Milla Smith - Судьба амазонки

– Позвольте, не по вашему ли указанию мы влезли в разборки? – Архелия кипела от негодования. – Мне кажется, что заведённые вами «порядки» как раз и не обеспечивают безопасность доверившихся вам людей.

– Не накликать бы беды, – мягко прервал воительницу старик. – Мы на краю земель графа. Почти ничьи. Кто поможет нам, если люди Руда вернутся, собрав побольше сил?

– Если воины графа не могут вам помочь, зачем вы платите налоги? Вас обирают со всех сторон. Вы истощите свой род!

– Вы молоды, не вам судить, – привёл он довод, который является последним в споре, если крыть нечем.

Собравшиеся зашумели, обсуждая событие. Дочь барона оглянулась вокруг и почувствовала поддержку окружающих. Она продолжала:

– Хорошо. Я отправлюсь к графу, с вашего позволения, и заручусь его согласием на защиту селения. Если вы не побрезгуете принять помощь от таких воинов, как мы. Я обязуюсь не нарушать ваших устоев, но в пределах своего двора мы будем жить по собственным законам. Вы можете спокойно трудиться, мои соратницы станут вашими верными сторожами.

– Хорошо. На том и порешим… Но сперва вы получите разрешение графа на защиту нашей деревни и пребывание здесь. Мы о вас ему уже сообщили – он ждёт визита. Итак, а затем…

– Мы сделаем, как вы советуете.

– Значит, вы согласны подчиняться решениям совета? Надеюсь, что вы будете и далее давать отпор нашим врагам под нашим руководством, – удовлетворённый ответом Архелии старик старался выбить из воительниц побольше обещаний.

– Оберегая ваши дома, не будем забывать и своих интересов. У нас тоже врагов хватает, сельчан звать на помощь не будем. Если не пожар… И ваше руководство нам не нужно, мы подчиняемся своим сердцам, но, смею уверить, в них царит Правда.

– Правда у каждого своя, – с досадой в голосе заключил мудрый старик.

Он был слегка разочарован, что неопытная в вопросах политики и управления девушка не попала легко в сети его замыслов. Её красивые слова ничего не обещали лично старому вождю, но собравшиеся встретили их благосклонно. Продолжать переговоры дальше не имело смысла. Каждая из сторон была частично удовлетворена достигнутым. Девушки, продемонстрировав свою силу, мирно вернулись домой. Они снова с головой окунулись в обычные будни, посвящая их труду, заботам по устройству нового жилища, которое достраивали им местные мастера, и редким тренировкам.

Архелия перестала отказывать просившимся к ним женщинам. Она честно предупреждала, что, войдя в их маленькое сообщество, несчастные получат не только кров, но и новые проблемы. Дочь барона предоставляла им нелёгкий выбор: уйти скитаться дальше и умереть в дороге или примкнуть к воительницам и стать такими же. Численность женского поселения неуклонно росла. В мире хватало горя и войн, сгоняющих людей с насиженных мест. Они брели по пути скорби. Историю вершит жестокость. Архелия щедро вкладывала в пропитание и строительство деньги, предусмотрительно данные ей матерью. Однако источник иссякал, а новых поступлений не предвиделось… Всё чаще мысли предводительницы возвращались к мистической пещере. Что-то там было. Откуда взялось на её шее массивное украшение, согревающее на пронизывающем ветру? Подруги как могли отговаривали Архелию от повторного посещения опасного места. Ортрун как-то предложила:

– Давай мы съездим обратно в лес отца. Там есть небольшой семейный тайник. Может, что-нибудь осталось. Разживёмся хотя бы оружием. Люди прибывают, надо их обучать, одевать, вооружать. Нахлебников мы не потянем. Пусть отрабатывают. Выучим их за зиму. А весной все войны начинаются… Наймёмся, подзаработаем.

Архелия отпустила разбойницу в дальнюю поездку. Её сопровождал Горек, который сперва никак не соглашался покинуть свою «богиню» даже ненадолго. Решительный приказ Коринн поверг его в уныние, и великан безропотно выехал вслед за повозкой, которой управляла Ортрун.

– Всем покидать дом нельзя, – постаралась утешить предводительница подозрительно взгрустнувшую Коринн.

Девушка привязалась к своему почитателю, но не любила. Время, возможно, исправило бы досадную ошибку богов. Архелия видела, что великана щедро одаривают заинтересованными взглядами многие из новоприбывших женщин. Горек в своей безудержной и чистой страсти не способен был заметить других претенденток на своё сердце.

Великан бескорыстно помогал осваивать азы воинской науки новобранцам. Он обучал их владению некоторыми приёмами боя, верховой езде, стрельбе из лука. Самостоятельно мастерил мишени и деревянные мечи, с которыми упражнялись девушки. Многие с удовольствием осваивали незнакомое дело войны под руководством добродушного громилы. Он требовал достаточно точного выполнения своих указаний и не давал поблажек неопытным наездницам. Бывший лесной богатырь помогал вылетевшим из седла девушкам подняться и ловил их ускакавших лошадей, пока сброшенные потирали отбитые бока. Жертв при его обучении пока не было, что не могло не радовать. Архелия наблюдала за ними издалека, ей досталась роль координатора жизни в растущем поселении, что отнимало много сил у будущей матери.

Как-то дочь барона подошла к Гореку, чтобы узнать его мнение.

– Как ты думаешь, они смогут участвовать в военных кампаниях и заработать на жизнь себе и детям?

– Это невозможно. Я одним ударом уложу троих. Ты пошлёшь их на верную смерть.

– Ты и троих мужиков одним ударом уложишь, – рассмеялась Архи. – Но я с тобой согласна: чтобы победить в поединке, их надо посылать двоих на одного.

– Ничего себе «поединок», – настала очередь улыбнуться великану. – Постараюсь их выучить получше. Жалко, если ни за что пропадут.

– Кто верит в победу – побеждает.

– Трудно будет заставить их поверить в себя.

– А в помощь богов?

– Тогда быстрее проникнутся. Если они смогут доверять им, не задумываясь…

– Я нашла им покровительницу. Она поможет.

– Её зовут Коринн? – со скрытой надеждой в голосе поинтересовался великан. Он был готов служить только своей «богине» слепо и безрассудно.

– Нет, – разочаровала его Архелия. – Моя защищает только женщин.

Горек приуныл: он тоже был не прочь заручиться поддержкой какого-либо божества в своих сердечных делах. Дочь барона решила ободрить его и наобум добавила:

– Если мужчина искренне любит одну из женщин, то и на него распространяется покровительство моей богини.

Большего Архи не могла обещать великану, но ему было достаточно и призрачной надежды. Он с новым рвением принялся за обучение девушек, надеясь, что Коринн одобрит его, а высшие силы благословят.

Архелия вернулась в их новых домик. Недавно построенный, он пах свежей древесной смолой. Девушки и вдова с детьми перебрались в новое жилище, а на месте их хижины теперь возводились стены просторного барака для остальных девушек-воительниц и немолодых «кормилиц», которых так прозвали за то, что они отвечали за обеды постоянно тренирующихся юных амазонок. Поварихи стали неотъемлемой частью их быта. Дочери барона пришлось смириться с тем, что принимать в их сообщество придётся не только горячих и рьяных молодок.