Варис Елчиев - 13 дней января

Отец мой работал в строительной компании. Трудился без выходных. Уходил рано утром, домой возвращался после захода солнца. Руки у него были рабочие, затвердевшие от мозолей.

Мать вела домашнее хозяйство. С утра до вечера возилась по дому: готовила, убиралась, смотрела за курами и еще уделяла внимание нашему с сестрой воспитанию.

Я окончил 8-й класс, а сестра моя – 6-й. Мы оба были на вершине счастья оттого, что начались каникулы – 112 полных радости дней. Я уже писал о том, что наша смоковница приросла к забору между нашим и соседским двором. Соседи наши по ту сторону забора – пожилая бездетная пара – продали свой дом и уехали куда-то. И очень скоро в их дворе закипела работа. Из окна в дедушкиной комнате я нередко наблюдал за стройкой, которая там развернулась. Те, кто купил этот участок, снесли лачугу бывших владельцев, срубили все деревья и кустарники и начали возводить роскошный 3-этажный особняк. Это было настоящим шедевром архитектуры с узорчатыми железными перилами на балконах, высокими дверями и резными колоннами. На окнах комнат играли лучи солнца.

Посередине двора построили огромный бассейн – одно загляденье. В углу была построена роскошная конура для собаки, из чего следовало, что у новых жильцов будут породистые псы.

Поговаривали, что этот двор купил некий Мелик-заде. Я не знал, что это за персона и чем он занимается, но полагал, что это солидный и состоятельный человек.

В середине июня особняк уже был готов. Во дворе выгрузили три мебелевоза с обстановкой для новой виллы. После этого состоялось новоселье. Было устроено торжественное открытие с развешанными разноцветными шарами, шоу-представлением с участием деятелей искусств и банкетом. Меликзаде был мужчиной средних лет, высокого роста и довольно серьезного вида. Несмотря на летний зной, он всегда ходил в костюме и надевал галстук. За ним приезжал «Мерседес» жгуче-черного цвета.

Жена его была молодая красивая женщина. За целый день у нее другого занятия не было, как давать указания прислуге, ковыряться в мобильном телефоне, плавать в бассейне и играть в теннис с девочкой моего возраста по имени Айка. Во всяком случае, ее так называли. Возможно, полное имя было что-то вроде Айсель или Айла, а может, Айтадж. Смугляночка была не сказать что красивой, но достаточно кокетливой и с «изюминкой». Только не подумайте, учительница, что я влюбился в нее. Я, как обычно, смотрел из дедушкиного окна и видел, как она со своей мамой плавает в бассейне. А когда она увидела меня, у нее вырвалось: «Чушка», и она нервно отвернулась. Это прозвище сильно задело меня. Если бы это сказал про меня какой-нибудь пацан, я бы отлупил его по полной за такое унижение. Жаль, что это была девчонка…

Пес у новых соседей был породистый – ротвейлер лоснящейся черной окраски. Целый день он бродил по двору, привязывали его лишь тогда, когда в дом приезжали гости.

У себя мы весь день говорили про эту семью. В ходе разговоров отец, указывая движением головы в их сторону, нередко произносил типа: «Говорят, он имеет доступ ко всем министерствам. Если бы удалось наладить с ними отношения, попросил бы устроить меня на приличную работу», «Вопрос с нашей ипотекой тоже он мог бы запросто решить», «Пенсионное дело деда тоже пустяковое в его руках, только бы наладить с ними добрососедские отношения». Я даже слышал, что на работе папу стали больше уважать из-за нового соседа. А мои сверстники рассказывали всякие байки о полномочиях Меликзаде и завидовали мне, как бы приплетая к нему, словно мне тоже перепадает от его полномочий. Скоро к нам зачастили родственники и знакомые, которых не помню, когда я видел у себя в последний раз. Многие обращались, чтобы отец попросил Меликзаде помочь им в решении каких-то проблем. Отец же, в свою очередь, старался никого не обидеть и всех обнадеживал. Нетрудно было понять, что он каждую минуту пытается уловить момент для знакомства с новым соседом. Но это никак не удавалось.

Иногда он обвинял маму в необщительности, якобы она мямля и поэтому не может наладить знакомство с новой соседкой. Как-то отец попытался даже уговорить сестру, чтобы та позвала их дочку (то есть Айку) поиграть вместе. На что сестра фыркнула, бросив: «Да ну их! С их то гонором…»

А первое знакомство с новыми жильцами состоялось совершенно неожиданно. Было уже начало июля.

Плоды на смоковнице начинали расти и наливаться соком. Дед срывал засохшие листья с дерева, взобравшись на лестницу, и проверял, не завелись ли насекомые на его стволе. В это время Айка подошла к дереву с той стороны забора и на полурусском-полуазербайджанском языке спросила деда, что это за дерево. Дед же радостно ответил, что это смоковница – шах деревьев.

Мой дед, как настоящий тюркский мужик, привязан к земле и семейному очагу. Такие всегда гордятся посаженным своими руками деревом, а также своим потомством. Здоровое плодовитое дерево и умный, сильный наследник во все времена считались предметом гордости для тюркского мужика. Дед охотно стал рассказывать Айке о смоковнице. Говорил, что на апшеронский сорт этой ягоды, ввиду его сочного желтого цвета тонкой кожуры, а также бесподобного сладкого вкуса, всегда имеется спрос во всем мире. Он пояснил, что едят не только свежие плоды смоковницы. Из него готовят дошаб (сгущенный сироп), варенье, а также сухофрукты. Из листьев и корней этого дерева делают настойку, что имеет целебное свойство при лечении различных заболеваний.

Девочка со жвачкой во рту слушала рассказ деда. У меня даже сложилось впечатление, что Айка с нетерпеньем ждет созревания плодов, чтобы скорее полакомиться этими волшебными ягодами.

Учительница Зумруд, в сказках все происходит быстро. Наконец, наша смоковница поспела. Дед попросил у мамы поднос, куда аккуратно сложил отборные плоды, сорванные с дерева, и отправился с гостинцем к соседям, когда вся семья Меликзаде собралась ужинать за столом у бассейна. Я, разумеется, сразу бросился к дедушкиному окну, чтобы понаблюдать, чем кончится его визит. Отец также стоял рядом, но он подглядывал тайком за занавесом.

Меликзаде, надо признаться, встретил дедушку приветливо, предложил сесть с ними. Дед мой поблагодарил и положил гостинец на стол. Меликзаде взял и отведал одну ягоду, после чего стал расхваливать нашу смоковницу. Он сказал, якобы, что наш инжир и на вид приятный и на вкус очень сладкий. А дед, в свою очередь, проявил дружелюбие и сказал, что ветки дерева перекинулись в их двор, а по обычаю, если растение прорастает во двор соседа, значит, достается ему. Так что срывайте и ешьте на здоровье!

После этого дня отец ходил в приподнятом настроении. Думал о том, как достать немного денег и навести во дворе, а также в доме порядок и пригласить новых соседей на чаепитие. Первый контакт с новыми жильцами очень взбодрил отца. Однажды даже я сам слышал, как он кому-то говорил по телефону «Да нет же, мы с ними как одна семья, часто ходим друг к другу. Будь спокоен, я решу твою проблему».