навстречу выбежала Коринн:

– Где ты была? Мы все волновались за тебя.

– Потом расскажу, – Архи устало слезла с лошади и доверила её заботам подруги.

Пройдя в дом, она увидела привычную картину: девушки спали, хозяйка уже поднимала дочерей на работу, приветливо горел очаг. Казалось, ничего не изменилось в привычном укладе, но всё же… Изменилась Архелия, и теперь жизнь соратниц пойдёт по новой колее, но сможет ли она убедить их последовать за ней?

Дочь барона сняла оружие и, не раздеваясь, легла на своё место. Ида покосилась на девушку, но приставать к ней с вопросами не решилась. Впервые за время, прошедшее со дня бегства из родного дома, дочь барона уснула спокойным и безмятежным сном. Таким она спала только в далёком детстве, когда была в полном согласии с миром и собой.

Её разбудили громкие голоса. Подруги на повышенных тонах говорили с пришедшим человеком. Архелия потянулась и прислушалась, стараясь разобрать слова. Вставать не хотелось. Кто-то требовал, чтобы девушки-воины немедленно приехали в селение. Там снова хозяйничала банда Руда, привычно обиравшая местных мирных жителей. Мужчины, подчинявшиеся власти старейшин, конфликтовать не хотели. Прогнать незваных гостей предлагали девушкам, обитавшим в их землях на птичьих правах.

Ортрун раздражённо вошла под тесные своды хижины и встретилась глазами с Архелией.

– Дождались, – подытожила она.

– Я всё слышала. Пойдём, раз зовут. Сколько я спала?

– Дело к вечеру.

Дочь барона вышла наружу и успокоила посланного:

– Придём, ждите.

– Рыжий ждать не будет, – посланец гневно сверкнул глазами.

Коринн и возвышающийся за спиной девушки Горек удивлённо посмотрели на предводительницу.

– Там семь человек. Нас мало, – осторожно заметила подруга.

– Надо помочь людям. Нам позволили остаться на условиях, что мы будем давать отпор залётным шайкам.

Архелия явственно ощущала, как тепло исходит от золотой лунулы на груди и распространяется по всему телу. Бодрость быстро вернулась к молодой женщине.

– В твоём положении нельзя драться. Это безумие.

– Хватит убегать. Пора найти своё место под солнцем и… луной.

Соратницы больше не задавали вопросов. Они оперативно собрались, и четверо всадников скоро выехали из старого дворика, направляясь в сторону центра селения. Горек отправился пешим, но его широкий шаг помогал ему не отставать от ехавшей верхом Коринн.

На небольшой площади стояла повозка, нагруженная доверху разными припасами и вещами. Люди покорно приносили всё, что требовали от них бравые молодцы, возглавляемые рыжим носатым главарём. Появление группы вооружённых людей явно не входило в их планы. Воительницы и Горек остановились поодаль и выжидающе смотрели на действо. Шайку раздражало присутствие лишних смотрителей, главарь отделился от своих парней и направился в сторону пришедших.

– Кто вы такие? Вы не люди графа.

– Мы легко можем их заменить. Вопрос: кто вы такие?

– Не ваше дело. Я сегодня добрый, проезжайте мимо.

– А я начинаю злиться. Вы грабите моих земляков-соседей, а значит, и меня.

– Что-то не припомню. Вас здесь раньше не было?

– К счастью для вас, не было.

– Наглая девочка, – Руд обратился к своим людям. – Надо проучить.

Рыжий бегающими глазками оглядел площадку, готовясь к нападению. Заметил он, что и жители деревни не теряли времени даром. «Серая толпа» незаметно вооружалась по своему усмотрению. Мужчины взяли в руки кто оглоблю, кто мотыгу, кто топор. Обстановка накалялась. Главарь внутренним чутьём заподозрил неладное. Он пристально посмотрел в глаза Архелии, та взгляд не отвела. «Не отступит», – понял он. Увидев, что придётся иметь дело не с одними только странными защитницами, главарь разумно решил отступить.

– Хорошо, мы уйдём.

– И больше мы вас тут не увидим, – спокойно подсказала Архи.

– Ошибаешься, – сквозь зубы процедил рыжий и дал знак шайке следовать за ним.

Зло склонило голову, но не сдалось. Разъярённые провалом дела семеро бандитов проскакали мимо Архелии. Повозки с награбленным остались стоять на месте. Жители деревни проводили грабителей долгим взглядом и принялись разгружать своё добро. Благодарностей дочь барона не приняла:

– Они больше испугались вашей готовности вступить в бой. Наше появление оказалось чисто символическим. Нужен был толчок к действию.

Позвавшие девушек старейшины были не на шутку встревожены. Они раньше из осторожности не пытались сопротивляться откровенному грабежу залётных вояк. Вся тяжесть падала, конечно, на плечи односельчан, вынужденных кормить непрошеных гостей. Миролюбивые крестьяне тоже не могли постоять за себя, не организованные своими вождями. Каждый поодиночке не способен был защитить семью. Воительницы послужили катализатором маленького бунта.

Старейшины были уже не рады, что позволили девушкам одержать верх. Их попросили остаться и участвовать на совете, где присутствовали самые уважаемые и зажиточные жители селения. Первым заговорил седовласый старик, занявший место главного:

– Сегодня мы впервые восстали против давно установившегося порядка. Шаткое равновесие нарушено. Чем грозит нам наша опрометчивость? Не подорвали ли мы безопасность нашего селения, позволив юным девам устроить распрю?