Сергей Буянов - Рандолевый катран

– При вашей активности, очень сложно будет вернуть вас к прежнему состоянию.

– Какой ещё активности?

– Но вы же сказали, что можете и имеете по две женщины в сутки.

– Ничего такого я не говорил!

– А как с вопросами о цветах? Помните, что отвечали о розах?

– Да, – Волконский понял. У этих китайцев учился сам Фрейд, не иначе! Выходит, он наговорил о себе больше, чем на исповеди!

– Так вот. Необходим курс акупунктуры. Краткий, но почасовой. Нельзя прерывать, тем более опаздывать хотя бы на минуту! Для этого придётся оставить вас здесь.

– Жить в этом кабинете?

– Чего не сделаешь для здоровья?

– Когда начнёте, доктор?

– С завтрашнего утра.

– Ас сегодняшнего вечера нельзя?

– Пусть так, – согласился китаец. – Запаситесь терпением и приступайте!

– А услуги, еда и прочее, как с этим?

– Вы можете заказать себе пищу из любого ресторана. Только заносить будут исключительно мужчины. В течение трёх суток вам нельзя не только прикасаться, но и смотреть на женщину.

– Хорошо. Какова цена моего заточения?

– О цене договоримся. Думаю, дорогой князь, вы не бессребреник.

– Ещё маленький, но важный вопрос, доктор, – Волконский указал взглядом на набор игл с ужасающими длинными пружинами. – Это станете втыкать в член?

– Что вы? Исключительно в спину. И то не много и не надолго.

– Согласен, – сказал Волконский так, будто решал судьбу мира.

Китаец развёл руками.

– Жду вас к десяти вечера! – сказал Син Лун на прощание.

Волконский кивнул. Китаец заметил, как дёрнулись мышцы шеи пациента. Улыбнулся нейтральной китайской улыбкой и довольно-таки крепко пожал руку.

Через полчаса Нина Петровна с Валентиной сидели у китайца в кабинете.

– Что вы будете делать с моим мужем?

– Общеукрепляющий курс лечения. Его проблемы я решить за трое суток не смогу.

– Вряд ли кто её решит, – тихо сказала Нина Петровна.

Китаец хорошо слышал, но промолчал.

– А что вы можете сделать, дорогой Син Лун? – спросила Валентина.

– За деньги, которые вы внесли, плюс доплатит сам князь, – китаец посмотрел на манекен мужчины с многочисленными лампочками, обозначающими точки для акупунктуры, – можно сделать так, чтобы он не имел побочных связей.

– Как! Чтобы он совсем не мог ни с кем, кроме жены?

– Это обещают колдуны и маги. Я хоть и выучился на волшебника, такого не скажу. Но можно сделать так, чтобы влечение к женщине у пациента наблюдалось в строго определённое время суток. Например, в десять вечера. Или в половине двенадцатого.

Валентина кивнула.

– Нет! Нет! – замахала руками Нина Петровна. – Извините за всплеск эмоций, но мне тогда его совсем не достанется!

– Тогда хотя бы сделайте, чтобы у него не было постоянной тяги к чужой бабе!

– Валентина!

– Что, Нина Петровна? Я что-то не то ляпнула?

– Я могу сделать, чтобы не было тяги вообще. Или никак.

– Не надо ничего делать! Я вам заплатила за трое суток полной изоляции, не так ли? Так и устройте эту изоляцию!

– Не волнуйтесь, Нина Петровна! К нему в комнату и муха не залетит!

– И свою дочку уберите на это время! – сказала Валентина.

– Её-то зачем?

– Мы заплатим за все издержки! – поддержала Волконская.

– Но я уверен…

– Вы не знаете этого человека!

– Судя по тестам, он никогда не станет вступать в близость с женщиной против её желания.

– А вы протестируйте свою дочь! И я готова поспорить, что согласитесь убрать её куда подальше! – заявила Валентина.

Китаец улыбнулся. Тестировать дочь он не собирался, но желание клиента закон! Он отправит дочь в командировку за благовониями в Тибет.

– А если он угробит Сашу? – спросила Нина Петровна у подруги после разговора с китайцем.

– Нашего князя угробить невозможно и сотне китаёзов! Нам нужно что? Зрелые стерватозоиды. Мы их получим! Главное, чтобы китаец сказал, что первой нужно поиметь законную жену. Они мастера пудрить мозги, как-нибудь сумеет доказать Волконскому.

– Да он уже сто раз предупреждён.

– Тогда нам не о чем горевать!

Волконский устроил себе командировку на трое суток. Куда и зачем – это не касалось никого. Вряд ли в его отделе нашёлся бы человек, интересующийся шагами начальника. Даже вызовы по "прямой трубе" Волконский отключил. Велика радость, отвечать на вопросы президента, имея дюжину иголок в пояснице!

Оставалось несколько часов до добровольного заточения. Князь представлял, что его ожидает полное воздержание. Поэтому первым делом Волконский просмотрел свой календарь. Ни одной подходящей женщины! Самые лучшие в ауте. Так он называл их "праздничные дни", красные дни календаря. К новеньким князь боялся сунуться. В последнее время что-то не срабатывало. И тогда он как добропорядочный семьянин поехал к жене.

Нина Петровна приняла мужа в свои объятия с таким жаром, словно прощалась с ним навсегда. Волконскому вспомнились их первые встречи, когда он оседлал изголодавшуюся кобылицу – страстную и неуёмную, готовую к любым импровизациям.

Князь провёл в постели втрое больше времени, чем полагал. Поэтому он, отказавшись от ужина, наскоро попрощался с женой и двинул к Лине. Пусть она в последнее время не очень-то довольна им, но выбирать не приходится.

Волконский влетел в съёмную им квартиру, намереваясь за пять-семь минут сделать свой дело и мчаться к доктору китайцу. Лины дома не оказалось.

На столе лежала записка.

Волконский взял листок.

Альхен, со мной не всё в порядке. Извини, пришлось консультироваться с врачом. Через недельку поправлюсь, обещаю. Лина.

Волконский поморщился. По договорённости Лина оставляла записку только в исключительных случаях, обращаясь к нему не иначе как "Альхен". Он сжёг записку и поехал к китайцу.

Никола долго изучал подсунутую Никитой бумагу за гербовыми печатями с решением законодательного собрания района.

– Ну? – спросил наконец Никита.

– Не понукай, не запряг!

Никита фыркнул. Он махнул рукой и зашёл в избу.

– Марья Семёновна! Хоть вы ему скажите: нет никакого криминала! Чего он боится?

– А в чём дело? – спросила жена Николы.

– Вам сдают в аренду землю.

– Какую землю? На которой стоит наш дом?

– Да нет же! – Никита щёлкнул пальцами. – Угодья колхоза. Пахотные земли. Засеете ячменём, будем делать пиво. Я уже договорился об открытии пивного цеха на заводе.

– А на каких условиях?

– На самых благоприятных! – Никита достал бумаги из папки, вынул один лист и показал Марии.

– Пожалуйста, Никита, все бумаги!

– О! – взревел Никита. – Возьмите, пожалуйста, все бумаги! Изучайте! Но время не ждёт! С кем я ещё буду сотрудничать, как не с друзьями?!

– Никита, сходил бы ты погулял. Смотри, какая чудесная погода.