Журнал - Критическая Масса, 2006, № 4
- Название:Критическая Масса, 2006, № 4
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Журнал - Критическая Масса, 2006, № 4 краткое содержание
Рецензионно-аналитическое обозрение «Критическая Масса» — это уникальное периодическое издание, издаваемое Фондом «Прагматика культуры» с декабря 2002 года. Журнал изначально предпринял попытку новаторского самоопределения внутри ниши интеллектуальной периодики. В плоскость критической оптики на этот раз попадает не столько собственно современный литературный процесс, сколько «общая» социальная фактура, семиотическая множественность, размытая в повседневности.
Для «КМ» нет тем низких или высоких, так как его (журнала) рефлективная способность позволяет переваривать любое культурное сырье с должным интеллектуальным аппетитом и в благородной компании. Авторы —именитые интеллектуалы, реализованные в разных гуманитарных сферах и проектах, но на страницах «Критической Массы» проявляющие свои свободные от форматов позиции.
Главное достоинство журнала в том, что в «составе» его тем не последнее место уделяется анализу культурных фактов с точки зрения их «экономики» — не в строго дисциплинарном смысле, а в значении ресурса их происхождения и приятия потребителем. Анализ коммерческих культурных продуктов делается с поэтическим остроумием, тогда как некоммерческие артефакты разглядываются сквозь лупу денег. «Критическая Масса» — свободная публичная площадка, принимающая стилистику современности, и, как нам кажется, в меру своих сил оттачивающая ее.
Критическая Масса, 2006, № 4 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
БисхоффНо нельзя спрятаться от повседневной жизни, приходится ее учитывать, как и других людей вокруг!
БоулзНо что такое повседневная жизнь?
БисхоффВаши чувства и ощущения.
БоулзНет, повседневная жизнь — это работа. Так мне кажется. Просыпаешься утром и начинаешь ее делать, вот что такое повседневная жизнь! Ну, конечно, этим все не исчерпывается. Тебе нужно есть, дружить с кем-то, не со многими людьми — иначе не сможешь работать.
БисхоффВедь курение кифа было важно и для вас тоже: может быть, для вашей литературной работы?
БоулзСовсем не было важно! С кифом было легче сосредоточиться, я не так волновался. Не знаю, может для кого-то это и плохо, на всех действует по-разному. Многим это совсем не дает работать.
БисхоффКиф активирует воображение, возникают видения?
БоулзНу уж точно не видения!
БисхоффВы согласны с тем, что задача литературы — говорить правду?
БоулзНе знаю… Говорить правду? Но ведь не в буквальном смысле, фактическую правду, нет. Можно сказать больше правды, если говоришь поэтическую правду, а не буквальную.
БисхоффС другой стороны, может ли литература лгать?
БоулзЛгать? Зависит от того, хорошо ли это у тебя получается. Многие замечательные книги — это всего лишь ложь: то, что никогда не случилось и случиться не могло. Но, если говоришь это особым образом, возникает более ясное ощущение реальности, чем от запротоколированной правды. Важнее всего конечный результат.
БисхоффИ он должен быть правдой, а не ложью.
БоулзНо он может быть сотворен изо лжи, конечно!
БисхоффКаким вы видите будущее Танжера?
БоулзОх, будущее! ( Смеется. ) Больше нет «танжерского стиля жизни», так что об этом незачем беспокоиться. Будущее Танжера — такое же, как будущее Ниццы, Брюсселя, скажем… любого европейского города. Мне кажется, Танжера вообще не осталось!
БисхоффА как точно определить «танжерский образ жизни»?
БоулзТочно? ( Смеется. ) Не знаю, что имел в виду Майкл Роджерс 6 , когда он давным-давно ввел в оборот это выражение. Он имел в виду большую журналистскую свободу. Она была обречена задолго до того времени, за восемнадцать лет до этого, в 1956 году, когда Марокко получило независимость — на бумаге. Но потом потребовалось время, чтобы законы, написанные на бумаге, стали реальностью на улице. И надо признать, что после 1956 года произошли великие перемены. Даже в 1974-м. А теперь, еще пятнадцать лет спустя, уже нет никакого сомнения. Все перевернулось, все изменилось.
БисхоффА еще через пятнадцать лет?
БоулзОх, ну, это будет в 2004 году… кто знает? Может быть, вообще никакого Танжера не останется. Может, его разбомбят алжирцы или испанцы… откуда мне знать? Невозможно представить, что стрясется в будущем. Любая неожиданность. Скорее, он станет больше похож на европейский город. Или к власти придут фундаменталисты и превратят его в восточный город — ливанский, иранский — что-то такое… Может, тут вообще больше не останется европейцев.
БисхоффСчитаете ли вы, что есть способ сбежать или защитить себя от власти цивилизации, технологии, или в целом от так называемого «современного образа жизни», который разрушил Марокко в последние сорок или пятьдесят лет?
БоулзНет. Как? Можно всячески сторониться этого, но… бороться с этим? Думаю, что нет.
БисхоффНо кажется, что и у этого типа цивилизации тоже нет будущего?
БоулзРазумеется, нету!
БисхоффТаким образом, должны произойти очень быстрые перемены, иначе вообще все погибнет.
БоулзДа, вообще все погибнет. Я в этом уверен — упадок, не знаю, как сказать. Говоря «все кончится», я имею в виду любой тип культуры или приемлемой жизни для конкретного человека. В будущем не останется места для личности: каждый будет поневоле частью группы.
БисхоффИ, вы думаете, человечество с этим смирится?
БоулзНу конечно. Человечество, полагаю, хочет только одного: чтобы было достаточно еды. Люди могут жить без свободы, если у них хватает еды.
***
БисхоффВ 1971-м или 1972 году Хассан ii, король Марокко, едва избежал покушения, подготовленного его же собственными офицерами. Что произошло потом?
БоулзНе знаю. Может, всех казнили?
БисхоффА политическая ситуация сильно изменилась за последние пятнадцать лет?
БоулзДа, я думаю, неприязнь к королю уменьшилась.
БисхоффА чем этого объяснить?
БоулзНаверное, процветанием. В целом, люди живут гораздо лучше.
БисхоффЭто означает, что король в каком-то смысле добился успеха?
БоулзДа, люди им довольны.
БисхоффНо людей пытают в тюрьмах, и говорят, что есть специальные тюрьмы для политзаключенных на юге, вроде концлагерей — о них писал Жиль Перро 7 .
БоулзВерно. Я однажды оказался в таком месте. Это был большой концлагерь посреди пустыни. Ужас! Я путешествовал с художником Кристофером Ванклином. Неожиданно мы увидели что-то вроде лагеря. Мы остановились, стали разглядывать, и тут появился солдат с ружьем. Он подбежал к нашей машине и сказал: «Сюда!» Мы спросили: «Куда вы нас ведете?» — «Сюда!» Говорил он довольно грубо. Так что мы последовали за ним, и он привел нас куда-то, там стояли два здания. Всюду были солдаты. Такой участок в пустыне, окруженный тремя большими линиями колючей проволоки, точно тремя змеями. Тут они начали нас допрашивать: «Вы откуда?» Мы ответили: «Только что приехали из Таты» — «А здесь что делаете?» — «Солдат нас сюда привел!» Потом они проверили наши документы и сказали, что у нас нет права здесь останавливаться. «Мы и не хотели здесь останавливаться, нас заставили». Это им все не понравилось. Они не хотели, чтобы иностранцы видели это место. Так зачем они нас сюда привели?! Тут они заперли нас в комнату без столов и стульев, там не было ничего — только грязный пол. Там было много таких комнат, одна за другой, вроде тюремных камер. И мы ничего не могли поделать. В конце концов они сказали: «Давайте, давайте, уходите! Убирайтесь с глаз долой!» Так что мы вернулись обратно в лагерь и поехали в другую сторону. Это было лет тридцать назад, в 1960 или 1961 году, кажется. Они были очень грубы, совершенно без всякой причины. Так что у меня остались очень неприятные воспоминания об этом месте, Фоум-эль-Хассан — это очень смешное название: Рот Короля. Рот Хасана — там никакого города, ничего, только этот лагерь…
БисхоффКнига Перро наверняка запрещена в Марокко.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: