Елизавета Передерина - Церворум

Рыжеволосый парень улыбнулся и ответил на объятия девушки. Здесь, в подземелье, он был будто бы проще, чем в школе.

– Что значит не думала? А кто, по-твоему, похлопотал о твоем присутствии здесь? – он подмигнул.

Она отстранилась и нахмурила брови. Посмотрела ему прямо в его янтарные глаза.

– Меня Лит привел… – проговорила она задумчиво. Вдруг и Свеин, который пристально за ней наблюдал во дворе школы, и Розеттина одобряющая улыбка на выступлении, и странное появление Лита в ее доме пронеслись в ее голове. – Вы втроем меня обрабатывали!

Свеин засмеялся над ее формулировкой.

– Да, да. Мы все проверяли чистоту твоих намерений и умение держаться на людях. Все мини-тесты ты прошла отлично, поэтому ты здесь.

– Скажи, помимо тебя, Розетты и Лита еще кто-то был?

– Нет, только мы.

– Ну, слава Вотру. Никогда не знаешь, что ожидать от вашего Церворума.

– Теперь уже нашего. – поправил ее Свеин.

– Ага. Рассказывай, что делать. А то меня Эрика четвертует, если что-то пойдет не так.

Он снова разразился заливистым смехом. Равенна не могла узнать в этом человеке того зажатого и серьезного Свеина, с которым познакомилась во дворе школы. И эта перемена в нем ей чертовски нравилась.

– Ну, да. Она у нас дама строгая. Ну, слушай. Сейчас я буду камлать.

– Практиковать? – вспомнила девушка значение этого непривычного слова.

– Ага. Когда шаманы камлают, им нужно, чтобы за ними кто-то следил. Иногда их начинает неистово трясти, других метать из стороны в сторону, некоторые захлебываются в собственной рвоте, как бы отвратительно это не звучало. Но не волнуйся, все это происходит очень редко, обычно шаманы просто лежат на спине.

– Прекрасно… – девушка начинала волноваться – Что от меня требуется?

– Смотри, у многих шаманов (в том числе и у меня) повышается температура тела во время практики. Поэтому твоей задачей будет постоянно смачивать тряпку на моем лбу холодной водой. Это приспособление – он указал на лежащий на столике странный маленький прибор из металлического кольца, рулончика бумаги, приставленного к нему пишущего грифеля и деревянной ручки – нужен для измерения температуры бесконтактным способом. Его дедушка Арис придумал совсем недавно, так что он есть только у Церворума. – юноша направил изобретение кольцом на девушку и провернул его до щелчка. На мгновение комната озарилась ярким светом, как при вспышке фотокамеры. От неожиданности Равенна дернулась. Тут же на рулончике грифель стал выписывать цифры. – У тебя упадок сил, Рав. 36.2.

– У меня всегда температура заниженная.

– Смотри мне. – прищурился парень – Как только моя температура перевалит за 40 градусов (если такое произойдет), начинай будить.

– Ага. – девушка хотела было что-то сказать о дикости этих цифр, но передумала.

– Ну, вроде все.

Свеин зашел за небольшую ширму в углу комнаты и переоделся в длинный и свободный, кажется, шелковый балдахин. Ничего не могло стеснять его движения, ничто не раздражало кожу. Это было очень важно для удачного перемещения. Взяв у стенки большой, в ширину двух человек кусок паркета, подбитый снизу чем-то вроде парусины (видимо, чтобы его кусочки не рассыпались), положил его на пол и улегся на него сам. Пару минут он лежал с открытыми глазами, а потом произнес:

– Рав?

– Что?

– Мокрое полотенце нужно положить сразу.

– А, извини.

Быстро выполнив требующееся, она тихонько уселась на табуретку, и начала наблюдать.

Первые пол часа она каждые три минуты подбегала к Свеину и проверяла температуру его тела. Не дай Вотр, она прохлопает состояние юноши, мало ли что может произойти! Девушка нерационально истратила два рулончика бумаги. Но температура не поднималась выше 38, и следующий час Равенна просидела уже в спокойствии, лишь изредка делая контрольные замеры. И в один такой раз она заметила резкое повышение.

Активнее сменяя полотенце, она понимала, что скорее всего совсем скоро придется будить парня. И вот прибор выдал ту самую страшную цифру. Девушка не заставила долго себя ждать и начала расталкивать Свеина. Но он будто бы и не собирался просыпаться! В панике, Равенна пыталась его щипать, переворачивать, хлопнула пару раз по щекам. Но помогло только ведро холодной воды, которой она щедро облила парня с головы до ног.

– Ты совсем ненормальная? – вымокший Свеин ошалело смотрел на девушку.

– Ты не просыпался!

– Как это? А что ты делала?

– Будила. Как и всех других людей.

– Черт! Я же не рассказал тебе, как это делается.

– А что, есть какой-то особенный способ?

– Вообще-то да.

– Чудно. И как я должна была о нем узнать? – испуг за юношу обратился в злость на него. Такое обычно бывает с мамашами, которые теряют своих непоседливых детей, в страхе за их жизнь метаются в разные стороны, а когда находят, выдают им по самые щи.

– Ну, вот теперь и узнаешь. Как бы странно это ни было, тебе нужно взять и подуть со всей силы на лицо. Так углекислый газ ударит по дыхательному центру, и мозг вернется на бодрствующие частоты, что «затянет» шамана обратно.

Равенна тяжело вздохнула. Она испытала сильнейший стресс в ее жизни, ничего так сильно ее не пугало. Погрозив ему кулаком, она молча стала убираться в комнате.

***

Конфликт со Свеином достаточно быстро сошел на нет. Равенна просто не могла злиться на этого милого юношу, так напоминающего солнце, как внешностью, так и поведением. Во всем он умудрялся найти что-то хорошее или забавное, несмотря на всю угрюмость момента.

Близился день его рождения. А значит и тест. С ним усердно занимались, обучая, что и как нужно делать во время этого мероприятия. Свеин каждый раз справлялся на отлично, лишь иногда допуская незначительные ошибки, которые они собирались устранить к назначенному дню.

Однажды Равенна шла по Септеме, когда увидела столпившихся и ребят, обсуждающих что-то очень оживленно.

– Какой он красивый! И тяжелый… – Розетта взвесила в руке какой-то металлический предмет, отблескивающий на свету желтоватыми бликами.

– Да, он потрясающий… – проговорил Свеин, принимая его у девушки.

– Что случилось? – хоть у нее и была целая куча недоведенных дел, Равенна не могла не остановиться и не полюбопытствовать.

– Привет, Рав, глянь, что Главная подарила Свеину в честь его дня рождения! – восторженно прокричал Майк.

– У тебя день рождения? А почему не сказал? Я бы подарок подготовила. – раздосадовалась Равенна, она очень хотела бы сделать что-то приятное другу.

– Не волнуйся, мне ничего не нужно. Но только посмотри какая красота! – он вложил в ее руку странный, действительно тяжеловатый предмет.

Это был кастет. Прекрасно выполненный. На блестящей поверхности аккуратно и со вкусом было выгравировано узорчатое изображение головы оленя, от которой отходили раскидистые рога. Казалось, на него можно было смотреть вечно…